Русское шоу

[Хагга]

Это явление не должно пройти незамеченным.
Вообщем, начинаю повесть о трудной судьбе русских шоу-гёрлз.

Я не могу назвать это отчётом, но полную картину, атмосферу еги-жизни создам. Итак. Давайте представим, что в Еги приехала шоу-группа из России. Возьмём девяностые года. Девочки молодые. В России путчи, криминальные войны и прочая радость постсоветского периода. А в Еги типа рай.

Вопросы и комментарии приветствуются.

______________

... Вы вливаетесь в наш дружный, профессиональный коллектив... От вашего поведения будет зависеть репутация отеля «Шехерезада». Поэтому призываю вас вести себя согласно нормам мусульманской страны...
- Опять та же песня... – Вздохнула Мила и в ответ на призыв генерального менеджера сморщила нос. На носу балансировали очки без обеих дужек, потерянных в предыдущих концертах на территории Египта, и ей приходилось постоянно косорылить лицо, чтобы видеть белый свет в деталях.
Подруга детства Лана не обратила внимания на Милкино замечание, так как откровенно зевала, прикрывшись широким листом фикуса, рядом с которым ей посчастливилось сесть.
- Помолчи, дорогая, придётся выслушать. - Прошептала лидер русской шоу-группы Нонна, - Эта песня традиционная...
- Тссс! – прервала шёпот хореограф-Иринка и все с печатью неизбежности на лицах повернулись к поющему про моральные устои генеральному менеджеру отеля «Шехерезада».
Четыре балерины, участницы новой шоу-группы фешенебельной дискотеки «Ноев Ковчег», сидели на стульчиках в офисе менеджера и слушали его сольное выступление уже час. В первом рабочем месте, отеле «Солнечный берег», где отпахали семь месяцев, они тоже выслушали перед началом трудовой деятельности подобный инструктаж о правилах поведения.
- У каждой из вас должен быть только один бой-френд, - продолжал мистер Осама, моложавый франт, который представился девушкам как друг, товарищ и брат всех работников отеля «Шехерезада».
- Это что-то новое... – Удивилась Милка, - Нам разрешают иметь бой-френдов! Ха!
- Вам что-то не ясно? – Насторожился генеральный друг, товарищ и брат, - Есть вопросы?
Самая любвеобильная участница шоу-группы «Соло» по имени Нонна, держательница гарема и любительница всех штанов в округе, аж подскочила:
- Да-да! Имею важный вопрос!
Мистер Осама склонил голову на бок и сделал заинтересованно-внимающее лицо.
- А если я хочу сменить бой-френда? Ну... был один, а потом вдруг -хоп!
- Вы должны предупредить меня заранее.
- А если эта замена... Как бы вам объяснить?... Произошла очень неожиданно?
- Предупредить, как можно быстрее.
- Через объявление в газете пойдёт? – Кривлялась Нонка, но получила пинок ногой от Иринки и затихла.
Перед вчерашней премьерой импрессарио с прекрасным арабским именем Халед, что имел под носом пышные усы, за которые он и звался сейчас «Будёный», предупредил, что на следующий день состоится митинг с генеральным менеджером «Шехерезады». Самая главная задача девочек во время митинга: молчать и кивать. Потом они переедут в городскую квартиру, которую снимает для русских шоу-групп отель. Предыдущий балет должен был съехать оттуда ранним утром.
- Ух! Как хорошо, что будем жить на квартире! – Восхищалась Лана, - Я училась на повара, буду всякие вкусности делать...
- Ничего хорошего. – Не соглашалась с ней Милка, - Убирать самим, стирать самим... В «Солнечном береге» мы были принцессы...
- Зато от отеля далеко. Никаких тебе шпионских носов и ушей. Открываются безоблачные перспективы...
Ирина выставила в сторону Нонки кулак:
- Если приведёшь туда свой гарем, убью!

[Хагга]

Квартира оказалась огромной. Мебель терялась на её обширном пространстве, как одинокий таракан в пустой кухне. В трёх спальнях было по кровати и шкафу, а в зале стояли два скособенившихся кресла и журнальный стол без ноги. Ножку заменял ящик из-под пива «Хейнекен». Кондиционер грустно рыдал в два таза на полу. В ванной не обнаружилось горячей воды, на окнах штор, в кухонных ящиках – посуды.
- Халед! Что это за сюрреализм? – Офигели девочки, оглядев натюрморт.
- А что? – Удивлённо вскинул брови импрессарио, - Вам тут только спать. Питаться будете в отеле. Вот расписание автобуса, который будет заезжать за вами три раза в день.
- А мыться где? – Пискнула Мила.
- Воду сделаем, кондиционер починим... Все вопросы по обустройству решать с дорменом, что дежурит внизу. Абу Зейд! – позвал Халед, - Абу Зейд!!!
Дормен в галабее цвета асфальта и чалме, что вросла в череп и покрылась мхом, вяло появился в дверях и застыл с блаженным выражением «Какого хрена, сэр?». Халед протараторил ему о проблемах с обустройством. Абу Зейд, важно кивнув, пошаркал вниз, чтобы прилечь на свой топчан и культурно составить план по выполнению поручений жильцов.
- Эта спальня наша с Иринкой, - распоряжалась Нонна, - В этой вы спать будете, Милк. Третью спальню предлагаю сделать гостевой.
- Это зачем? – откликнулась Лана, оглядывая их с Милкой спальню, - Какие гости?
- Мало ли...
- Никаких гостей! – Рявкнула Ирусик, - Нонк, я тебя предупредила...
Халед рылся на кухне, записывая на листке бумаги, что необходимо купить:
- Стаканы... Четыре. Кастрюля... Одна.
- Халед! – услышал он и повернулся навстречу входящему, - Нет постельного белья! Как вообще тут кто-то мог жить?
- Всё будет! – успокоил он расстроенную Милу, - Не волнуйтесь! Сегодня придётся потерпеть...
- Ужас! Кошмар! – Запричитала Милка, чуть не плача, но вдруг резко заткнулась, потому что из гостевой спальни донеслись панические завывания и визг троих подруг:
- Ма-а-а-а-ма!!! На помощь!!! А-а-а-а!
Халед и Мила рванули на звук и обнаружили балансирующую на спинке кровати Лану с огромными глазами и Иринку, висящую, поджав ноги, на дверке шкафа. Обе истошно орали матом. Милка не успела ничего понять, как дверка затрещала и вместе с хореографом группы рухнула на пол. В недрах шкафа обнаружилась с раззявленным во всю мощь ртом лидер группы. Мила вздрогнула в очередной раз, а Халед старательно вывел на листочке:
- Мышеловка... Одна.
***

[Хагга]

Хагга, Вы талантище!

Ну... Не совсем. Вот Нобеля или Шнобеля дадут...
Спасибо, Смешинка!


***
... - Перед вами выступали наши очаровательные девушки из русской шоу-группы «Соло»!!! – прокричал из динамиков голос диджея «Ноева Ковчега» и на всю дискотеку раздались мотивы нового арабского хита суперзвезды всего Востока Амра Диаба. Народ побежал трясти телесами, а в раздевалку девочек постучался импрессарио Халед:
- Ку-ку! Мы вас ждём за центральным столом!
- Вот вам и здрасьте! – обречённо проговорила Иринка, - Предупреждали нас, что Халед не отвяжется...
Когда работали в отеле «Солнечный берег», девочки часто заходили развлечься и потанцевать в самый знаменитый городской очаг ночной жизни «Ноев Ковчег». Дискотека славилась своим техническим убранством, элитарностью и, что самое главное, русскими шоу-группами. Менеджмент старался подбирать красивых танцовщиц, дальновидно предполагая, что в мусульманской стране возможность поглядеть на очаровательных женщин в купальниках является редкостью и за такой аттракцион горячие восточные мужчины вынут всё содержимое их кошельков, пока сидят в зале. Девушкам-танцовщицам запрещалось выезжать из отеля на частных машинах и такси, равно, как и приезжать в отель на любом другом транспорте, кроме автобуса, что предоставлял артисткам менеджмент. Если каждый получит возможность наблюдать красавиц вне дискотеки, упадёт посещаемость, а следовательно и доходы «Ноева Ковчега». Автобус подавался к квартире шоу-группы часов в семь вечера. Девушки ехали в отель заранее, чтобы поужинать. До начала танцевальной программы оставалось пять часов, которые они были вынуждены проводить в отеле, слоняясь из бара в ресторан, из ресторана в бар или кофе-шоп. Шоу начиналось в час ночи, заканчивалось в два, но автобус приезжал за ними в пять утра. Таким хитрым способом менеджмент «Шехерезады» задерживал девчонок в дискотеке, заставляя табуны поклонников и ценителей неприкрытой женской красоты пускать корни в расписные диваны «Ноева Ковчега».
Халед тоже уважал данную систему и с приездом новой группы собирал за своим центральным столом нужных людей. Как импрессарио, он имел отличные возможности: после шоу девочки предсказуемо выходили из раздевалки в зал и садились за его стол. Обычно танцовщицы приезжали в Египет первый раз и никого не знали, кроме родного отца и покровителя – Халеда. Этим он и пользовался. Его важные персоны, которых он приглашал насладиться показом новой шоу-группы, были рады пообщаться с красавицами из далёкой России, давно и прочно завоевав в народе прозвище «Любители русских шоу». Уезжала старая группа, приезжала новая... Конвейер работал слаженно, без сбоев. Халеда уважали, перед ним заискивали, старались набиться в друзья и попасть за заветный центральный стол.
С шоу-группой «Соло» впервые произошла поломка расчудесного механизма: Халед взял на работу группу, что уже отработала в Египте семь месяцев и правил игры не признавала. Взять Нонну, Ирину, Милу и Лану было вынужденным решением: одна девушка из предыдущей группы сломала палец на ноге и Будёный лихорадочно метался недели две, стараясь заткнуть образовавшуюся брешь и не потерять свою основную точку. Ему повезло: шоу-балет «Соло» вовремя остался не у дел. Но рядом с такой удачей занозой в заднице засело ужасное «но» – девочки упорно избегали общения с гостями Халеда. Мало того, в «Ноев Ковчег» зачастили их собственные друзья из «Солнечного берега», коим отдавалось явное, не прикрытое приличиями предпочтение, что бросало тёмную тень на высокие статусы приглашённых Халеда.

Милка прислонила лицо к щели в двери:
- Точно. Собрал всех «любителей русских шоу» за своим столом... Сидят, важничают... Женихи...
- Ладно бы можно на кого глаз положить, а то все прямо красавцы из ночных кошмаров...
- Ага! – Подтвердила Нонкины соображения наблюдающая за красавцами Милка, - И песок уже сыпется из женихов-то...
- Какой ужас! Это – насилие над нашими чувствами и свободой личности! – Всплеснула руками Лана и замазюкала помадой по губам.
- Предлагаю устроить стачку с лозунгами, транспарантами, революционными песнями и плясками свободного пролетариата.
- А я желаю купить пистик и по революционному уставу расстрелять узурпаторов!
- Шумно. Лучше гордо и по традиции королей отравить.
- Аптечка у нас собой? – Хитро подмигнула Ирусик и, получив утвердительный ответ, хмыкнула:
- Тогда пошли, окажем королевский приём.
Однажды хореограф группы Ирина так озаботилась постановкой нового шедевра, что перестала спать. До такой степени ею овладело вдохновение. Шедевр появился быстро, а вот бессонница исчезать не торопилась. В те далёкие времена, когда девочки знали английский смутно и не по-настоящему, Ирусик пришла в аптеку, нашла пузырёчек с надписью «Лаксатив» и с радостью отдала деньги усатому продавцу, опрометчиво решив, что название препарата происходит от английского «релакс», то бишь отдых. Приехав в отель, она накапала в стакан с водой необходимую дозу медикамента и завалилась в постель, предвкушая столь редкий для неё в последнее время глубокий сон.
Сон пришёл. Но потом. Сроднившись за сутки с белым другом-унитазом, вывернув все внутренности, потеряв пяток кило и вычистив организм до синеватой бледноты и прозрачности членов, она уснула рядом, измотавшись настолько, что ушла в астрал протяжённостью двадцать часов. Проблемы со сном канули в Лету.
Девочки по советской привычке «Авось пригодится...» пузырёчек не выкинули, хотя Ирусик попыталась разбить термоядерное средство об стену, и теперь, нашарив «Лаксатив» в аптечке, пошли за центральный стол.

[Хагга]

... – Выпейте со мной виски, Ириночка... – с надрывом проговорил лохмато-кудрявый Махмуд, - У меня сегодня грустный день...
За столом мгновенно образовались клубы по интересам. На ушах Ланки вис какой-то полицейский чин Рыдван, сопоставляя системы образования в Египте и России, Милке гадал по руке египетский хиромант Абдул, предсказывая великую любовь, около Нонки сидело аж трое важных персон, переживая за трудное детство прелестной русской девочки, у которой папа бил маму, а брат донашивал футболки и кроссовки. Халед то появлялся, то исчезал. Официанты заставляли стол разными закусками.
- Сегодня исполняется пять лет моей трагедии... – Хлюпал носом Махмуд. Ирина участливо кивала головой и, опустив руки под стол, капала из пузырёчка в стакан Рыдвана.
- Ты мне напомнила мою жену испанку, которая погибла. Мы были партнёрами. Я работал раньше в Интерполе агентом по борьбе с терроризмом.
Иринка аж пролила драгоценный термоядер на свои шёлковые штаны:
- Уау! Правда?!
- Тссс!!! Это секрет! Я только тебе открылся! Но ты никому!!! А то будет международный скандал!
- Могила! – Поклялась Ирусик и Махмуд, просморкавшись и протерев слезящиеся глаза, плеснул дрожащей рукой виски в стакан:
- Мы всегда работали вдвоём... Я не успел!!! – в резком порыве нахлынувших воспоминаний Махмуд уронил лохматую, почти Эйнштейновскую, голову на столешницу, где поминально звякнули стаканы с бутылками и в агонии подпрыгнули кальмары, - Опоздал... Когда я очутился рядом, с трудом останавливая кровь, льющуюся из ран на моём плече, бедре и шее, она уже еле шептала про нашего неродившегося ребёнка, что вместе с ней уходил из жизни...
Ирусик даже забыла, что Рыдван ждёт свой стакан, и сидела с открытым от страшной истории ртом. Махмуд по-мужски, надрывно шмыгал носом, стучал себя по груди и горестно хлебал виски из горла бутылки:
- Потом... Я не мог больше работать... Написал заявление об увольнении из Интерпола, продал всю свою недвижимость и уехал в Египет, где открыл сувенирный магазин...
- Махмуд, а почему именно Египет? – передала стакан Рыдвану Иринка и взялась наложить лёд хироманту Абдулу, попутно начинив виски средством от бессонницы.
- Здесь меня не будут искать. Я ведь итальянец и имя у меня не Махмуд, а Марчелло. Только никому не рассказывай, а то... – Махмуд-Марчелло изобразил пистолет у виска, - Мне не жить...
- Я ж сказала, буду молчать, как рыба! – Ещё раз заверила его Ирусик и бывший агент по борьбе с терроризмом снова разревелся:
- Ты так напоминаешь мне мою жену!!! Я двадцать лет ни на кого не смотрел и вот сегодня... Я почувствовал тот огонь, что грел меня, пока моя Кармен была жива... Пойдём, станцуем в её честь медленный танец?
И они выплыли на середину танцплощадки, медленно вращая бёдрами под печально звучащую сегодня «Макарену».
- К Ируське намертво кавалер приклеился... – Тихо пропела на ухо Лане жующая кальмара Милка, - А меня этот хиромант достал. Фух!... Слава Богу, вышел на пять минут... Срочное дело, сказал...
- Рыдван тоже рванул. По-срочному...
- Абдул предсказывает, что грядёт свадебное путешествие в европейскую страну. Но тут... – Она ткнула в середину своей ладошки, - развилка. Могу и не поехать...
- Почему это? – удивилась подруга детства.
- Хиромантия только предостерегает... А что ты выберешь, полностью на твоей совести.
- Ни хрена не поняла...
- Короче, если буду умницей и вовремя просеку ситуацию, то поеду... А если прощёлкаю хлеборезкой...
- Точно прощёлкаешь. – Подвела итог Лана, с каким Милка безоговорочно согласилась:
- Ага. Я ж недотёпа.

