Отзывы туристов об отдыхе и путешествиях по России. Фотоотчёты, впечатления, маршруты, советы и отчёты о поездках по регионам России — от Алтая до Карелии, Байкала и Золотого кольца.
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3
Разматываем верёвки, один конец вяжем к передку квадра, второй заводим вверх, как можно выше. Смысл такой. Сергей вначале заскакивает ходом, на сколько может, потом его подхватывает ребята со всех сторон, верёвка же в это время в натяжку обматывается вокруг дерева. Квадр как бы крепится якорем на склоне.
Теперь можно размотать спокойно лебедку и с её помощью подтянуться к дереву. Выше. Затем якориться верёвкой, перецеплять лебёдку. И так участок за участком покорять отрог.
Идея понятно. Тренировка пойдет на Серегиной машине. Огромная ответственность и напряжение. Первому всегда трудно. Под колесами сантиметров пятнадцать-двадцать мха, вереска, черничника и другого лесного мелкого кустарника, глубже сыроватая глина. Сцепка колеса с подъемом слабая. Коли колесо провернется, то уже будет буксовать на месте, прорезая дерн, и потом квадр начнет медленно и верно скатывать вниз.
Серега приноравливается к подъёму.
Под прямым углом выставляет квадр. Начинает пробу. Раз заезд скат, снова забирается, скатывается.
- Внимание, сейчас, сколько смогу заскочу, дальше прихватывайте меня.
Двигатель взревел, и желтый коняга с ходу врубился в подъем. Лезет, рычит и видно, что с каждой пядью его возможности иссякают. Движение в начале сноровистое и быстрое замедляется, колеса бешено крутятся, квадр почти останавливается, гребя всё, за что может зацепиться под себя, и начинает медленно оползать вниз.
- Куда пошел!
Ребята мигом облепляют машину со всех сторон, страховочная веревка уже заякорена за могучий ствол, не спеша, натягивается. Все спуск квадра остановлен, первые десять метров подъема преодолены.
Дальше дело техники, разматываем лебёдку. Как и решено, крепим выше за дерево, якорную веревку снимаем. Машины урчит и ползет с помощью лебедки, цепляющихся колес и упирающихся изо всех сил ребят в гору.
Ещё участок позади.
Снова перецепляем лебёдку, страхую машину якорной веревкой на склоне.
Если одинокий почти сами влезают в угор, и конец лишь их страхует, то с телегами почти всегда трос идёт в натяг.
Первым влетает Денис
За ним Саша
Пока ребята поднимаются мы с Аркадием, Сергеем и Егором идем прокладывать путь до найденного в березняке начинающегося участка дороги. Расстояние между деревьями позволяет маневрировать, стараемся объехать поваленные стволы в обхват и вывороченные корни. Минут через двадцать пробиваемся на дорогу. Возвращаемся обратно, делаем зарубки по пути. Пропиливаем поваленные лесины. Сергей квадром накатывает хоть как-то видимую колею.
Постепенно колонна формируется наверху. Первые Квадры уходят вперед.
Дорога, подзаросла мелколесьем, местами с трудом просматривается, и все же по ней реально ехать.
Много поваленных валежин, останавливаемся, пропиливаем снова и снова. Аркадий, как человек пила, неустанен и всегда впереди. Нам остается ему только помогать, оттаскивать спиленное или отгибать стволы, чтоб полотно пилы не зажимало, опадающей валежиной.
Зарядивший мелкий дождь, остужает наши спины, стекает по лицу, забирается в рукава и за шиворот. Пар поднимается, як от печек. Мы ж бодры, целеустремленны и ломим, и ломим вперёд. