Поутру, повылезав из палатки, все дружно отметили, что как-то уже совсем не жарко. С другой стороны, 3110 уже какая-никакая, а высота, да и на дворе не май месяц, так что все маленько побухтели, слопали овсянки, попили Несквика и начали паковать вещички.
Погода, слава Богу, была прекрасной (мы уже усвоили, что с утра в этих краях солнечно, потом после полудня спускаются облака, а часам к пяти все растягивает и это нормально), идти нам сегодня нужно было всего пару-тройку часов, мы уже было совсем собрались выходить, когда обнаружили блистательное отсутствие нашего гида.
Спрашиваем у портеров:
- Где Рам?
- Нету!
- Куда ушел?
- Не знаем...
Подошел гид словацкой команды, потер с портерами на непали, сообщает:
- А ваш гид еще со вчерашнего дня отсутствует, он сюда вообще еще не приходил.
Нет, ну все мы люди, все понимаем, ну, опохмелился человек, молодуха там опять-таки ничего такая, хоть и многодетная... Но к началу-то рабочего дня нужно же быть на рабочем месте!
Посовещавшись, отправили Ниму и Костю со спутниковым телефоном назад по тропе (вдруг все-таки что-то случилось), сами уселись ждать. Словаки с гидом ушли, их портеры еще упаковывали столовую,
снимать в округе уже особенно было и нечего.
Минут через двадцать вернулись Костя и Нима, с ними Рам, смущенный до невозможности. Долго извинялся, говорил что подобного не повторится. К его чести отметим, что после этого случая он вел себя образцово до самой Марфы.
Вышли, спустились к Мъягди, пошли по тропе вверх.
Вылезли из лесу.
Начали открываться виды на нормальные горы, пошлось сразу веселее.
Поднялось повыше солнышко, сразу стало жарко. Встали на пять минут переодеться, Серега сразу затеял загорать.
Сосновый лес закончился,
начались альпийские луга с редкими островками бамбука и шиповника. Там, где у Дмитрия были цветочки, у нас были ягодки
В шиповник мы залезли всей толпой, наелись его просто до «иголок во рту», пофотографировали и пошли дальше. Идти, собственно, было всего ничего, небольшой тягучий подъем до 3750,
потом вниз, поэтому к полудню мы уже спустились к Итальянскому базовому лагерю.
IBC по сравнению с отчетами людей, бывавших здесь ранее, вырос в два раза: если пару лет назад здесь было одно каменное стойло, то сейчас здесь было уже два — одно как капитальный дом, второе — то ли дача, то ли амбар для припасов.
Напротив лагеря торчит совршенно потрясная скальная стена,
а царит над всем этим хозяйством Цаурабонг-пик.
В лагере, кроме нашей, стояло еще три палатки (кака выяснилось впоследствии, чешской команды, объехавшей нас на автобусе из Бени в Дарбанг). Народу в лагере не было вообще.
Мы поставили палатку, разложили спальники сушиться, а сами заварили чайку и засели расслабляться — на солнышке было довольно жарко и поэтому Костя решил позагорать. Я тут же схватился за свою заветную тетрадку - писать отчет.
Кстати, об отчете и о тетрадке. В течение всего трека я тщательно фиксировал все, с нами происходящее, исписав порядка 30 страниц мелким почерком, однако в самый последний ходовой день, уходя из Фаланте, оставил тетрадку на столе в лодже. Вспомнил я об этом только в Татопани, когда уже было "поздняк метаться". Теперь вот приходится все по памяти восстанавливать.
Там где отдых, там и пиво. Сначала мы ойкнули от цен — 600 рупий за бутылку, а потом успокоились — высоко, далеко, потому и дорого, тем более, что мы прекрасно понимали, что это крайний вечер, когда можно позволить себе расслабиться — дальше начинается рубилово, и будет не до расслабухи.
Тем временем со склона справа от нас спустилась молодая пара и подошла к одной из бесхозных палаток. Мы заговорили с ними — это были двое из шести чешских треккеров/альпинюг. Они шли на полном автономе трек и Дхампус-пик. На Итальянском базлаге они стояли уже вторые сутки, акклиматизировались — бегали на 4200, втыкали там некоторое время и возвращались назад. Наутро они уходили на Japanese Basecamp, и в этом наши планы совпадали.
Погода начала портиться, и сверху буквально бегом вернулись остальные четверо участников чешской команды, поболтали с Костей (он, напомню, живет в Праге) и заказали какой-то еды у обитателей капитального стойла.
Со склонов Цаурабонг-пика начали спускаться облака и ходить кругами — зрелище совершенно потрясающее, и мы с Манычем провели немало времени, пытаясь зафиксировать эту красоту.
Чехам принесли еду — это были лепешки чапати и овощное карри. Глядя на то, как они наворачивают эту вкусняшку, мы решили отказаться от первоначального плана отведать местного дал бата и заказали себе еды по чешскому образцу, правда с той разницей, что у нас на нос выходило чапати и карри в два раза больше.
Вкусно было до изнеможения — то ли мы проголодались, то ли действительно здесь готовили на зависть всем остальным едальням. Мы поужинали и тут стало быстро темнеть. С темнотой пришел холод и облака стали быстро рассеиваться.
Мы поснимали еще маленько на сон грядущий
и отправились в палатку спать.