[Хагга]

Прям роман

Угу. Почти. По закону жанра пока ещё только экспозиция и завязка. Жуть пойдёт дальше.

... – Ириночка! Я начинаю ощущать, что моё тело и душа возвращаются к жизни! – Орал Ириночке на ухо бывший агент, - Я не чувствовал такого эмоционального подъёма с тех пор, как...
- Я рада за вас, Махмуд! – орала в ответ Иринка, - Очень интересно послушать про ваши подвиги на полях сражений...
- Про миссии? – Переспросил арабо-итальянец и вдруг резко прекратил плясать ритуальный танец в честь погибшей жены-испанки, - Ириночка, простите... Срочное дело... Я вернусь и мы с вами продолжим.
Нонкин кружок тоже опустел. Только один из халедовских друзей продолжал слушать про то, как разбился на машине Нонкин жених и как она до сих пор убивается по этому поводу. Детство у лидера русского коллектива не заладилось, девичество затянулось...
- Ах, Нонночка! Вы ещё обретёте своё счастье! Вы молоды, красивы...
- Какая красота? – Вытирала слёзы Нонночка, - У меня всё непропорционально. Носик и губки – крошечные, а глаза... Огромные, большущие глаза... И ещё цвет такой серый... Как моя никчёмная жизнь...
Она вытаращила свои прелестные очи, где плескалась безудержная скорбь, и жалобно пропела:
- Вот видите?
- Нонночка, я прошу меня извинить... – Не выдержал последний кавалер грустного взгляда, - Я на минуту. Позвонить. Очень срочно...
За центральным столом «Ноева Ковчега» осталась только русская шоу-группа.
- Ну что? – Бодро вытерла горючие слёзы лидер коллектива, - Теперь можно выпить!
- Разливай! – В унисон пропели Ирусик и Мила. Только Лана замахала руками:
- А они ругаться не будут, что мы их виски выпьем?
- Нас же пригласили... – Вякнула Мила, а Нонна подтвердила:
- Конечно! Или они надеялись, что мы весь вечер их басни на сухую слушать будем?
- Да и не вернутся они, Ланк... – Добавила аргументов Иринка, - Этот «Лаксатив» вырубает из нормальной жизни на сутки, как минимум. А я пока этого агента 007 слушала, дозу не соблюдала...
На чём и порешили, щедро плеснув янтарного напитка в высокие стаканы. Бессменный тамада-Иринка провозгласила тост:
- Пошёл однажды фараон войной на амазонок. Не порядок, когда столько баб живут без фараона. Но амазонки воевать не стали, накрыли богатые столы, затанцевали возбуждающие танцы да запели нежные песни. Расслабилось войско фараоново, а девушки-то так и кружатся, так и извиваются, в кубки вина подливают, шкуры леопардов на земле расстилают. Обещают оргию.
Но что-то так устало войско фараоново от пира немыслимого и винца перебродившего, что еле шатаясь, домой уползло. По дороге оно всё посевы в стране амазонок удобрило да и на страну фараонову ещё осталось. Был прекрасный в тот год урожай...
Так выпьем же за женское миролюбие, радушие и прагматичную хозяйственность!

[Хагга]

Амазонка-Мила, то и дело поправляя болтающийся за плечами лук со стрелами, шла за буйволом, что бороздил живописное поле с севера на юг и с юга на север. «Хороший будет урожай! Я сдам в казну несметное количество чечевицы, меня похвалят и наградят самым красивым рабом!» - мечтала она и напевала себе под нос незамысловатую амазонскую песню:
- Вот кто-то с горочки спустился...
Наверно, мужичок идёт...
Достану я свой лук и стрелы,
Прерву мужской души полёт...
Ласково светило солнце, дул нежный ветерок, амазонка-Мила представляла, как она распорядится наградой за сельско-хозяйственные успехи, буйвол кряхтел с натуги, а птички неистово выводили нечто странное:
- Пи-би-и-и-иб!!! Пи-би-и-и-иб!!!
«Что случилось с соловьями в амазонском царстве?» - подумала было Мила, как вдруг услышала:
- Вставай, соня, если жрать хочешь!!! Автобус обдуделся. Мы опять проспали!!!
Злая, как сто собак, Иринка по очереди пихала девчонок:
- Ланк! Останемся без обеда! Нонк! Прояви сознательность!!!
Последняя нехотя заворочалась и, приоткрыв один глаз, пробормотала:
- Отстань, а... Подумаешь... Можно в какой-нибудь забегаловке поесть... Потом.
Иринка плюнула и уселась под рыдающим кондиционером.
Транспортная система с навязанным от отеля автобусом сильно раздражала. Уезжая из дискотеки в пять утра, быть на завтраке в девять не представлялось возможным. Резкий клаксон посылался в неведомые дали и в два часа дня. Следовательно, обед уходил туда же. Оставался только ужин. «Надо как-то решать проблему...» - думала Иринка, слушая вопли голодного желудка. Из спальни выплыла лохматая Лана.
- Так жить нельзя... – проскулила она и тоже уселась обдумать создавшееся положение.
- Бабы, а может, ну его этот автобус? Приедем на такси, скажем, что не слышали гудков. Что же нам теперь голодными работать? – Со слезами на глазах материализовалась под кондиционером третья подруга - Милка.
- Толкни Нонку. – Приказала ей Ирина, - Поехали в отель сами. И пусть наша ответственная за моральный и физический облик коллектива обсудит этот вопрос с менеджментом. Мы рядом в группе поддержки постоим. С флагами и шариками...

[matvey]

Зашел нечаянно
Хагга вы уж хоть через точку в названии темы, допишите, что это из Русских в Египте.
А то ругаются, что шастают

[Хагга]

Зашел нечаянно
Хагга вы уж хоть через точку в названии темы, допишите, что это из Русских в Египте.
А то ругаются, что шастают

Ой, да ни стоит извинений!

Вам - стишок:

А вы опять сегодня "не зашли"?
Я так ждала, надеялась, молилась,
Что вы пройдёте, скажете мне "фи"...
Обидно. Топик стартер удавилась.

ПС: тут нет чмокающего смайлика?

[Хагга]

все мы тут люди сурьезные

Понято. Буду сурово обниматься.

Хагга, а это по мотивам реальных событий история?

Из головы таких приключений не надумаешь. Другое дело, что не везде описанные события имели место быть именно в этом городе или этом отеле, или с этими героями. Легли разные истории в канву - замечательно. Я просто постаралась показать, как и чем жили молодые девочки, приехавшие заработать.... или нет, наверное, приехавшие устроиться как-то, найти своё место. Ну и что у них получается...
В принципе можно написать исследование "Русские шоу в Египте: история, бюджет, условия, контракты, перспективы", напихать фоток.... Это будет очень информативно, но скучно. Поэтому выбрала не стиль отчёта или баек.

[Хагга]

Продолжаю. С вашего молчаливого согласия.



... - Нет, нет и ещё раз нет! – махал руками мистер Осама, генеральный менеджер отеля «Шехерезада» в ответ на просьбу девочек, - Я не могу пойти на это!
- Ну и как нам тогда кушать? – искренне удивлялась Нонна, - Я понимаю, можно пропустить один приём пищи в день, но голод для нас становится уже нормой жизни!!!
- Девочки, единственное, что я могу для вас сделать, это попросить кухню, чтобы готовили для вас завтрак и отдавали в картонных коробках перед отъездом. Дома вы сможете поесть...
- Что входит в этот завтрак?
- Два сендвича, сок, салат...
- Замечательно, мистер Осама!!! Вы – самый лучший менеджер на свете!!! – радостно завопили все.
- Ваше мудрое решение в духе царя Соломона... – продолжала лидер русского коллектива, томно приложив руки к гарной груди, - всколыхнуло самые глубокие пласты моей души...
- Спасибо, спасибо... – раскланивался генеральный менеджер и жал девочкам руки, - А кстати... Где ваш импрессарио? Я его сегодня не видел...
Девочки переглянулись и пожали плечами:
- Вчера вечером был в дискотеке... С тех пор не появлялся...
- Странно... – Почесал затылок мистер Осама, - Ну, да ладно... И запомните: теперь только автобус! Сегодня был первый и последний раз, когда вы доехали на такси!!!
С чувством глубокого удовлетворения девочки выползли из прохладного офиса на показавшийся раскалённой сковородкой плац перед главным корпусом.
- Предлагаю пойти на пляж. Всё равно до ужина тут кантоваться. – Потянулась, хрустя костями, Иринка.
- Хорошая мысль! – Поддержали её все и пошли к морю.
Там было намного радостней. Дул лёгкий прибрежный ветерок и такого марева, как в каменных джунглях главной площади перед входом на территорию отеля не чувствовалось. Народу загорало много. На волейбольной площадке кипели страсти, в морской воде группа следящих за фигурой занималась аква-аэробикой, подальше в море носились водные мотоциклы – джет-ски.
- Бабы! – подпрыгнула Нонка, - Я хочу покататься! Я спец!
Мозг заволокло туманом воспоминаний. Вот она ещё только учится, пытается усмирить небольшую, но мощную машинку – джет-ски... Проплыла картина первого падения, куча брызг, вздыбленные водным мотоциклом волны и крик инструктора отеля «Санни Алекс»:
- Лови и залезай опять!!!
«Ах, Александрия! Мой первый египетский приют! Моя первая любовь!» - блаженно восклицала в уме Нонка, развалившись на шезлонге и наблюдая, как соревнуются в скорости и крутизне виражей другие.
- Девочки, а что это по всей длине пляжа в море натыкано понтонов? – сделав ладошкой «козырёк» и вглядываясь в морской пейзаж, спросила Мила.
- Доплываешь до понтона, залезаешь и загораешь... – Откликнулась с соседнего лежака придавленная солнцем Иринка.
- А-а-а... Может, сплаваем, а?
- Я не могу. Лень обуяла...
- И я не поплыву. – присоединилась к Иринке Нонка.
- Бабы, она же может в Израиль заплыть. Без очков-то... – Встряла Лана и получила ответ, что является сегодня дежурной и соответственно должна следить за недотёпой коллектива.
Мила и Лана вошли в воду и погребли к одному из понтонов, а Нонна и Ирина закрыли глаза, растворившись в тяжёлом, африканском мареве полудня.
- Кого я вижу!!! – радостно раздалось над ухом Иринки. Она разлепила один глаз и тут же подпрыгнула:
- Стасик!!! Родной!!! Какими судьбами?
За Иринкой подпрыгнула Нонка и повисла на Стасике, чуть не повалив щуплого рыцаря на белый песок.
Опять поплыли воспоминания. На этот раз уже коллективные. Отель «Солнечный берег». Родная команда аниматоров. Стасик после первого стакана водки режущий подушки, которые исполняют роль акул в Красном море. Он же, яростно преследующий Иринку, что посоветовала ему сбрить усы, в следствии чего, он стал выглядеть, как розовощёкий, пухлогубый младенец...
- Н-да... Весело было... – Наконец вымолвила Иринка, - А что ты тут делаешь?
- К брату пришёл. У него тут аква-центр. – Ответил Стасик.
- И джет-ски принадлежат ему? – Заинтересованно спросила Нонна и после утвердительного кивка Стасика, взяла его под руку, - Пошли! Я очень хочу покататься! Надеюсь, брательник тебе не откажет?

[Хагга]

И они пошли знакомиться с братом Стасика. Он оказался полной его противоположностью: вроде бы пухлячок, но лишнего веса не было, черные волосы в противовес Стасиковской рыжине, спокойная уверенность и размеренность движений, а не этакие нервозные скачки младшенького. Звали его как-то очень длинно и невыговариваемо. Во всем облике сквозила мягкость и одомашненность. Иринке показалось, что так должен был выглядеть маленький домовёнок Кузя, когда бы тому уже исполнилось не семь веков, а где-то двадцать. Так как брат Стасика был не маленький, решили назвать его именем второго домового из мультфильма про Кузю - Нафаня. Позже прозвище вообще сократилось до ласкового «Нюфа». Брат не возражал.
- Джет-ски? Да на здоровье! Если прокатятся такие девушки, мне реклама!!! Можно ещё вас на «банане» попросить проехаться? А то не берут что-то...
Решили сначала на водных мотоциклах, а потом, когда вернутся из плавания к берегам Израиля остальные члены коллектива, опробовать и «банана»-бот.
Нонка, заверив, что она спец по езде на джет-ски, умчалась в даль одна, а Иринке, как новичку, выдали смуглого инструктора по имени Цуккер. Он сел за «баранку», отведя Иринке место за своей спиной, и озорно подмигнул:
- Ну? Показать класс?
- Я плаваю плохо. Если слечу, то нырну и не вынырну. Понял?
- Ха! – сказал инструктор и мотор джет-ски взревел...
Ирина сразу поняла, что Цуккер не внял предупреждению: два раза она чуть не вылетела в морскую синь, пока инструктор демонстрировал класс.
- Идиот!!! – ревела Иринка, - Прекрати!!!
Но тот неистово закладывал крутые виражи, задирал нос механичекого чудища в небеса, подталкивая своей худосочной задницей визжащую пассажирку к краю, и просто раскачивал судно из стороны в сторону.
- О-ха-ха-ха!!! У-у-ух! Эге-ге-гей! – неслись Цуккаровские завывания над волнами. Он прекрасно знал, что с джет-ски может сверзнуться только второй седок. Иринка же вцепилась в прикреплённые с боков сиденья поручни и, стиснув зубы, со всей силы вжав свой зад в мотоцикл, сосредоточенно пыталась удержаться в седле. И справедливость восторжествовала.
Цуккер управлял джет-ски расслабленно, по-залихватски показывая, кто настоящий ас. Водные виды спорта – его профессия, его стихия... Пока он ехал, обернувшись к Ирине, чтобы в очередной раз озорно подмигнуть, неожиданно сильно врезался носом в волну, образовавшуюся от яхты, что шла причаливать к пирсу отеля, и не справившись с дикой качкой, сам, размахивая инструкторскими щуплыми ногами и руками, вылетел за борт именно с первого, безопасного, штурвального места. Более готовая к неожиданностям Иринка, вцепившись во всё, что было можно, и чем только можно, балансировала на мотоцикле, отбивая задницу о седло и борта.
- Хи-хи-хи! – раздалось на этот раз уже Иринкино, - Довыпендривался, Шумахер?
- Фырк! Тьфу! Бульк... – барахтался в воде Цуккер, - Передвинься на первое место!
- И не подумаю! – показала язык довольная Иринка, - Кандёхай вплавь!
С бортов на мотоцикл забираться было нельзя: существовала опасность перевернуть судно. С носа – невозможно: это была самая гордая часть машины, возвышающаяся на водой, как айсберг. Оставалась корма. Но там находился многострадальный зад Иринки, который она не желала никуда перемещать. Но после получасового плавания Цуккера кругами вокруг джет-ски, пассажирка смилостивилась и села за руль. Сзади притулился мокрый Цуккер.

