В отличие от собора, «Капитанский» дворец – сооружение очень в духе Орвието . По внешнему виду это не столько дворец, сколько настоящая крепость, мощная, неприступная, возвышающаяся на некоем подобии каменного «постамента»-террасы с не менее мощной аркадой. Наверняка в те далёкие времена он вызывал не только восхищение, но и уважение, граничащее с трепетом, являлся символом свободы (каковую, напомню, в средневековье олицетворяли зубцы на башнях, замках и дворцах) и величия города, а также давал горожанам уверенность в силе и надёжности их властей. И, конечно же, трудно не обратить внимания на прекрасные готические окна.
В более поздние времена, кстати, в здании дворца располагались и резиденция подеста, и ломбард, и школа при факультете права, теологии и логики, а с конца 16 века на верхнем этаже даже устраивались театральные представления .
На улицах старых городков, подобных Орвието, больших или маленьких, неизменно можно видеть множество разных фонарей, старинных и не очень. Я специально не задавался такой целью, но, как уже потом выяснилось, снял достаточно «материала», позволяющего выделить его в отдельный тематический фотосет – что-то вроде «городской пейзаж с фонарями» :
Когда стемнело, мы, немного передохнув в отеле, вышли прогуляться: во-первых, поужинать, а во-вторых, посмотреть вечерний «наряд» города. Улицы Орвието были пусты, возле кафе и ресторанчиков тоже на наблюдалось никакой жизни, и я уже стал опасаться, что здесь повторится печальный опыт испанского Бильбао, где вечером, правда, в более позднее время, не удалось найти ни одной (буквально – НИ ОДНОЙ) работающей едальной точки в не самых ближайших окрестностях отеля, за исключением не внушающей доверия китайской забегаловки . Однако – нет, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что как раз почти все кормящие заведения открыты, только как-то очень тихо, явно не стараясь привлекать к себе излишнего внимания .
Здесь я впервые попробовал блюдо с трюфелями – поленту polenta al tartufo. Сама полента – это густая каша из кукурузной муки, те, кто хоть раз в жизни ел мамалыгу, легко поймут, что это такое. Собственно, никакой разницы между ними нет, за тем исключением, что мамалыгу обычно едят с сыром, нарезанным небольшими, но толстыми – чтоб сразу не растаял – кусками. А поленту делают с самыми разными добавками, одной из которых, по крайней мере, в Умбрии, конечно, являются трюфели.
Polenta al tartufo – блюдо, если честно, довольно проходное, странгоцци с трюфелями из Сполето были вкуснее. Но я не жалею, что попробовал её – по крайней мере, я сам убедился, что поленту итальянцы спёрли у абхазцев, назвав её для конспирации своим словом и замаскировав для пущей скрытности национальными «наполнителями» .
Поскольку в это время посетителей в кафе почти не было, я позволил себе отвлечь официантку и спросил её (возможно, ещё и для того, чтобы немного «развязать язык», поскольку путешествие только начиналось, и я понимал, что худо-бедно, а общаться на итальянском мне ещё придётся, и не ради понтов, а вследствие реальной необходимости), почему умбрийский хлеб традиционно делается без соли (хотя в Тоскане несолёный хлеб тоже регулярно подавали во многих кафе). «Так повелось издавна, ответила она, многие наши блюда острые и солёные, и чтоб немного смягчить это, хлеб пекут пресным». Не знаю, сколько времени мне потребовалось бы, чтоб привыкнуть к столь необычному вкусу, но за 5 дней нашего путешествия этого сделать точно не удалось.
Вечерний Орвието оказался тихим, немноголюдным и освещённым исключительно в той степени, чтоб не заблудиться на его улочках. Впрочем, жаловаться было грешно, поскольку мы повидали множество городов с не менее громкими именами, подсветка которых была значительно беднее. А самые топовые достопримечательности Орвието освещались всё-таки вполне пристойно .
