IGOR53 » 25 дек 2013, 19:16
Вначале несколько слов о том, кому дают политубежище. Все эти официальные заявления о политических притеснениях можете сразу выкинуть на помойку: заявления на публику - это одно, а реальная политика - это совсем иное. Для выходца из СССР действуют совершенно иные правила, не писанные. И заключаются они в одном лишь предложении: если человек экономически выгоден Германии - власти постараются сделать всё, чтобы его оставить, но если он экономически не выгоден - власти постраются сделать всё, чтобы выдавить его назад. Как говорится "Нет человека - нет и проблемы".
Кто нужен Германии экономически? Во-первых, учёные технических направлений: физики, химики, математики, техники (насчёт биологов не знаю). Особенно нужны те, кто работал в военно-промышленном комплексе. Но необходимо доказать, что ты являешься учёным мирового уровня (немцы ведь не знают, может ты в НИИ полы мыл или пробирки протирал). Это прежде всего участие в международных научных конференциях и пребывание в международных научных сообществах. Если ты смог доказать, что ты как специалист отвечаешь мировому уровню, тебя с радостью оставят. Потому что в этом случае ты своим интеллектом будешь работать на Германию. Во-вторых, спортсмены. Но тоже мирового уровня, то есть участвовавшие в международных соревнованиях и занимавшие там места поближе к первому. В третьих, артисты тоже мирового уровня, участвовавшие в международных конкурсах. Если претендент на политбеженство относится к одному из этих разрядов, он может придумать совершенно фиговую причину и ему ответят: "Да, такое может быть, мы вам верим" и оставят. Если не относится к вышеперечисленным категориям, на все его объяснения и доводы, пусть даже они будут абсолютно реальны и правдивы, последует иной ответ: "Вы всё сочиняете, такого быть не может, мы вам не верим" и вышлют назад.
Я за несколько лет до эмиграции вступил в Международное Ядерное Общество. Это было научное общество по примеру западных, но объединяло оно республики бывшего СССР. А за несколько месяцев до эмиграции я пытался участвовать в одной научной конференции в ОАЭ, и организаторы готовы были даже оплатить моё участие в конференции и гостиницу, настолько их заинтересовал мой доклад. Короче, у меня были на руках доказательства моего мирового уровня. И когда я их представил на собеседовании, они сыграли очень весомую роль.
Сам лагерь - это бывшая женская тюрьма. В нашей камере нас жило 8 человек, койки были в два яруса. Кормили нормально, 3 раза в сутки. Выходить в город можно было без проблем, охрана на выходящего даже внимание не обращала. А при возвращении надо было пропуск показать. В месяц выдавали 80 марок на карманные расходы. Медицина была бесплатная. Короче, на тюрьму совсем не похоже. А рядом была фабрика по переработке старых телевизоров. Мы туда пробирались через дыру в ограждении и тырили привозимые на переработку телевизоры. Потом надо было перебросить телевизор через проволочное ограждение на территорию лагеря. Мы с этим справились. И в нашей камере появился телевизор. Впрочем, телевизоры были во всех камерах. Обходчики на это закрывали глаза.
Через неделю после моего прибытия в лагерь у меня было собеседование. В большой комнате сидят официальный товарищ, переводчица и я. И я им рассказываю о своей работе, о том какие терплю препятствия в своей научной деятельности и т.д. Много чего говорил, но видел, что отношение ко мне было у главного немца довольно скептическое. Потом он меня перебил и попросил показать свой диплом о высшем образовании (ясно ведь, что стать учёным без высшего образования невозможно). А я, как назло, свой диплом дома забыл. Перед отъездом я постоянно переживал, что забуду свою корочку о членстве в Международном Ядерном Обществе. И эта мысль о необходимости взять с собой корочку вытеснила другую мысль о необходимости взять с собой диплом. Надо сказать, что все авантюристы, не имеющие высшего образования, но выдающие себя на собеседовании за учёных мирового ранга, отвечают на вопрос о дипломе тем, что диплом либо потерян, либо украден, либо забыт дома. Немцы такое уже не одню сотню раз выслушивали и такому не верят. Поэтому когда я сказал, что забыл диплом дома, он с переводчицей так переглянулся, что было ясно без слов: "Ещё один врун к нам приехал". И тут я делаю коронный ход. Я достаю свою корочку и говорю, что вот вхожу в научное сообщество. А корочка была сделана просто отлично: с печатью, с анлийской грамматикой. И хотя это общество было такого же примерно ранга, как многочисленные в сегодняшней России всякие Академии села Горюхино, но немцы-то этого не знали. Когда переводчица перевела и передала корочку немцу, его отношение ко мне поменялось кардинально. Он встал из-за стола (а сидел в 3х метрах от нас), подошёл ко мне, и стоя рядом со мной, с глубочайшим уважением в голосе сказал, что очень хотел бы приложить эту корочку к моему делу не в виде копии, а в виде оригинала. И я понял, что мои шансы на оставление в Германии пошли вверх.