[Хагга]

***
... – Уау! – Плюхнулась на лежак рядом с Милкой разгорячённая виражами Нонна, - Класс!!!
- Мы тоже хотим, Нонк! – заскулили Мила и Лана.
- Не боись! У нас тут всё схвачено! Стасиковский брат – свой человек! – Обрадовала подружек лидер коллектива и они рванули в аква-центр знакомиться со очередным «своим человеком».
***
... - Одна-а-ажды мо-о-орем я плыла
На ма-а-ацацикле то-о-о-ом!!!
В лицо бил горячий ветер с солёными брызгами. Скорость повысила настроение до точки «Щас спою!» и Иринка, управляя джет-ски, орала на всё водное пространство:
- Врагу не сдаё-ё-ётся наш гордый «Варяг»!
Поща-а-ады никто не жела-а-ет!!!
За спиной охал неизвестно как получивший царапину на большом пальце ноги Цуккер и страстно прижимался к водиле, сообщая, что банально греется, а то, не дай Аллах, простынет в мокрой футболке. Иринке было начхать на инструкторское здоровье. Она полностью отдалась чувству полёта по волнам, собиралась даже повторить трюк с крутым виражом, но вдруг вмешался лишний на этом фестивале экстрима:
- У нас бензина на пять минут осталось. Видишь, лампочка мигает? Давай, разворачивайся...
Нехотя Ирина подчинилась и, врубив полный газ, полетела к пляжу отеля «Шехерезада».
Вечерело. На пляже остались самые стойкие. Уже никто не купался. Туристы лежали разморённые тишиной и покоем. Всё ещё яркое солнце садилось, слепя глаза, которые и так плохо видели из-за солёных брызг. Проносясь по волнам, как торпеда с реактивным двигателем, Ирина на секунду прикрыла их, чтобы вернуть нормальную чёткость зрения, а когда открыла – в пяти метрах прямо перед собой увидела пляж и сиротливо лежащую у воды перевёрнутую лодчёнку.
- Ст-о-о-о-оп!!!!!!!!!!!!!!! – истерически завизжал Цуккер, но это не помогло.
Использовав лодчёнку, как трамплин, водный мотоцикл взмыл в небо, пролетел метров десять-пятнадцать и вбурился в песок рядом с аква-центром. Цуккер, опять, что непозволительно для инструктора, не готовый к экстремальным трюкам и отпустивший в полёте поручни, пытаясь махать руками, как крылами, после резкого приземления перелетел Иринкину спину, кубарем ворвался в развешанные под тентом паруса для виндсерфинга, пробив насквозь своим дохлым телом парочку, и размазался по противоположной стене. Ирина даже не шелохнулась при приземлении. Так и сидела, всматриваясь в одной ей видимую точку и давя на газ. Под кормой крутился винт и быстро образовывалась яма.
Тридцать дайвингистов, что как раз спускались с пирса, услышали рёв мотора и, задрав головы, с восторгом пронаблюдали сей дугообразный полёт над своей довольно-таки многочисленной компанией. Потом, когда днище мотоцикла плюхнулось в песок, все вздрогнули. Дружный «Ах!» пронёсся по рядам, когда Цуккер исполнил тройное сальто сквозь паруса и, наконец, первые опомнившиеся от шока понеслись выручать Иринку, что уже закопалась в пляж по грудь.
- Как вы себя чувствуете?
- Вам не больно?
- Нужна помощь?
- Ирина! Ирина! Всё хорошо! Ничего страшного... – вкрадчиво лепетал Нюфа, разгибая мёртвую хватку Иринкиных пальцев на рычажке газа.
Подбежали подружки.
- Икар! – ляпнула Нонка.
- Не... Птица Феня! – выдвинула своё предположение Мила.
- Чкалов! – добавила Лана и они втроём с помощью Нюфы стащили надежду советской морской авиации с мотоцикла.
- Нюфа... – Наконец открыла она рот, - Прости...
- Да ладно! На днище только царапина, слава Аллаху, с тобой всё в порядке! – беззаботно проговорил Нюфа.
- Ага... – страдальчески промямлила Ирина. Она буквально чувствовала, как наливаются на обеих полукружиях задницы громадные гематомы.
- Да-да! – жизнеутверждающе согласилась с Нюфой Нонка, - Это просто чудо, что никто не пострада...
Конец фразы потонул в страшном грохоте: несчастный тент с парусами как-то резко и очень шумно сложился на постеленные под ним циновки. Посреди кучи парусов и остатков кровли гордо возвышался скрюченный экстримом Цуккер.
- Чует моё сердце, нам с тобой тут ловить нечего. – Грустно проговорила Мила в сторону подруги детства, - После Иринки из арсенала покататься русским ничего не дадут...

[Хагга]

... – Как хорошо поесть, особенно пожрать! – с довольным видом развалилась в кресле Мила, - Иринк, как жопа-то?
- По-моему, она у меня стала размеров на пять шире...
- Это хорошо! Сексуально...
- Если в штанах, то сексуально... А вот если снять, то хохлома... – Горько вздохнула Иринка, - Я в туалете в зеркало глянула... Малевич «Чёрные круги»...
Милка хихикнула:
- Зато будешь помнить свой первый раз на джет-ски всю жизнь!
- Я не поняла, почему этот Цуккер не вырвал ключ? Он же инструктор, должен знать, что выдернув ключ, мотор гаснет моментально... – размышляла вслух Нонна, - Чего он «Стоп!» орал, когда всё было просто...
- Не напоминайте мне об этом идиоте... – Взмолилась Ирусик, подкладывая под зад ещё одну подушку, как перед столом кофе-шопа нарисовался бледный, как смерть, импрессарио.
- Как вы сегодня? – Еле выговорил он.
- Нормально... – протянули девочки, - С тобой-то чего, Халед?
- Отравление. Вы вчера кальмаров ели?
- Да! – ляпнула Милка, но тут же сообразила, что признаваться в этом нельзя, - То есть нет. Только нюхали...
- Вам не показалось... – начал Будёный, но продолжить ему не дали. Все сразу вспомнили, что кальмары пахли дурно и выглядели не очень. Даже в темноте дискотеки.
- Я так и думал... Рыдван до сих пор в туалете. Абдул накачался водкой и теперь блюёт. Кто-то ему сказал, что водка всё обеззараживает и даже нейтрализует яд кобры...
Милка вжалась в стул.
- Махмуд в больнице... – продолжал вываливать грустные новости Халед.
Ирина аж задохнулась:
- Тоже из-за кальмаров? – с вытаращенными глазами спросила она.
- Нет. Этот просто ногу сломал, пока нёсся домой к туалету. Сразу забыл, что отравился... Я разнесу кухню «Шехерезады»!
В стулья вжались все.
- Короче... Поварам влеплю завтра, наверное... А сегодня нас не ждите. – протёр салфеткой вспотевший лоб импрессарио и попрощался, - Чтоб всё было хорошо тут! Ведите себя прилично!
И только он скрылся, девочки выдохнули с облегчением.
- Хорошо, что сегодня их не будет, а то Стасик всех из «Солнечного берега» обещался притащить...
- Ну и «Лаксатив»!
- Это ж оружие массового поражения!!!
Рассуждали на военные темы Ирина, Мила и Лана, а Нонка, задумчиво перебирая в волосах, составляла план на завтра:
- Подъём в два. Обед. Прогулка до аптеки. Покупка пяти пузырьков...

[Хагга]

«До чего же красивый!» - умилялась Мила, разглядывая их общего приятеля голландца Херрита. Она хорошо помнила тот момент, когда впервые увидела голубоглазого, статного и сумашедше-обаятельного блондина с длинными волосами, имя которого так странно звучало для девушек из русского шоу-балета. Его сразу окрестили Херушкой.
Мила знала, что никогда не отличалась броской внешностью красавицы. Кроме того, она так же знала на перечёт все свои комплексы: чебурашкины уши, полнота, реденькие волосики... То есть, если не попасть на глаза самой – никто тебя не заметит. Поэтому она всегда наивно «прыгала» рядом с очередным избранником сердца, дабы сказать «Вот она, я! Тут! Ку-ку!». Способ «Знакомство в прыжке» не срабатывал, а другого она, в силу своих внешних данных, попробовать не сумела. Вот и Херушка тоже не понял, что Милка – птица завтрашнего дня и откровенно избегал общения с ней в «Солнечном береге». Хотя, она прекрасно понимала почему. Первую же возможность приблизить красавца к себе она «завалила». Херрит, как мастер подводного плавания, вызвался научить Милу нырять с аквалангом, за что чуть не поплатился жизнью и карьерой. Под водой Мила, испугавшись маленькой акулы, спустилась на дно и зажмурила глаза от страха. Херрита, который плыл её спасать, она приняла за ту самую акулу и, как могла, влепила «чудищу» в глаз. Понятно, что после такого, далеко не романтического случая, Херрит расхотел учить Милу плаванию под водой. Мало того, она исполнила «контрольный выстрел» на дне рождения голландца, где так подровняла его роскошные, длинные волосы, что принцу пришлось стричься чуть ли не под «бобрик». «Ну, какая сволочь дала тогда мне в руки ножницы?» - в сто пятьдесят пятый раз думала она, исподтишка бросая взгляды на Херрита и прикрываясь стаканом с пивом.
Стасик не подвёл. Все давние друзья с предыдущего места работы были здесь. Диджей Майкл, которому в своё время досталось Нонкиного внимания по полной программе, благоразумно затесался в дальний угол большого стола, чтобы до него не добрались. Там он, закрыв глаза, прислушивался к миксам своего конкурента из «Ноева Ковчега». Изредка Майкл как бы просыпался и сообщал своему непосредственному начальнику, мэтру дискотеки «Солнечного берега», Джозефу, что диджей самого крутого в городе ночного клуба откровенно халтурит. Джозеф кивал головой и, застенчиво улыбаясь, ухаживал за Ланой, подливая в стакан пиво и щёлкая зажигалкой, как только она вытаскивала сигарету из пачки.
Разговор не клеился... Перед отъездом из «Солнечного берега» мэтр Джозеф намекнул, что влюблён в русскую белокурую красавицу. Теперь Лана совсем не знала, как себя вести. Не знал, как себя вести и сам Джозеф. Признаваясь в светлых чувствах, он и не думал, что девушки буквально через три дня вернутся в город. Ведь провожали их в далёкую Россию, а они бац!... Настроившись на бесконечную несчастную любовь вдали от предмета воздыханий, Джозеф никак не мог собрать мысли и чувства в кучу. Мысли Ланы вообще никогда туда не собирались. Поэтому она сидела молча и тоже застенчиво улыбалась. Джозеф украдкой вздыхал...
Два секьюрити, Мухамед и Ебейд стратегически сели с краю: они вечно на посту. Вдруг потребуется их помощь, как стражей порядка? Тогда, не потревожив своих друзей, они быстро выпрыгнут из-за стола, уложат обидчиков на пол и прочитают хулиганам нотации о хорошем поведении. Там же с краю примостилась и Иринка, которая рассказывала непьющим Мухамеду и Ебейду о пользе ежедневного приёма тридцати пяти грамм алкоголя:
- Снимает стресс, раз! При вашей работе – это просто необходимость! Расширяет сосуды, что очень хорошо для сердца! Два! Снижает вероятность получить рак груди!
- У нас это... груди нет... – Пытался встрять в доклад смущённый Мухамед.
- Значит, снижает вероятность рака простаты! – выкручивалась Ирусик, - Ну, что? По бокалу пива? Ради здоровья?

[MATILDA]

Подписываюсь)

[Хагга]

- Снимает стресс, раз! При вашей работе – это просто необходимость! Расширяет сосуды, что очень хорошо для сердца! Два! Снижает вероятность получить рак груди!
- У нас это... груди нет... – Пытался встрять в доклад смущённый Мухамед.
- Значит, снижает вероятность рака простаты! – выкручивалась Ирусик, - Ну, что? По бокалу пива? Ради здоровья?
Херрит о чём-то яростно спорил с Шалуфой. Два голландца-дайвингиста всегда находили темы для дискуссии.
Шалуфа, хоть и был менеджером центра подводного плавания в «Солнечном береге», правил демократично и относился к своим подчинённым, как к братьям. Девушки из русского шоу ходили у него в дочках. Наверно, данное панибратство ослабляло тоску по семье, которую он покинул из-за рабочего контракта в Египте. Шалуфе оставался всего месяц подводной рутины и он заранее приглашал всех на сабантуй по поводу возвращения в Голландию. На своё менеджерское место он прочил Херрита, который скромно отказывался, ссылаясь на недостаточный опыт.
Пришёл и новый знакомый девочек – братец Стасика Нюфа. Сам Стасик был надолго оккупирован другом-Нонной:
- А почему Али не пришёл? Ты его звал?
История Нонкиной любви на всю жизнь началась полгода назад. Она влюбилась в Али сразу. С первого взгляда. Чего нельзя было сказать о самом Али. Сначала Нонна не понимала, как можно не обращать внимания на такую славную, лучезарно красивую и умнейшую персону, как она, и чуть была не записала столь понравившийся экземпляр в стан «голубых», но друг Стасик развеял сомнения в нетрадиционной ориентации героя напрочь. Причина равнодушия оказалась банальной: Али был давно и прочно женат. Нонку данное известие оглушило, но не остановило.
Али же защищался от «русского танка», как мог. Лучше всего у него получалось тактика противника-невидимки, противника-галлюцинации и «Ку-ку! Я в домике!». То есть он благоразумно избегал открытого боя. На этот раз Нонкин герой вообще решил подло свалить от своей судьбы:
- А он в Германию с женой уехал. Насовсем. – Грустно выдохнул Стасик.
- Как?!!! – Нонна была не просто убита... Раздавлена.
- Да не переживай ты! – Попытался успокоить её Стасик.
- Подлый трус! – Процедила Нонна и хлобыстнула стакан пива залпом.
- Точно! – Кивал головой Стасик, - Он тебя недостоин!
- Педераст!
- Ослиная задница! – С готовностью вставил преданный Нонкин друг.
- Ну, погоди, тварь дрожащая... Вот выгорит у нас контракт в Германии... – Угрожающе засверкали Нонкины серые глаза.
С Питером Керстеном, знаменитым немецким иллюзионистом, совсем недавно, буквально перед отъездом из «Солнечного берега», познакомилась Иринка. Ему понравилась шоу-группа «Соло» и он предложил девушкам поработать с ним в Германии. Девушки, конечно же, согласились и теперь ждали Питера с контрактом. Он обещал обрадовать через месяц-полтора. Тогда Нонна была счастлива, что произошла задержка, теперь же ей не терпелось побыстрее отправиться в Германию.
- Эх, я его там найду!
- Найди и выпори! – Поддакнул Стасик.
- Да я его урою!
- Загрызи!
- Кастрирую!
- Ой! – Всплеснул друг руками, - Зря я тебе сказал...

[Хагга]

***
... – Итак, восьмой «Б», это ваш новый учитель биологии Олег Николаевич. Прошу любить и жаловать! – торжественно произнесла директриса и важно выплыла за дверь.
Перед восьмым «Б» стоял стройный, молодой, красивый мужчина с папкой под мышкой. Девочки сладко вздохнули. Мальчики фыркнули.
С учёбой у Нонны дела обстояли средне. Слава богу, мать, уверенная, что её девочка самая умная и красивая, а все остальные врут из зависти, в школу нос не казала, а то б узнала много интересного. Нонка уже могла зарабатывать подделкой оценок в дневниках, стать резидентом любой разведки, заметать следы, как лиса, и применять тактику хамелеона. А что делать, если не интересуется она физикой, химией и той же биологией? Мало сказать не интересуется... У неё аллергия на эти предметы. С самой первой минуты урока биологии начинается чёс всего тела. Вот и сейчас всё активно зачесалось...
- Открыли учебники. Тема урока – «Учение Чарльза Дарвина о естественном отборе». Просьба слушать внимательно. Завтра - контрольная. Кто не сдаст, будет заниматься во внеурочные часы со мной лично.
Контрольную не сдали десять учеников. Точнее учениц. В их числе была и Нонна.
... - Расскажи мне, пожалуйста, что тебе не ясно в эволюционной теории. – Вежливо попросил Олег Николаевич и присел рядом с непутёвой ученицей. Та гордо вскинула подбородок вверх и ответила с вызовом:
- Я многое не понимаю. Например, почему современные обезьяны не превращаются в людей?
Молодой мужчина вздохнул и постарался объяснить издалека:
- Есть несколько конкурирующих теорий, каждая из которых предлагает свой вариант развития событий. В этом отношении эволюция аналогична гравитации.
- При чём тут гравитация? – Захлопала своими большущими ресницами Нонна.
- Существует несколько теорий гравитации — закон всемирного тяготения Ньютона, общая теория относительности и, в один прекрасный день, возможно, появится универсальная теория. Однако сам факт тяготения неоспорим - если ты уронишь любой предмет, он упадет. Понимаешь? Подобно этому существует факт эволюции, несмотря на то, что споры ученых по частным вопросам теории продолжа... – Олег Николаевич вдруг увидел, что рядом с ним сидит прекрасная женщина, и запнулся в своём докладе. Нонна, распахнув глаза и рот навстречу знаниям, выглядела сногсшибательно. Грудь, что уже оформилась к восьмому классу в четвёртый размер, взволнованно поднималась и опускалась. Румянец игриво полыхал.
- Я понимаю вас... – Почти прошептала она.
- По Дарвину, наши древние предки, - Сглотнув, продолжил Олег Николаевич, - жили стадами на деревьях...
- Какая дикость! – ужасалась Нонна.
- Имели острок-к-конечные уши... - Стал заикаться учитель.
- Немыслимо!
- Б-были покрыты шерстью и оба пола имели б-бороды.
- Да что вы говорите!!! – приложила руки к своей полной, волнующейся груди ученица восьмого «Б», - Такие страсти!
- Б-биология – очень интересная наука, Нонночка...
- Теперь я это понимаю!...
Нонна бросилась посещать индивидуальные занятия Олега Николаевича почти ежедневно. Очень скоро учитель не выдержал и теоретические уроки соединились с практикой. Биология до сих пор вызывала у Нонки аллергический зуд, но индивидуальные занятия доставляли настоящее удовольствие. Олег Николаевич, как истинный педагог, пытался добавить своей подопечной немного теории, пока та наслаждалась практическим экстазом.
- Нонк! Программа "Геном человека" показала, что мы отличаемся от обезьян и других млекопитающих очень немногим!!! Понимаешь? – скакал он по квартире в одних трусах, пока Нонна раскладывала продавленный диван.
- Всего лишь, так называемыми генами эмбриогенеза, то есть теми генами, которые отвечают за раннее развитие зародыша из эмбриональной стволовой клетки!
Ученица вяло кивала головой:
- Угу...
- Причем это относится не ко всем клеткам, а только к тем, которые управляют развитием мозга. Нонночка! Это прорыв!
- Лёлик, иди в баню со своим прорывом. По закону эволюции более сексуальные всегда будут иметь преимущество над менее сексуальными. Иди сюда, мой биолог!
Полгода Нонна слушала про то, как Олег Николаевич напишет докторскую, получит Нобелевку и поедет преподавать в Гарвард или Кембридж. А потом были экзамены, последний звонок и предложение поехать по контракту в Египет. После последнего, ей как-то резко надоели биологические практикумы. В голове активно работали миллиарды нервных клеток, так называемых нейронов, красочно показывая Нонне сладкие картинки заграничной жизни.

[Хагга]

***
«Хм... А Стасик вроде ничего...» - вдруг подумалось Нонне. «Чем-то он мне Лёлика сейчас напоминает... Не то волосы чуток отрастил, не то возмужал...»
- Стасичек! А пошёл этот Али к лешему!
- Куда-куда? – Не понял друг.
- По-вашему, к шайтану. – Подкорректировала свой посыл Нонка и взяла Стасика под руку:
- Потанцуем?
Они вышли на танцплощадку и Нонна нежно обняла его за шею. Стасик по-пионерски отклячил зад и положил дрожащую руку Нонне на талию.
- Ты мне друг или кто? - Возмутилась Нонка и притянула смущённого кавалера к своей груди. Пунцовый Стасик, кусая губы, снова подумал: «Зря я сказал...»
За Нонной и Стасиком на сцену выплыла пара Джозефа и Ланы. Майкл выполз туда в полном одиночестве и изображал из себя гитариста. Иринка уговорила-таки Мухамеда и Ебейда заняться здоровьем. Но Ебейд отхлебнул пива и решил, что останется больным, а вот Мухамед очень резво практиковался с тридцатью пятью граммами, задорно чокаясь с Иринкой и Нюфой высокими бокалами с логотипом производителя египетского пива «Стелла». Мила, сняв инвалидки-очки и задумчиво уставясь на верхние софиты танцплощадки, курила.
«Какая же она красивая! Где были мои глаза?» - с открытым ртом думал застывший Херрит.
Мила сильно изменилась. Непутёвые длинные пакли были подрезаны и кокетливо уложены в каре. Чебурашкины ушки скрывались за волосами. На безупречном овале лица ярко блестели огромные глаза цвета тёмного янтаря. Губы нежно обнимали сигарету.
«Ух, чёрт!!» - ругнулся Херрит, когда его собственная сигарета уронила столбик пепла на светлые штаны. Мила встала, взяла сумочку и направилась к выходу. Херрит забыл про брюки.
- Пойдём потанцуем? – подскочил он.
У Милки забегали перед глазами звёзды, закружилась голова и задрожали коленки.
- Угу!!! – не сводя взгляда с Херрита, она покачнулась и, как бы балансируя, широко взмахнула рукой с сумочкой. Сумочка улетела в направлении их общего стола, хрястнула Ебейда по больной черепушке и, напоследок, выбила высокий пивной бокал из руки Нюфы. Раздался звон бьющегося стекла и Ебейдовское «Я, хабар абьят!», что приблизительно значит то же самое, как и русское - «Ну ёкарны бабай!».
- Я готова, – радостно пролепетала Милка, шагнув на подкашивающихся ногах к своей мечте.

[Хагга]

- Где этот заросший мхом Абу Зейд?! – нервничала Ирина, - Я хочу нормально помыться!!!
Горячую воду до сих пор никто не наладил, штор на окнах тоже не было, кондиционер продолжал грустно лить ручьи слёз в тазы и тарахтеть, как выпускник тракторного завода.
- Щас я его научу Россию любить! - Ирина нервно загремела замком, распахнула входную дверь и отшатнулась. Так же отшатнулся занесший было руку к звонку красавец Херрит с цветочным горшком под мышкой. Цветок от шатаний хозяина тревожно завибрировал.
- А я вот тут... стою... – опомнился Херрит.
Ирина сменила охотничью позу суслика на позу кокетливой курочки и вцепилась в цветок:
- Это нам? Давай!
За её спиной повысыпали в гостиную остальные куры и радостно закудахтали:
- Херушка! Херунчик! Херушечка!
- Привет, красавицы! - голландец тоже обрадовался и потянул цветок на себя. Неизвестно сколь долго Ирина и Херрит перетягивали бы несчастный цветок, но тут вмешалась, в отличие от товарок в халатах и спортивных костюмах, полностью экипированная нарядными босоножками на одиннадцатисантиметровом каблуке, атласными брючками и вечерним макияжем Мила:
- Ты как швецарские часы, Херрит... – скромно потупила она свои глаза со стрелками, - Проходи, что ль...
- Спасибо! – улыбнулся Херушка и кивнул на зажатый между руками Ирины цветок:
- Это тебе...
Иринка наконец отлепилась от представителя флоры, с круглыми глазами повернулась к полыхающей, как пожар в трухлявом сарае, Милке и, улыбаясь сквозь зубы, процедила:
- Так ты его пригласила?!!!
Милка не обратила внимания на резкую смену настроений, прошла к Херриту и взяла за руку:
- Пойдём, я тебе покажу наше жилище...
Херушка послушно пошаркал в глубь квартиры за Милой.
- Это, - повела она рукой влево, - Моя и Ланкина спальня...
Остальные лица данной сцены, так и не успев прикрыть раззявленные рты, коллективно вздрогнули, когда дверь «Моей и Ланкиной спальни» громко ухнула, обозначив конец блиц-экскурсии по жилищу.
- Что это было? – промямлила всё ещё сонная Лана.
- Зов природы... – откликнулась Нонка.
- Не хватало нам одной маньячки... – прошипела Ирусик, - Если она оттуда выйдет, запихаю ей этот горшок в ...

[Хагга]

- Итак... Что будем жрать? – стояла перед открытым холодильником Нонка. В недрах морозильного аппарата гуляли пронизывающие ветры и величественно застыли глыбы льда. На нижней полке обитала картонная коробка с логотипом «Шехерезады», что уже скукожилась от одиночества и тоски.
- Как что? Омары, креветки, рябчики, ананасы... – перечисляла Иринка, - Хочешь, сейчас выйду на улицу и забью какого-нибудь кабана? Всего делов-то... Хрясть томагавком и «копчёные рёбрышки в листьях кукурузы аля фараон Рамсес».
- Это позже... – Нонна вынула коробку, - А сейчас мороженые пироги типа сендвич!
Все горько вздохнули и поплелись в гостиную, где расселись на полу около инвалидного стола.
- Надо попросить какой-нибудь разогревательный аппарат, - морщась, жевала продрогший сендвич Лана, - Для здоровья вредно не разогре...
Вдруг она застыла с куском во рту и посмотрела на подруг. Те тоже прекратили зубодробительный процесс. Из-за двери, где нагло скрылись ранее Мила и Херрит, истошно неслось:
- О-о-о-о!!! У-у-у-ух! Фух-фух-фух!!! Давай-давай!!! У-у-ум...
- Это чё?... – округлила глаза Ланка, на что Нонна глубоко вздохнула:
- Я ж говорила: зов природы...
- Далеко, видать, позвала... – удивилась Иринка.
- Какой зычный, прямо-таки утробный зов... – Задумалась о чём-то своём Лана и, не прожёвывая, заглотила приличный кусок.
- Фа-а-а-ас!... Фа-а-ас!... Фасте-е-ер! У-у-ум! Йе-е-есссссс!!! О!
Трое лишних в этом природном катаклизме уселись на полу по-турецки, тревожно всматриваясь в дверь спальни Ланы и Милы.
- Я волнуюсь...
- Брось! Вроде ничего не падает, не ломается, не трещит...
- Да-да... Звуки истеричные, но не опасные...
- А-а-а-у-у-у-а-а-а!!! М-м-м-м-м-м-м! Хо-хо! Е-е-е-е-е, бей-ей-ей-би!!! Их-их-их-их!
- Она его там не ухайдокает? – тревожно заёрзала Ирка.
- Н-да... Трупы нам не к чему...
- Может, он её? А? Девочки, я в смятении...
- Навряд ли... – успокоила Лану Нонка, - Херрита вообще не слышно. Что в принципе подозрительно. А Милка-то... Чего ей сделается? Вон, как живенько...

[Raschid]

Спасибо,смеялся. Ловите плюсик.
Думаю: что за стиль изложения такой знакомый? Ба-а-а... Да это же "Лидия Раевская - 2" ! Правда,помяхше...

[Хагга]

Ба-а-а... Да это же "Лидия Раевская - 2" ! Правда,помяхше...

Очень помягше.
За спасибо - кланяюсь. За то, что комментите - благодарю.