Потом у меня было ещё несколько собеседований с человеком, которого специально ко мне прикрепили. И однажды он мне сказал, что если у моей сестры возникнут проблемы из-за моего отъезда, они помогут ей перебраться в Германию. Ну тут уже стало совсем ясно, что меня оставят.
Примерно через 3 месяца мне пришло извещение о переводе из лагеря в эмигрантское общежитие в другом городке. Лагерь, где я провёл первые полгода - это первая ступень получения политбеженства. Её проходит большинство претендентов. Но если возникают препятствия на первой ступени, о второй даже нечего мечтать. У нас был товарищ, который прибыл в Германию как политбеженец от страха перед будущей службой в армии. Он на собеседовании упирал на то, что в российской армии царит дедовщина, что его там будут избивать и т.д. То есть с ним ещё ничего не было, а он уже прибыл с претензиями. Ясно, что ему уже в лагере сказали, что никаких даже малейших оснований для политбеженства у него нет. Что с ним было дальше - я не знаю, т.к. уехал. И уехал также свободно, как приехал, без полицейского сопровождения. Потому что я законов не нарушал и мне верили, что и впредь не нарушу. Обычно людей из лагеря развозят по общежитиям на автобусе. Но мне доверили добираться самому. Трудновато было, но я уже немного освоился.
Новое место было на самом севере Баварии. Общежитие было самое обычное, нас было два человека в комнате. Содержали нас на всём готовом, в понедельник и четверг выдавали пакеты с едой. В каждой комнате был кухонный уголок, где можно было готовить еду. И снова выдавали 80 марок в месяц на мелкие расходы. Устроили даже курсы немецкого, на которых я наконец что-то начал изучать. И как-то случайно (уже не помню, как именно) я вышел на склад подержанной мебели, которым заправляла одна немка и которая потом мне здорово помогла. У неё все работники были русаки. И ей нужен был новый работник для переноски мебели, но такой, который работал бы за гроши. А мне нужен был компьютер. И мы с ней договорились, что я работаю у неё за компьютер. Проработал я у неё несколько месяцев. Деньги она мне честно выплатила и комп я на них купил.
Наконец через полгода после моего прибытия мне приходит уведомление, что я принят в Германии в качестве политбеженца. Сразу после этого я стал получать 800 марок в месяц, выдача пакетов с едой прекратилась (теперь сам себя содержи на эти 800 марок), от меня потребовали искать квартиру, заводить счёт в сберкассе, куда будут перечислять пособие, и направили на языковые курсы. И вот тут эта немка, у которой я работал на складе, мне помогла. Она взяла на себя поиск квартиры мне и обустройство её мебелью со своего склада. Конечно, содрала она с властей за помощь мне хорошую сумму. Она в принципе на этом и делает основной бизнес. Но потом всё же погорела, когда проверка обнаружила у неё двух нелегально работающих мигрантов.
Когда я съезжал с общежития на квартиру, вся общага высыпала на меня глядеть. Это было первый случай азюля за несколько лет. Обычно дают дульдунг (переводится как "терпение"). Но всё равно очень редко. С дульдунгом тебя как бы терпят в Германии, не высылая на родину, но и не давая законного статуса в Германии. Работать с дульдунгом тебе нельзя, живёшь постоянно в общежитии и каждую секунду должен быть готов, что тебя вышлют назад. Мечта любого претендента на убежище - азюль (так и переводится "убежище"). Но это мечта почти неисполнимая. А тут вдруг кому-то азюль дали. С азюлем ты уже почти как полноправный немецкий гражданин, только голосовать не можешь и не имеешь права работать в таких организациях, как Министерство обороны или иностранных дел. А также не имеешь права работать за границей. Внутри Германии - ради бога. За границей - нельзя. А всё остальное можешь. Ясно, что на меня смотрели во все глаза, как на невиданную диковину.
Итак, я получил в немецком Бюргерамте синий паспорт политбеженца и пошёл на курсы учить немецкий. Сразу должен сказать, что хотя моя затея увенчалась успехом, я не советую никому исходить из моего опыта. Всё же моя ситуация встречается не часто, и у подавляющего большинства людей, кто пойдёт по моим стопам, результат будет прямо противоположный. А о том, как жилось мне в Германии и как я стал её гражданином - об этом завтра.