- Навряд ли... – успокоила Лану Нонка, - Херрита вообще не слышно. Что в принципе подозрительно. А Милка-то... Чего ей сделается? Вон, как живенько...
Дверной звонок, как сумашедшая свиристелка, выдал музыкальную фразу из творения жизнерадостного Моцарта. Все повскакали с насиженных мест, как будто пол вдруг резко стал раскалённой сковородкой.
- Это ещё кто?
Ирина размазалась по стене и не отсвечивала. Ланка испуганно хлопала ртом, как рыба на песке.
- Угомоните нашу сирену! – приказала им Нонка и на цыпочках покралась к входу.
Лана и Ирина робко, в два кулачка, постучали в дверь спальни.
- Йе-е-е-ге-ге-е-ей!! А! А! А!
- Милк, замолкни ради Аллаха! – взмолились подруги, - Не слышишь, что ли, в дверь звонят?!!
- Тва-а-аю ма-а-ать, ну как всегда!!! – донёсся стон разочарования из спальни и установилась платоническая тишь.
Нонка вкрадчиво промурлыкала в зазор между дверью и проёмом:
- А ху-у... из ит?
- Это я! – бодро прозвенел голосок с той стороны.
На пороге стоял лучезарный Стасик. В вытянутых руках его привлекательно расположилась почти такая же, как шехерезадовская, коробка, на торце которой светилась счастьем морда упитанного повара в белоснежном колпаке. Нонка могла поклясться, что заплывший жиром повариный глаз ей многообещающе подмигнул.
- А чего это у тебя? – ещё более вкрадчиво промурлыкала она.
- Сладости... – с интузиазмом отрапортовал Стасик, после чего с криком «Родной ты наш!!!» от двери спальни стартовали к нему Ирина и Лана.
... – Стасичек, какой ты лапа!
- Что это «лапа»? – не понимал Стасичек и подобревшие после умятых в три лица сладостей девочки охотно учили спасителя их желудков премудростям русского языка.
- Лапа – это типа рука медведя. – Осоловело распевалась Нонна, - Нет, не рука. Правильнее – конечность.
- А что такое конечность? – не доходило до Стасичека.
Послышались Милкины сдавленные восхищения природой и Стасик среагировал мгновенно:
- Что там? - с тревогой спросил он.
Нонка махнула рукой:
- А... Не обращай внимания... У Милки случилось окончание годового запора... Слышишь, как мучается?..
- А почему она там мучается?
- А где ж ей ещё мучиться? – ответила Нонна по-еврейски.
- Если запор, то в туалете... наверно... – Неуверенно промямлил Стасик.
- Ей там удобнее! – не сдавалась Нонка, - И вообще, ты про медведей слушать будешь?
- О-о-о-о! Уау! А! А! А! Ох! – неутомимо мучилась Мила.
Стасик кивнул.
- Так вот! Это такая сильная, мохнатая, большая, но в то же время ласковая, пушистая медвежья конечность.
- Не, Нонк! – вступила Ирусик, - Стаська, если эту лапу применить, то... – она затрясла кулаком, - О-го-го!
- О! О! О! – прерывисто вторила ей Милка.
- Стасичек, не слушай её... – перебила Нонка, - Плюшевого мишку знаешь?
- Кого?
- Тедди бэар! – вспомнила Нонна английское название и Стасик кивнул, навострив уши в сторону спальни, откуда донеслось грудное Милкино «Ы-ы-ы-ы!!!», а потом раздались ритмичные скрипы и стук кровати о стену:
- Тррах-тррах-тррах-тррах!!!
- Может, ей доктора? – Обеспокоенный Стасик не мог концентрироваться на медвежьих темах.
Нонка занервничала:
- Стася! Ты хочешь знать, что такое «лапа»?
Стасик обречённо кивнул.
- Так вот... – успокоилась знаток биологии и природоведения, - Конечность тедди бэара представляешь?
- Что такое конечность? – взмолил Стася.
Нонна в отчаянии закатила глаза в потолок, но Ирина пришла на помощь:
- Руки, ноги, хвост... Понимаешь?
Тупой оппонент научного спора опять кивнул.
- О! Вот это ты! – Радостно вывела Нонна, ткнув в «лапу» пальцем.
Стасик не успел переспросить ещё раз, почему он - рука медведя, тем более плюшевого, и вообще, рукой ли его обозвали или всё-таки чем похуже, как звонок, в который раз сегодня, требовательно исполнил моцартовские вариации.
- Да что ж сегодня за день такой! – протянули девочки и повели Стасика прятаться в спальне для гостей.

[Хагга]

***
- У меня приятный сюрприз!!!
Халед выглядел похудевшим, постройневшим и даже как-то моложе и свежее. Кроме того, энтузиазм его зашкаливал, как барометр на корабле во время шторма, в следствии чего, будёновские усы торчали во все стороны.
Атмосфера в квартире русской шоу-группы наэлектризовалась. У девушек появилась какая-то пролетарская злость, образовался в телах революционный настрой, захотелось взять Зимний, за спиной орала матом природа и отступать было некуда.
- Что ещё? – вяло откликнулись хором Нонна, Ирина и Лана.
- Мы едем в прекрасный уголок живой природы «Парадайз»!
За стеной что-то сильно ухнуло и послышалось Милкино прерывистое:
- Ох-ох-ох-ох!
- Кто там? – шагнул было Халед к двери спальни, но на траекторию его похода, как резвая кенгуру, прыгнула Ирусик:
- Мила. Переодевается. – доложила она.
- А почему причитает и орёт?
- Дык очков у неё там нет, - поддержала Иринку Нонна, - Не видит ни зги... Вот и спотыкается, углы сшибает, шкаф головой открывает... насквозь...
Халед выдохнул и снова зажёгся, как лампочка Ильича с лучами-усами:
- Быстро собирайтесь! Купальники, шлёпки, очки и панамки обязательны! Будет пикник, плавание с маской и подводная охота!
- А как это, подводная охота? – в сотый раз за сегодня глаза Ланы округлились.
- Всё объясню на месте! Давайте быстрее, а то внизу скучают Рыдван, Абдул и Махмуд... – Халед чуть не сплясал канкан.
Девочки грустно вздохнули и направились собираться.
... - Милк, открой... – скулила под дверью Лана.
- Не могу, - хрипела в ответ подруга детства, - Тут пикантная ситуация!
- Ну дай мне мои вещи, я у девчонок переоденусь... Да! – опомнилась Ланка, - Ты сама-то одевайся! Халед ждёт с гоп-компанией...
- Я готова к великим делам! – празднично пообещала Милка, протянув в приоткрытую щель узел Ланкиных шмоток.

[Альдо Апач Рейн]

какой штиль...пишусь)

[Paloma]

Так-с! Не поняла?! Я что-то пропустила?! Тема в "Ваших сообщениях" не светилась! Не иначе Герик-Злой Гений - вмешался!
Все, я здеся! У первом ряду!!!

[Хагга]

какой штиль...

Не совсем. Тут в засаде несколько сидят. Сама видела.

Все, я здеся! У первом ряду!!!

Правильно! Товарищи выползаем из кустов! Тут скоро будет жарко... Завязка заканчивается.

[Хагга]

... – Ирк, мне взять леопардовый или красный купальник?
- Купальник - фигня! Пузырь нейтрализатора не забудь! – не ответила на животрепещущий вопрос Ирина, копаясь в комоде, - А то как начнут охотиться под водой, на воде, песке, в шалаше, на пикнике...
- Это да! – согласилась Нонка и решительно бросила в сумку оба купальника, - «Лаксатив» - наше всё!
... - Ну? – потёр руки Халед, оглядев вялую женскую команду, - Пошли?
Нонна уже хотела сообщить, что ещё нет Милки, как та выплыла из своего природного убежища, вызвав у всех ассоциации с укуренной царевной-лебедью.
Такой искусный утром макияж был размазан по всему лицу и декольте Людмилы умелыми мазками Херрита Пикассо. Атласные штанишки кто-то перешил и теперь спереди висел этакий мешок, смутно напоминавший сумку кенгуру. Лёгкая летняя блуза вообще была скроена косо и швами наружу. Мила блаженно лыбилась.
- Ей срочно надо купить очки! – после долгой паузы вымолвил Халед, - Я куплю!
- Куролеся! Штаны задом наперёд у тебя и кофта наизнанку! – Шипела Милке Ирусик, - Иди переоденься и рожу умой, хохлома!
- Она ни хрена не видит! Надо помочь! – Горячился активный сегодня Халед.
Нонна яростно поддерживала милосердные порывы:
- Конечно! Ни лицо намазать, ни одеться правильно! К тому же, сшибать всё подряд и ругаться матом потом! Срочно спасать девушку, мистер Халед!
- А вот сейчас и спасу!
- Да-да! Давайте не поедем на охоту, а будем спасать! – подпрыгнула Нонна, но Халед был неутомим в своём радостном видении жизни:
- Мы всё успеем!
***

[Хагга]

Желтизна пустыни стараниями лучей африканского солнца превратилась в белизну. Вдалеке на бегущей ленте асфальта то и дело мерещились лужи, но подъезжая ближе, можно было констатировать, что это – всего лишь миражи. Кондиционер «Мерседеса» еле справлялся с такой полуденной жарой. Полицейский чин Рыдван, откинув водительское кресло так, что сзади сидящей Ирине пришлось подтянуть ноги к ушам, наслаждался заунывными рыданиями какой-то арабской певицы. Зажатая между Ириной и Нонной Милка любовалась пейзажами, которые могла теперь видеть благодаря новёхоньким очкам, и просовывала свой нос то к левому, Иринкиному, то правому, Нонкиному окну.
- У тебя муха, что ль, в трусах? – Не выдержала Нонна, - Дрыгаешься, как тушканчик в брачный период.
Мила не обратила внимания на выпад и благоговейно произнесла:
- Бабы, тут, оказывается, есть горы!!!
Хорошо устроившаяся на переднем сидении Лана досматривала прерванный появлением Херрита утренний сон.
Абдул, Махмуд и Халед ехали следом за «Мерседесом» Рыдвана. Дорога в «Парадайз», как и всякая дорога к раю, была долгой. Но вдруг Рыдван резко свернул с комфортной асфальтной ленты и покатил по барханам.
- Я знаю все потаённые места в округе! – многозначительно подмигнул он.
- Кто бы сомневался... – тихо пробурчала Ирусик, - Как бы не поехали их все осматривать...
Однако, очень быстро показалась аквамариновая полоса моря и обе машины, подняв тучи песка, резко затормозили в укрытой от лишних глаз лагуне.
«Мальчики», а именно Рыдван, Абдул и Халед, живенько высыпали из автомобилей, а вот агент Интерпола подзадержался. Девочки видели, как вся мужская команда помогла далеко не субтильному Махмуду выползти с переднего сиденья. Нога несчастного была загипсована. Абдул подал старому вояке костыль.
- Ах! – раздался сожалеющий вздох русской братии, - Что с вами?
Махмуд облокотился на капот и вздохнул:
- Кто бы мог подумать, что в этом курортном городе столько опасностей!
- Что случилось? – дружным хором заинтересовались девочки и Махмуд с надрывом начал свой рассказ, пока остальные представители мужской части «Парадайза» устанавливали зонтики и вытаскивали из багажников сумки-холодильники с едой и напитками.
- Иду по центральной улице, никого не трогаю и тут прямо передо мной человек пятнадцать!!! Вроде неопасно, но они преградили мне путь. Я сразу подобрался, сделал стойку... Спрашиваю их: «В чём дело, друзья?!» Я Ирине уже рассказывал, что бывал в боях, и в принципе, ничего не боюсь, но их было слишком много...
Махмуд устроил свою загипсованную конечность удобнее, поморщился и продолжил:
- Троих я уложил сразу... Они висели на мне, как гроздья винограда... С ещё двумя я сражался попутно сбрасывая с себя этих прилипал. Пятеро уже лежали на земле и не подавали признаков жизни. Улучив момент, я вытянул свой ремень из брюк... На земле лежало уже восемь. Одного я «успокоил» тычком пальца в вот эту болевую точку...
Махмуд показал на Ланиной шее, куда именно.
- Ещё одного отключил пряжкой ремня по носу... А вот остальные пять вытащили ножи...
Девочки завороженно слушали столь детальный рассказ и где надо вставляли охи и ахи.
- Тогда я побежал... Вижу: стоит микроавтобус. Я вскочил на крышу и, сделав в воздухе «звезду», прыгнул оттуда на преследователей...
- Уау! – искренне протянула Лана.
- Очнулся уже на больничной койке, - закончил бывший агент, - Врачи сказали, что повезло... На мягкое упал... А то...
- Н-да... – пропели уже все девушки.
- Ну, мне не привыкать! – радостно приосанился Махмуд, подмигнув Иринке, - Хорошо, что у меня не было оружия... Всех бы положил... Насмерть!

[Хагга]

***
Стасик услышал, как хлопнула входная дверь и многочисленные голоса стали удаляться.
- Фух! – сказал он сам себе, - Пронесло...
Прошаркав к выходу, Стасик схватился за ручку. Дверь была заперта.
- Хм... – опять сказал он сам себе и лихорадочно затряс ручку. Безрезультатно.
Повторил подход с разбега, но не удалось... После пятнадцати минут кувырканий около двери, Стасик плюнул на неё три раза и уселся обдумать ситуацию.
Скоро он понял, что сидеть в квартире девочек придётся до их возвращения и пошёл, от нечего делать, осматривать временный приют.
Соответственно, когда нет телевизора с футболом, газеты с диваном и друга для беседы о бабах, первое, что приходит мужчине в голову – пожрать. Стасик грустно оглядел Северный полюс в миниатюре и в сердцах хлопнул дверкой холодильника. Так хорошо начавшийся сегодня день окончательно испортился. Что нужно делать, чтобы преодолеть невзгоды судьбы? От них нужно убежать! Стасик потянулся и пошёл в спальню. Сон – прекрасное средство ухода от действительности.
Складывалось впечатление, что в спальне был фестиваль. Может, не фестиваль, но карнавал точно. К спинке кровати привязаны атласные ленты (Стасик смутно помнил, что бантики из таких озорно подпрыгивали у девочек на головах во время одного из танцев), простыня зияла прорехами и разрисована какими-то красками (Она вполне могла являться костюмом какого-нибудь привидения во время празднеств Хеллоуина), вентилятор на потолке украшен кокошником, а пол усыпан блёстками с костюма для танца живота. Картину радости портила растерзанная подушка, из которой вывалился поролон, и треснутое зеркало на стене.
«Надо поискать постельное бельё.» - решил Стасик. Спать на костюме для Хеллоуина – видеть ужасные сны, а ужасов и в реальности хватает. Он прошлёпал к шкафу, открыл створки и уронил челюсть. В глубине чётко угадывался полуголый человек с цветочным горшком в обнимку. Цветок удручённо поник лепестками, а любитель ботаники лежал, задрав ноги ввысь, и сладко сопел.
- Мистер... Мистер... – тихо позвал Стасик и культурно постучал по створке.
***

[Хагга]

***
Стасик услышал, как хлопнула входная дверь и многочисленные голоса стали удаляться.
- Фух! – сказал он сам себе, - Пронесло...
Прошаркав к выходу, Стасик схватился за ручку. Дверь была заперта.
- Хм... – опять сказал он сам себе и лихорадочно затряс ручку. Безрезультатно.
Повторил подход с разбега, но не удалось... После пятнадцати минут кувырканий около двери, Стасик плюнул на неё три раза и уселся обдумать ситуацию.
Скоро он понял, что сидеть в квартире девочек придётся до их возвращения и пошёл, от нечего делать, осматривать временный приют.
Соответственно, когда нет телевизора с футболом, газеты с диваном и друга для беседы о бабах, первое, что приходит мужчине в голову – пожрать. Стасик грустно оглядел Северный полюс в миниатюре и в сердцах хлопнул дверкой холодильника. Так хорошо начавшийся сегодня день окончательно испортился. Что нужно делать, чтобы преодолеть невзгоды судьбы? От них нужно убежать! Стасик потянулся и пошёл в спальню. Сон – прекрасное средство ухода от действительности.
Складывалось впечатление, что в спальне был фестиваль. Может, не фестиваль, но карнавал точно. К спинке кровати привязаны атласные ленты (Стасик смутно помнил, что бантики из таких озорно подпрыгивали у девочек на головах во время одного из танцев), простыня зияла прорехами и разрисована какими-то красками (Она вполне могла являться костюмом какого-нибудь привидения во время празднеств Хеллоуина), вентилятор на потолке украшен кокошником, а пол усыпан блёстками с костюма для танца живота. Картину радости портила растерзанная подушка, из которой вывалился поролон, и треснутое зеркало на стене.
«Надо поискать постельное бельё.» - решил Стасик. Спать на костюме для Хеллоуина – видеть ужасные сны, а ужасов и в реальности хватает. Он прошлёпал к шкафу, открыл створки и уронил челюсть. В глубине чётко угадывался полуголый человек с цветочным горшком в обнимку. Цветок удручённо поник лепестками, а любитель ботаники лежал, задрав ноги ввысь, и сладко сопел.
- Мистер... Мистер... – тихо позвал Стасик и культурно постучал по створке.
***

[Хагга]

- Здесь натуральный заповедник! – увлечённо рассказывал Рыдван, - Есть даже резкий обрыв под водой, можно сказать, бездна!
- Бесчисленное множество рыб! Охота с гарпунами тут превосходна! – поддержал восторги «Парадайзом» хиромант Абдул, попутно налаживая и проверяя дееспособность этих самых гарпунов.
- Наловим рыбы, запечём на костре! – радостно обещал Халед, - Будет королевский обед!
Жертва криминальной обстановки в регионе тоже похвалил здешние красоты и изобилие, пожалев, что не сможет из-за гипса показать всем, как надо ловить рыбу голыми руками.
Девочки, расположившись на пледах, стоически загорали под садистским солнцем и вяло угукали, соглашаясь с программой, которую предложил Халед, с восторгами Рыдвана и Абдула, а также с тем, что Махмуд не будет показывать своих охотничьих навыков.
- Бабы, сегодня в меню баночное пиво... – скосила глаза в сумку-холодильник Иринка, - Как нейтрализатор применять?
Лана нудно промычала:
- Может, обойдёмся сегодня?
- Полежим – увидим, - вставила зевающая Нонка.
Милка, сложившись в комочек, похрапывала. У неё сегодня был феерический день, который вымотал девушку до предела, и проблемы коллектива отошли на девяноста последний план.
- Дорвалась... – сообщила результат Милкиного дня Нонка и укрыла недотёпу коллектива парео, - Чтоб не обуглилась...
***

[Хагга]

- Что будем делать? – спросил Стасик, когда выяснил личность человека с цветком и рассказал тому последние новости о вынужденном заточении без средств к существованию и без средств массовой информации.
- Мне надо в отель... – Потихоньку возвращался в реальность Херрит, - Shit!
- Есть идея! – подпрыгнул Стасик, оглядев спальню, и через полчаса была готова верёвка, которую два узника сплели из простыней, что нашли в шкафах.
- Фух! – сказал Стасик, - Пошли!
- А может, дормену постучать? Он откроет...
Стасик повертел пальцем у виска и объяснил европейцу, что значит в египетском понимании двое парней у баб в квартире.
- Попадёт русским и нам заодно... Не... Надо смываться незаметно.
Двое с верёвкой шатались от окна к окну ещё полчаса. Напротив их «тюрьмы» находилась школа. Ребятишки гоняли мяч, орали, как резанные, нервничали, если гол не получился. Потом их вообще построили в колонны лицом с убежищу друзей по несчастью и заставили петь песни, читать речёвки и прочую лабуду. Херрит изнывал:
- Если сейчас полезем у всех на виду, нас сдадут в полицию, как воров.
- Н-да... – соглашался Стасик, - Надо ждать...
И они устроили засаду у окна спальни.
***

[Paloma]

"Вечера на хуторе близ Хургады"! Хагга, меня терзают смутные сомнения: "гарна корма", "раззявленные рты", "балакающие по-английски"... Вы таки это?.. я стесняюсь спросить... Гоголь вам не земляк?

[v.i.z0908]

Хагга
Прочитал, вспомнил где это уже видел! Перечитал весь (пошти рОман) Отлично!!!! А почему название изменили?

[Talking Fish]

для достоверности

[Хагга]

Гоголь вам не земляк?

У меня нос гоголевский.

А почему название изменили?

для достоверности

Добавила прямолинейности.

[Хагга]

***
- Вон! Вон! Смотри! – Орала в ажиотаже Нонка, - Видала, какая огромная?
Лана, наконец разглядев рыбину, тоже восхитилась:
- Вот это да!
Они лежали поперёк надувного матраса и, воспользовавшись масками, наблюдали богатство подводного мира. Халед и Рыдван находились поблизости. Вооружившись такими же масками, охотники выслеживали особо крупные рыбные экземляры и, обнаружив подходящую дичь, заныривали под воду. Изредка раздавались их победные крики и Абдул, ненадолго оставляя Милку, что сидела на лежащем в воде валуне и зорко наблюдала за морем с помощью презентованных окуляров, пускался вплавь принять добычу.
Ирина ползала по берегу и собирала ракушки. За ней хромал с костылём Махмуд и рассказывал очередную историю.
- Ты себе не представляешь, Ириночка, что было в ангольской Лусаке в 1992! Хаос!
- Погоди, Махмуд... – оторвалась Ирина от большущего ракушечьего экземпляра, - Лусака не в Анголе... Может, Луанда?
- Н-да? Память подводит... Зато раньше я был, как ходячая библиотека... Эх, годы, годы... – грустно вывел агент и, раскорячившись, как мог, приземлился на кучу затвердевшего песка, - Вызвали меня в штаб, снабдили легендой и отдали гримёрам, чтобы те сделали из меня Джусе Эдуарда Сантоса.
- Это кто? – донеслось сзади Махмуда. Ирина уползала в обратном направлении. Бывший агент с трудом поднялся.
- Местный президент, чтоб его... Ещё тот красавец...
- Махмуд, его Жозе Эдуарду душ Сантуш звать...
- Правда? Это я с Испанией спутал... Столько всего было... – чесал свой затылок Махмуд единственной свободной рукой, - Ну, послали меня, значит, в его образе урегулировать отношения в регионе. Самого Джуса команда поддержки выкрала и спрятала в высоких горах.
- Там есть горы?
- А то! Вот такие! Джомолунгма! – взметнул руки вверх Махмуд и уронил костыль. Ирина помогла ветерану и тот с благодарностью продолжил:
- За три часа полёта на военном вертолёте я выучил язык Катманду и составил план беседы с лидерами противостояния. Мы не могли упустить природные богатства Анголы из своих рук! Я должен был...
Пока агент изображал из себя хромого Шона Коннери под номером 007, вооруженным взглядом Мила заметила небольшой чёрный не то пластиковый пакет, не то выброшенную в море канистру вблизи надувного матраса и взревела как стадо взбесившихся слонов:
- Бабы!!! Акула!!! Спасайся, кто может!!! – верещала она, бегая по кромке моря, - Шарк! Шарк!!! Ахтунг!!!
За Милой, как хвост, гонялся туда-сюда Абдул и тревожно всматривался в морской пейзаж.
- Где шарк? Откуда тут шарк?
- Вон она, сволочь!!! Я её вижу!!!
Девочки не разобрали, что именно кричит Мила, но увидели, как, словно две торпеды, в направлении матраса плывут Халед и Рыдван.
- Чего опять? – прогундосила из-под маски Лана.
- Нельзя нашей недотёпе было на зов природы так резко откликаться... – вздохнула Нонна, - Видишь? Голова «бо-бо» совсем...
- Да ладно... – махнула Лана рукой, - Сейчас у мужиков спросим.
Мужики, как два спешащих на свидание дельфина, быстро приближались.

[Хагга]

- Что случилось, а? – выкрикнула Нонка, но пара Халеда и Рыдвана резко разделилась, огибая матрас, и не сбавляя скорости, помчалась к берегу.
- Вы куда? – пискнула Лана, но тут и ей на глаза попался опасный чёрный плавничок, - Нонк, это что?
Та прищурилась, открыла рот и вдруг резко забарабанила ногами и руками по воде:
- Дёру, Ланка!!! А-а-а-а!!!!!!
Лана пищала за компанию:
- Ма-мама-а-а-а!!!!!!!! – и так же активно барахталась.
Матрас не знал, куда плыть: Нонка двигалась влево, Ланка – вправо, поэтому он только покачивался на одном и том же месте в снопе брызг, вылетающих из-под конечностей девушек.
- Спасите их!!! Вы что не видите, они погибают в пасти акулы!!! – Милка бегала кругами по берегу. Абдул застыл и не шевелился. Только глаза следили за Милкиными метаниями из стороны в сторону.
В то же время, чуть вдалеке от пары Мила-Абдул, собирающая ракушки Ирина тоже заинтересовалась происходящим. Агент, болтавший о несметных залежах алмазов в Анголе, понял, что его не слушают и зорко вгляделся в горизонт.
- Спокойно!!! Я тут!!! – вдруг опомнился он после минутного прислушивания к визгам на матрасе и взываниям Милки на берегу, отстранил Иринку и спешно заковылял к морю. Допрыгав на глубину по колено, он поднял пострадавшую ногу вверх и отбросил костыль. В метрах тридцати от него истошно визжали и барахтались на матрасе Нонка и Ланка.
- Я иду!!! – проорал Махмуд и бухнулся спиной в морские недра. Над водой, как белый парус, поднялась загипсованная нога.
- Нельзя терять ни минуты!!! – активная Милка прыгала перед остолбеневшим Абдулом, - Их сожрут!!!
- Мила, - еле мямлил Абдул, - Тут нет акул...
- Трус!!!
- Дура!!!
- Идиот!!!
Иринка после броска агента в пучину, растеряв все ракушки, прибежала к яростно ругающимся Миле и Абдулу:
- Спасайте Махмуда!!!
- Зачем? – хором спросили Абдул с Милой.
Запыхавшаяся Иринка, не в силах говорить, указала пальцем на одинокий белый парус средь волн. Нога агента, как вертикальный, длинный буёк, маячила уже в десяти метрах от берега. Головы и рук не было видно. Только гипс.
- А этого как смыло? – удивилась Милка и ещё яростней затрясла Абдула:
- Твой друг тонет!!!
Тот наконец понял ситуацию и с разбега влетел в воду как раз в тот момент, когда оттуда выползали выбившиеся из сил Халед и Рыдван. Милка перебросилась на них:
- А ну, быстро назад!!! Сос!!! Сос!!!
Охотники еле дышали и круглыми глазами пытались сказать, что никуда быстро не хотят.
- Махмуда смыла волна-убийца!!! Нонку и Ланку жрёт акула!!! – вопила зрячая сегодня недотёпа и принялась втаскивать Халеда и Рыдвана обратно в воду. Ирина бросилась на помощь. Друзья сопротивлялись, но после спешного заплыва сил у них не осталось и пришлось опять хлебать морскую воду, благодаря стараниям двух больных на голову русских.
Нонка и Ланка наконец поняли, что за всё время бешеного дрыгания не сдвинулись с места. Так же, они вдруг заметили, что в округе чёрных плавников нет. Есть только белый, какой-то непонятный и смутно знакомый.
- Это ещё что за перископ? – с трудом выговорила Ланка. Сердце билось, как испуганная в клетке канарейка при приближении кота.
Нонна вгляделась в бороздящий просторы моря предмет:
- Явно не животное, поэтому бояться нечего... Поплыли, а?
- Давай. Только культурно. Разворот вправо...
- Я убью Рыдвана с Халедом, когда выйду на берег! – уже успокоившись, составляла мстительные планы Нонка, - Оставили нас наедине с чудовищем!
***

[Ларелинса]

Хагга, супер! Почти живые картинки перед глазами))) Ждем продолжения!

[Хагга]

***
- Завязывай туже! – шипел Херрит, - Не хватало навернуться с третьего этажа!
Стасик сопел, пыхтел и изображал морские узлы, прикрепляя верёвку из простыней к спинке кровати. Потом они оба проверили конструкцию на прочность и открыли окно. На улице не было ни души. Смеркалось.
- Пора! – сказал Стасик и шагнул на подоконник. Херрит страховал друга по несчастью и следил за штакетником спинки кровати. Дерево натужно скрипело...
Под окном, что выбрали узники для выхода из создавшегося положения, грустно качались от ветра голые кусты и скучал одинокий железный бак, доверху наполненный водой.
- Как ты там? – прошипел, перегнувшись через подоконник Херрит.
Стасик, как истинный скалолаз, пристроил ноги на стене здания, отлепил от верёвки одну руку и скрючил из пальцев кольцо: окей, значит. Через минуту он был уже на земле и радостно махал руками голландцу:
- Давай, друг!!!
Херрит отважно шагнул в пропасть. Друг, крепко обосновавшись на родной земле, вздохнул с облегчением и взялся прикурить сигарету. Волнение, тяжёлый день, стресс...
Первые два метра Херрит преодолевал с опаской, но потом, почуяв близость освобождения, эффектно заотталкивался от стены, изображая какой-нибудь голландский спецназ при благородной миссии спасения заложников, погорельцев или ещё кого...
Стасик смачно втянул дым сигареты, как вдруг услышал писк Херрита «Help!!!!!!!!!» и в следующую секунду раздался гулкий шлепок пополам со всплеском. На Стасика обрушился водопад, полностью окатив его щуплую фигуру. Сигарета приказала долго жить. Голландец, сверзнувшийся с высоты метров трёх по-снайперски, прямо в железный бак, молниеносно вскочил на ноги, но тут же снова ушёл под воду. Его макушку догнали вырванные с мясом четыре кроватных штакетины, за которые Стасик закрепил самодельный канат.

[Хагга]

***
- Легче, легче! – командовала Абдулом, Халедом и Рыдваном Иринка. На горбу хироманта висел интерполовский инвалид. Остальные, согнув агента в кольцо, держали за ноги. Милка создавала суматоху вокруг процессии, пессимистично квакая:
- Он жив? Мёртв?! Дощёлкались хлеборезками, друзья хреновы!
Махмуд и правда не подавал признаков жизни. Выползавшие на четвереньках из воды и тащившие за собой матрас Нонна и Лана безразлично пронаблюдали перенос трупа, так как уже не могли удивляться и сопереживать: запас прочности был исчерпан коллизиями сумашедшего дня.
- Надо сделать искусственное дыхание! – Вопила активная Мила, - Нос в нос!
- Ты, блин, угомонишься сегодня, а? – не выдержала Ирусик, - Уйди, чудо морское, орлица наша, Чип, Дейл и Вжик! Пятнадцать в одном! Тьфу...
Милка насупилась, но заткнулась. Махмуд валялся на песке. Пострадавшая загипсованная нога, раздувшаяся до размера бревна векового дуба, лежала рядом. Над ним траурно застыли тяжело дышащий Абдул, кусающий ногти Рыдван и хлюпающий носом Халед.
- Первый раз вижу утопленника... – тихо просипела приковылявшая ко всем Лана, - Ужас...
- Чего стоим? – нарисовалась за Ланой Нонка.
- Пусть будет ему земля пухом! – Наконец решила вернуть себе дар речи Мила, но тут же получила от Иринки:
- Типун тебе на голову! Давайте хоть что-то делать!!! – возопила хореограф группы, - Предлагаю массаж сердца! Милк, разгони мужиков отсюда! Нам нужен простор...
Ударным звеном была выбрана Нонка, как самая тяжёлая и ширококостная. За ней приготовились Лана и Мила. Ирина командовала:
- Раз! Два! Три! Старт!!!
Трое девушек этаким клином стартовали с расстояния десяти метров, по очереди оттолкнулись и плашмя, всей своей массой попадали на растерзанное морем тело. Первой Махмуда резко придавила Нонка с криком:
- Ха!!!
Через секунду на неё повалилась Мила:
- Ух!
И завершила коллективный бросок Лана:
- Й-е-ех!
Агент ожил и плюнул на всех морской водой из лёгких.
- Ура!!!! – раскатом понеслось над «Парадайзом».
Девочки кинулись обниматься. Халед плакал, как младенец. Рыдван отошёл в сторону и чинно вдолбился мордой в песок, хваля Аллаха. Абдул в бессилии присел, где стоял, а Махмуд слабым голосом благодарил:
- Я вас никогда не забуду...

[Ikrinka]

Спасибо Вам и тут и там и везде и всюду.
Увлекли отлично и отвлекли феерично))
Ждем продолжения блокбастера...

[Хагга]

Ikrinka, спасибо! Моя очень радая.


Нежно зашелестел синкопами рояль и посетителей дискотеки «Ноев ковчег» окутал чистый голос Фредди Меркьюри. Иринка в последний раз поглядела на себя в зеркало:
- Ну... Я пошла...
Её сольный номер, сексуальный «Блюз» группы «Квин», неизменно вызывал интерес публики с первых нот. После того, как она озорно вырывала сигарету у кого-нибудь из зала и танцевала, пуская дым, народ начинал хлопать, а уж когда вызывала этого счастливчика на сцену и прогибалась рядом с ним в томные позы, зал визжал и свистел. Избранный звездой обычно вёл себя смущённо или изображал джентльмена рядом с леди, поддерживая её за спину во время прогибов.
Сегодня она сразу почувствовала неладное, когда вытянула у лысого, худого паренька сигаретку. Дым был странный, сладковатый. Паренёк не стал дожидаться приглашения и сам вывалился на сцену, схватив и подняв звезду в роскошном блестящем платье на руки. Не то он был культуристом ранее, а сейчас как-то странно усох, не то занимался тяжёлой атлетикой ещё в младенчестве и надорвался, подкидывая свой горшок, но самая худая звезда русского шоу оказалась для него неподъёмной ношей. Обкуренный кавалер эффектно грохнулся оземь, похоронив под своим телом кучку блестящего материала, перьев и костей прекрасной дамы, что выбрала сегодня не того партнёра. Из-под распростёртых на полу тел торчала только Иринкина рука с сигаретой, струйка от которой уходила ввысь, как витиеватый памятник павшим.
... – Не... Ну так нельзя! – Возмущалась Мила, - Неужели тут идут по стопам Голландии и разрешают курить в общественных местах гашиш?
- Бедная Ирка! – Поддерживала её Лана, - Она доплясать-то сегодня сможет?
- Сейчас протестирую... – Пообещала Нонка и обратилась к томно зависшей в углу раздевалки исполнительнице блюзов:
- Ку-ку! Приём, приём!
- Искусство точно птичка в вышине,
Парит, танцует и поёт на расстояньи,
Но иногда вдруг подлетит к тебе
Да гаркнет так, что мозг в офигеваньи...
- Не допляшет. – Вынесла свой вердикт Нонка, с жалостью разглядывая блаженную Иринку, закатившую глаза в потолок и улыбающуюся чему-то своему, секретному и приятному.
- Нас Халед убьёт...
- Ни фига подобного! – Возразила лидер коллектива Лане, - Тут имеет место быть производственная травма! Пусть за посетителями лучше следят. Я ещё к мистеру Осаме подойду по этому поводу.
- Ага! Правильно! – влезла Милка, - Сделаем упреждающий выстрел!
В дверях дискотеки мелькали исполинские фигуры качков-охранников. Именно они проверяли входные билеты, просвечивали посетителей взглядами-рентгенами и выносили драчунов, пьяных в дым и забияк. Надо сказать, что делали они это очень редко. Но сегодня им пришлось проявить свои профессиональные навыки: обкуренный мальчик, у которого Ирина взяла сигаретку с гашишем, плавно сопротивлялся, пытался достать пяткой до одного из амбалов, и медленно показывал кулак самому мистеру Осаме.
- Вы видели, мистер Осама? – Кивнула Нонка на возмутителя спокойствия, - Ирина теперь вне реальности из-за таких посетителей.
- Да-да... – Тоже кивал головой генеральный менеджер, - Надо предпринимать какие-то меры. У нас ведь респектабельное место, - Сказал он и, взяв под руку начальника охраны, покинул «Ноев Ковчег».

[Хагга]

***
... – Девочки! Это нормальная просьба! – горячился Халед, - Махмуд хочет видеть своих спасительниц!
- Время два часа ночи. Кто нас пустит в больницу?
- Пустят! У нас в любое время пускают! У человека сломана нога и два ребра... Рёбра из-за вас между прочим!
Нонка упёрла руки в боки:
- Пусть скажет спасибо! Сейчас бы вообще не жил! Подумаешь, два ребра...
- У нас Иринка не адекватная из-за производственной травмы! – присоединилась к Нонне Милка, - Нам бы домой...
Лане было всё равно: не к ней же обещались прийти женихи Херрит и Стасик. Иринка вообще витала в облаках и расслабленно висела на Лане и Миле. Но Халед был упрям, твёрд и непоколебим:
- В машину! Я импрессарио или столб с рупором?
- Столб. – Тихо прошипела Нонка и полезла в «Тойоту».
***
... - О! Какие люди!!! – Завопил больной, как только увидел входящих в палату. Сначала распахнул дверь Будёный, по-панибратски шлёпнул бедолагу по плечу и занял единственное кресло. За ним вошла мило улыбающаяся Лана. Потом перешагнули порог надутые Нонка и Мила и, наконец, томно вплыла пострадавшая от искусства.
- От лица всего нашего немногочисленного коллектива, - официально буркнула Нонка и посмотрела на часы, - желаем тебе, Махмуд, скорейшего выздоровления.
- Поправляйся, друг! – продолжила Милка, - Мы к тебе ещё зайдём...
Обе женихающиеся приплясывали на месте: наверняка Херрит и Стасик уже пришли и ждут около городского фонтана.
Лана тоже высказалась кратко:
- Удачи тебе, Махмуд! – и все девушки направились к выходу. И ведь ушли бы... Но тут тормозная Ирина вспомнила, что она тоже культурная:
- Где... болит? – спросила она, расстягивая слова, - Могу вылечить... наложением... Я щас экстрасенс. Почти...
Махмуд обрадовался:
- Вот тут, - показал он на левый бок, - и вот тут! – помахал подвешенной к грузу ногой агент Интерпола.
- Вдо-о-ох! Выпучили глаза и молчим... – пропел указание для больного новоявленный экстрасенс, шагнул к кровати и повис, схватив загипсованную лодыжку Махмуда. После чего Иринка манерно выбросила руку в сторону и, резко согнув её в локте, сунула себе под нос запястье.
- Ирк, нам пора! – сквозь зубы выдавила Нонка, но наркотический туман полностью поглотил способность Ирины понимать лидера с полуслова. Кроме того, она сосредоточилась на циферблате и загипсованной лодыжке, и простояв так с минуты три, поняла, что пульса нет.
Девочки вышли в коридор и поплюхались на кресла перед открытой дверью в палату Махмуда.
- А почему мы-то не знали, что Ирусик экстрасенс? – тихо спросила подружек Лана.
- Она сейчас тебе кого угодно изобразит! Хорошо, что мессией не назвалась... – Нонка обречённо вздохнула. За ней так же обречённо вздохнула Милка:
- А мужики-то ждут поди...
Девочки поняли, что судьба сегодня их настигла, и уже безразлично наблюдали за палатой. Халед мирно клевал носом в кресле. Махмуд краснел и мычал. Ирина щупала гипс.
- Плохи дела, друг... Выдыхай...
- Что? – тяжело дыша, спросил агент. Экстрасенс бухнулась на кровать больного и облокотилась на подвешенную ногу:
- Пульса нет. Клиническая смерть.
- Ха-ха! – развеселился Махмуд, - Тогда я в раю! Давно вам хотел сказать, Ириночка... – он заговорил тихо и даже попытался согнуться к своей ноге, дабы быть ближе к оппоненту, - вы мне очень нравитесь!
- Н-да? – пропела косая Ириночка, устроив тяжёлую голову на подвешенной конечности.
- Йес, как человек и женщина!
- Обалдеть...

[Хагга]

- Ириночка, я быстро поправлюсь! – с жаром шептал Махмуд, - Я вообще силён, как бык! Года тренировок и боевой закалки... Я выйду из госпиталя и мы обязательно посидим, потолкуем о наших отношениях...
Ириночке вдруг показалось, что Махмуд, сипящий о чём-то важном, но непонятном, подвешенный за ногу почти к потолку, как-то невыносимо забавен. Она хихикнула. Потом сама больничная кровать агента почему-то вызвала неутомимый хохот. «Кто может лежать на этаком чуде?» - в голос ржала Иринка. «Что это здесь? Кнопочка? Какая чудная кнопочка... Дай-ка нажму... Ой!»
Девочки и Халед повскакивали со своих мест: Махмуд придавленный спинкой кровати так, что сложился пополам и целовал свой гипс, резко заверещал в полный голос. Из-под гипса виднелись дёргающиеся в агонии Иринкины ноги и слышался заливистый ржач:
- Уа-ха-ха-ха!!!
«Какие чудные плафоны на потолках этого уморительного госпиталя!» - ухохатывалась Ирка. «Блин... Как ночные горшки!»
Халед бросился нажимать на кнопочки. Кровать трясло. Махмуд пищал. Иринка охала и хрюкала. Девочки держались за животы и, плача, сползали по стенам палаты. В дверях офигевала медсестра.
«У неё на голове поверх платка – пилотка!!! Уа-ха-ха-ха-ха-ха!!! О-о-о-о!!! Ма-ма!!!»
... – Говорили же, идти в госпиталь - плохая идея! – бурчали девочки, помогая Халиду грузить расслабленную донельзя Иринку в машину. Та заливисто хохотала буквально над всем, что попадало в поле зрения:
- Ха-ха-халед! А как ты с девушками целуешься, а? – еле выговаривала жертва гашиша, - Усы же твои им в уши залезают! Не могу, блин... Уа-ха-ха-ха...
Мрачный Будёный покачал головой и завёл мотор...
***

[Yak]

Все, я здеся! У первом ряду!!!

Правильно! Товарищи выползаем из кустов! Тут скоро будет жарко... Завязка заканчивается.

Уже цельная грядка выползней подкустовных ждет продолжения банкета. Вспыхивают аплодисменты, приглашающие автора...
А то ведь придется на работе работой заниматься (жуть какая.... бррр)

[Хагга]

Вспыхивают аплодисменты, приглашающие автора...

Автор выбегает на сцену мелким па курю, прыгает па-де-ша и растягивается в благодарном шпагате.
А теперь, собственно, пошёл балет...


Мрачный Будёный покачал головой и завёл мотор...
***
«Что за фантазия у архитектора, кто проектировал этот фонтан?» - думал скучающий Стасик, сидя на ограждении сего произведения инженерной мысли.
Сооружение было массивным. В центре бассейна стоял постамент, на котором красовалась гигантская камбала, отделанная разноцветными камешками. Откуда должна была литься вода никто не знал. Фонтан давно не работал. Камбала от вселенской скуки покрылась городским пыльным налётом и продуктами жизнедеятельности голубей.
Стасик открыл пакет, что принёс с собой, и понюхал содержимое: «Так... Рыба пока в норме... Жду ещё полчаса и сваливаю...». Он и Херрит позаботились о вечно голодных девочках и во время сегодняшнего выхода в море наловили рыбы. Стасик забыл вспомнить, что ловили рыбу туристы, и был истинно горд, чувствуя себя спасателем голодающих Поволжья. Второй герой общества гуманитарной помощи – Херрит отказался ехать на свидание: спина болит, на голове шишка, да и вообще не отошёл ещё от предыдущего посещения, нужен передых, необходимо восстановить силы и так далее...
Стасику было всё равно. Ещё совсем недавно он бы заревновал, но сейчас мысли о Миле улетучились. Нонна – вот кто занимал все его помыслы. В «Солнечном береге» она была занята сначала другом Ахмедом, по прозвищу Шланг, потом влюбилась в друга-Али... Он уже опасался за друга-Хани и друга-Ашрафа, но зря. Вся анимационная команда потихоньку распалась, сузив простор амурной Нонкиной деятельности до друга-Али и, собственно, Стасика. Но у Стасика не было шансов! Нонна сделала из него свою «жилетку» для плача по женатому красавцу. Али поступил благоразумно... «В его ситуации я б тоже незатейливо смылся...» - мысленно поддержал друга Стасик и дал тому пять. Кто бы мог устоять перед этой аппетитной фурией с серыми глазищами? Перед этой атомной бомбой с четвёртым размером груди? Перед натиском миллиона комет в одном лице?..
Устоять? Стасик готов был сдаться сразу, но пока рядом крутился этот... Али, шансов точно не было. Поэтому Стасик решил сдаться в другом: он просто перекинулся на Милку. Она ему даже сильно нравилась. Правда, он ей нет... Но не суть... Он победил, дождался, выстоял!!! Сама Нонна сделала первый шаг! Именно в ту минуту, когда она пригласила его на медленный танец в «Ноевом Ковчеге», арабскому пареньку, неизбалованному женским вниманием, показалось, что эта девушка, которая нравилась ему с самого начала, долго скрывала свои истинные чувства!!! Она уделила ему внимание, смотрела ласково и так многообещающе, что у Стасика появилось желание лопнуть от счастья. «Какая Мила, друзья? Херрит, дорогой! Бери! Бес попутал, но я наконец разобрался в себе.»
«Это всё от неуверенности. А почему, собственно, я плох? Ну и что, что рыжий? Зато стройный... Пловец хороший... Глаза у меня непонятного, но оригинального цвета... Танцую, как бог... Да вообще, клёвый парень!» - занимался аутотренингом Стасик, когда «Тойота» с девочками въехала на площадь перед фонтаном. Он быстро узнал в темноте ночи их импрессарио, который рванул вытаскивать из машины Ирину, и заблаговременно рухнул в бассейн фонтана, шелестя пакетом с рыбой. «Не хватало ещё попасться на глаза этому уроду с усами!» - замер на пыльном дне Стасик. На глаза Халеду он не попался, тот был занят, а вот Иринка, которая обрела сегодня не только способность замечать смешное в радиусе ста километров, но и поразительную остроту зрения сквозь препятствия, была наготове:
- Ста-а-а-а-сик! – пропела она, как только выползла из «тойоты», и раскрывая объятия, поковыляла к убежищу незадачливого Нонкиного жениха, - Приве-е-ет, солнце наше рыжее! Вылазь, вылазь... Дай поцелую...
«Чёрный день.» - подумал Стасик и бойко выпрыгнул из чаши фонтана, как будто и не залегал там секунду назад. Навстречу ему, опережая Иринку, нёсся импрессарио русской шоу-группы.
- Ты чего тут делаешь? – по-арабски спросил он.
- Рыбу принёс. Вот.
Продемонстрировалось содержимое пакета. Халед сунул туда нос и гавкнул:
- Слушай, щенок... – решил разобраться Будёный с другом русских раз и навсегда, как тут Ирина, которая шаталась рядом и всё ещё вглядывалась в содержимое Стасиковского пакета, неожиданно взвизгнула:
- Она моргает!!! Помогите!!! Моргает!!!
- Кто? – хором спросили Халед, Стасик и подоспевшие девочки.
- Морская тварь в мешке! – пролепетали дрожащие Иринкины губы и она с криком «Мама!!!», перевалившись через заграждение фонтана, резво полезла на скульптуру камбалы, как старая, больная гусеница.
Халед устало вздохнул и обратился к лидеру русского коллектива:
- Умоляю! Уведите её домой! Положите спать! Ради Аллаха, ради мира во всем мире, ради безопасности на всей планете... Чтоб дом мой сгорел... А тебе, - посмотрел он на окончательно сникшего Стасика, когда девушки ушли, - советую больше не появляться рядом с ними. Проблем не оберёшься... Хм, Стасик... – Сплюнул Будёный и, выхватив пакет с рыбой, направился за девочками.

[Хагга]

***
Утро выдалось тяжёлое. Голова вела себя неадекватно и Иринка уже стала подумывать, что вместо черепушки у неё забитый дерьмом надувной шарик. Нонка с сонной морденью курила и пребывала в утренней прострации. Мила наоборот была свежа и деятельна, как никогда.
- Бабы! Кто умеет чистить рыбу? – донёсся её звонкий голосок из кухни.
Нонна с кривой рожей кивнула на Ланку:
- Вот кандидат на вакансию шеф-повара!
- А почему я? – оторвалась та от зеркала.
- А кто в кулинарном техникуме поварёшкой год махал?
Деваться было некуда и Лана прошлёпала на кухню.
- Милк, - позвала Нонка, после того, как кошевар скрылся за углом коридора, - Халид вчера сказал, что этот вид рыбы ядовитый.
Подруга вздохнула. На завтрак после ночи в госпитале, конечно, никто не пошёл. Обед опять ушёл в тартарары по той же причине. Получалось: или рыба, или диета до семи часов вечера.
- Чует моё сердце, что Будёный врал! – храбро предположила Милка, - Потом... Он же тока про зубец на хвосте говорил... Отрубить его и всё!
- Бабы! – зашелестел слабый Иринкин голос, - Надо сначала кому-нить попробовать. Не помрёт, значит Халед – звездун-задэ.
- О! – проснулась Нонка, - Идея! Кошкам в подъезде дадим! Пошли кашеварить! – сказала она Милке и девочки слаженно помаршировали помогать шеф-повару коллектива.
Через час до Иринки донеслись соблазнительные запахи и она судорожно сглотнула слюну. Казалось, если она не поест здесь и сейчас же, то через минуту точно сгрызёт башмак или дверной косяк. Жор одолевал, как стая потревоженных пчёл. Она еле-еле оторвала надувной шарик от подушки и пошлёпала на кухню. Но не дошла. Дверной звонок требовательно заулюлюкал. Страдающая обречённо завернула к входу в жилище, где на пороге стоял потенциальный звездун-задэ:
- Хелло!
- Ну? – откликнулась жертва гашиша и нехотя пропустила импрессарио внутрь. Тот по-хозяйски развалился на скособоченной софе:
- Как ты сегодня?
- Нормально.
- Пахнет у вас тут... вкусно.
- Кушать будешь?
- Поел бы... А то полночи с вами бегал, потом сразу по делам. Только что от Махмуда вернулся...
- А-а-а... - безучастно протянула Иринка и повернула оглобли в пищеблок.
- Ирина! – опять задержал её Будёный, - Махмуд тебе тут письмо передал... После вчерашнего инцедента у него вывихнута челюсть и прикушен язык. Поэтому он письменно решил с тобой поговорить.
В надувном шарике всё заплескалось: «Ну, ё-моё!»
- Ты не отказывай... – продолжал увещевать Халед, - Прочитай... И ради Аллаха, черкани ответ...
«Вашу ма-а-ать... Надо было вчера ему ещё пальцы переломать... Хотя нет... Ногами бы написал...» - вздохнула Ирина и кивнула:
- Окей. Черкану.
- Вот и славно! – обрадовался импрессарио, - Мужчина так влюблён, так мучается... – поцокал он языком напоследок и ещё раз втянул аромат, доносящийся из кухни, - Ну... Чего у вас там на обед?

[Хагга]

Обед не заставил себя долго ждать. Ланка расстаралась. Тушёная с овощами рыба выглядела аппетитно и красиво.
- Кушай, дорогой Халед! – хором сказали девочки и за ушами импрессарио затрещало. Ирина не могла видеть картины с аппетитной едой и осталась на кухне, где яростно грызла какой-то завалявшився в недрах шкафчика сухарь. Нонна, Мила и Лана с интересом наблюдали за уминавшим рыбу голодным мужиком. Тот, уже вылизывая тарелку, вдруг застыл и опомнился:
- А вы что не едите?
Девочки переглянулись.
- А мы потом.
- У нас приём пищи строго по часам теперь.
- Здоровый образ жизни!
Халед показал выставленный вверх большой палец:
- Молодцы! Очень вкусно! Откуда рыбка такая?
У троих баб одномоментно пересохло в горле, но четвёртая, которой сухарь не помог, страдающая, голодная и злая, уже не могла молчать:
- А это та, вчерашняя. Которую ты за ядовитую признал.
Загремела упавшая тарелка и девочки, вздрогнув, мелкими шажками стали незаметно отступать в коридор. Иринка же вольготно присела рядом с бледным как смерть импрессарио и взяла сигарету из его пачки:
- Ждём час. Обычно этого достаточно.
- Чего достаточно? – выдавил наконец Будёный.
- Чтобы понять, ядовитая рыба или нет.
Халед покрылся капельками пота:
- О-о-о... – застонал он и спешно засобирался.
- Постой! – активизировалась Ирина, - Если ты сейчас уйдёшь, мы не узнаем, можно ли есть эту рыбу! Я тоже жрать хочу!!!
- Вы... вы... – пыхтел импрессарио, - Вы убийцы!!!
Он метался по холлу квартиры, лохматил свои волосы, надрывно дышал и страстно верещал на арабском. Скорее всего, это были матерные аналоги русского. Ирина прикрыла своей щуплой фигурой входную дверь. На её лице была написана голодная решимость и импрессарио понял, что это арест. Мила и Лана благоразумно выглядывали из-за угла, опасаясь попасть под траекторию движений обезумевшего Халеда. Нонка кусала губы.
- Халед! – вдруг озарило лидера группы, - А давай ты выпьешь «лаксатив»! Всё из организма выметет моментально!
Прыгавший зигзагами импрессарио вдруг остановился и девочки поняли, что он с радостью выпьет всё.
- Ну вот! – радостно приняла пустой стакан из трясущихся Будёновских рук Нонка, - Через пятнадцать минут вылетит птичка!
- Птичий косяк! – зло улыбнулась Иринка и отошла от двери, - Ладно уж... Идите, Халед. Будем рады увидеться с вами вечером.
Импрессарио так глянул на Иринку, что Мила решила хоть как-то сгладить ситуацию:
- Халед, ты не подумай ничего плохого. Это мы пошутили. Правда!
- Тебя не тошнит? Дышится без перерывов? – вставила злюка-Иринка.
- Перед тем, как тебя накормить, мы пробовали на кошках! – поддержала подружку Милку Лана, но Ирусик и тут отметилась:
- В ходе эксперимента ни одно животное не мучилось. Всё пятнадцать умерли сразу, без шума и пыли.
Нонка яростно ущипнула шутницу за задницу:
- Она до сих пор никак от вчерашнего не отойдёт, Халед. Не слушай и не волнуйся, всё будет хорошо!
Лидер коллектива сделала бровки «домиком» и вытаращила в сторону страдалицы вчерашнего вечера и сегодняшнего утра свои глазищи. «Ты чего плетёшь, мать?!» - кричали они.
- Да не дуйся ты... Мы же не знали, что ты поверишь... – наконец примирительно сказала и Ирина, - Шутка была!
Взъерошенные Будёновские усы дрогнули:
- Ещё одна такая шутка... И всё!!! Вышвырну в Россию!
И тут хором заговорили все, кроме Ирусика:
- Прости, мистер Халед! Мы не будем!
- Да никогда больше!
- Это было в первый и последний раз!
- Клянусь! С рыбой точно больше экспериментов не будет! – вякала Иринка.
- Зуб даю!
- Ну, Халедик!
- Мистер Халидушечка!
- Халипусечка наша! Пошто такой мисандерстендинг? – выла под всеобщий хор Ирусик у Будёного на плече.
Оглохший Халипусечка уже почувствовал первые позывы к массовому перелёту птиц, поэтому не смог сказать всё, что хотел. А хотел сказать он очень много. Особенно Иринке. Но пришлось спешно буркнуть:
- Ладно, я ещё с вами поговорю, - и опрометью вылететь за дверь.
- Ну ты, Иринк, и дала... – выдохнула с облегчением Нонна, когда торопливые подскоки Халеда в подъезде стихли.
- А чё я? – недовольно оторвалась от полной тарелки с рыбой Ирина, - Чего он зачастил к нам, а? Мне и так хреново, а тут ещё этот с усами... – прошамкала она с полным ртом.
Милка согласилась:
- Н-да... Скоро он к нам переедет...
- А мы пошутим... – Хихикнула Ланка и тоже навалила тарелку аппетитного варева.
Нонка задумалась:
- После сегодняшнего эксперимента с ядами, а также противоядием... Ха-ха! Не думаю, что с ним надо будет шутить ещё...
Они съели целую кастрюлю. Иринка почувствовала, что шарик прояснился, пришло сытое, блаженное состояние... Мила долго сомневалась есть или не есть, но пример подруг был заразителен, и, набив желудок под завязку, она плюхнулась рядом с Ириной на софу, вытянув ноги. Живот тугой сферой загораживал обзор. На креслах также вытягивали конечности Нонна и Лана.
- Лепота! – мурлыкала Ирина.
- Как белые люди, блин... – тянула слова Нонна.
- Хорошо, но мало! – Азартно ковыряла зубочисткой во рту Милка.
И только Лана никак не могла устроиться в кресле. Что-то мешало под задницей.
- Иринк! Чего это? – вынула она из-под сидалища толстый, белый конверт, - Адресовано тебе...
- А... – махнула Ирусик рукой, - Это шифровка от агента 007. Халед сказал, что вчера Махмуд так поцеловал свою загипсованную конечность, что вывихнул челюсть и прикусил язык. Теперь общается исключительно в эпистолярном жанре.
- Ой! Давайте почитаем, а? – зачесались руки у Милки, самой любопытной из команды обожравшихся.
Иринка с лёгкостью разрешила и Мила, водрузив на носик новые очки, углубилась в искусство ораторства.

[Хагга]

«Дорогая Ирина! Не мог молчать... Решил, что обязательно должен поговорить с вами. Так как сейчас я немного не в форме, делаю это письменно.
Ириночка! Вы вернули меня к активной, насыщенной жизни!!! Наверное, я не смог сказать бы вам это в лицо, слишком распирает меня чувство, но я даже счастлив, что Аллах лишил меня возможности говорить. Гораздо легче выплеснуть всё на бумагу. Да! Я полюбил вас!!! Пусть это случилось немного не в юношеском возрасте, но лучше поздно, чем никогда.»
Милка посмотрела на аудиторию:
- Вот это да...
Нонка только хмыкнула, Лана охнула, а Иринка лишь махнула рукой:
- Это у него от потрясений. Давай дальше...
«Когда понял, что не могу без вас жить, решил рассказать всю правду о себе. Ведь если у нас уже завязались отношения...»
- Я вчера ничего дурного не сделала? – с опаской спросила Ирина подруг. Те дружно покачали головами.
«...не должно быть никаких белых пятен между мной и вами, Ириночка. Я прав? Уверен, что вы думаете так же.»
- Интересно... – промямлила Лана, - Может, вчера не только челюсть с языком пострадала?
Нонка хихикнула:
- А то! Мозг задет точно!
- Дайте послушать! – перебила ржущих подруг Иринка, - Милк! Читай! Они завидуют... Такой мужчина, такой Махмуд... – пропела она и показала Нонке с Ланкой язык.
«Мама умерла при родах. Во мне было пять килограмм! Уже тогда я был сильным и выносливым. Поэтому отец и отдал сына в специальный колледж при министерстве обороны Италии. Я уже ляпнул вам, Ириночка, про моё не арабское происхождение. Умоляю держать это в строжайшем секрете и называть меня Махмуд, а не Марчелло. Надеюсь, что вы такой же кремень в хранении тайн, как и я сам.»
- Щас помру! – валялась на полу угорающая Нонка.
- Погодь! «Кремень» ещё пять страниц колоться будет... Побереги силы... – хохотнула Ирка, - Работай, читарь-Мила!
«Там меня заметили важные люди. Не мудрено, Ириночка, я был лучшим во всём. Прыгал ввысь на три метра двадцать три с половиной сантиметра, как кошка. И это без шеста. С шестом я сигал метров на десять. Ваш Бубка удавился бы... Удавился бы и Карл Льюис, если б узнал, что я покрываю стометровку за четыре секунды. Я мог сидеть под водой полчаса без воздуха, стрелять из любого вида оружия и попадать в десятку, управлять всеми видами транспорта, даже космическим кораблём, маскироваться под любое животное, куст, дерево, считать в уме, как компьютер! Мои возможности называли нечеловеческими. И всё это результаты многих лет упорных тренировок, совершенствования возможностей мозга, тела, подсознания и применения инопланетных технологий. Да-да, Ирина – любовь моя! Много в этом мире скрывается от обыкновенных людей. Большинство видят только верхушку айсберга. Я же видел столько!.. Вам, в чьих светлых очах плещется Вселенная, я могу много сказать, ибо доверяю, как самому себе и чувствую, что вы способны понять и принять этот необъятный мир, что у вас не откажут мозги от огромного потока непознанного.»
- Звездец... – вытаращила Ирина свои светлые очи, которые так полюбил Махмуд-Марчелло, - А если всё же мои мозги откажут? Хрен его знает, как он собрался мне их выносить...
- Да ладно тебе, Ирк! Пусть болтает, что угодно! – ухмыльнулась Нонна, - Мистер Помело, блин...
- Ирусь, ну что он может? – присоединилась к Нонке Лана, - Подумаешь, пару баек сочинит про миссии... На большую фантазию он не способен...
- А вот и нет! – хохотнула Милка, - Ему б романы фантастические ваять!
«Признаюсь, я выходил на контакт с марсианами!!! Они существуют!!! Только, свет очей и кровь моих жил, это секрет. Соответственно, мы – кремень, да?»
- Бли-и-ин! – загоготала Ирка, - Я не выдержу всего потока!!!
В ответ дружно ржали, смахивая слёзы, подруги:
- Ты ж кремень! Придётся...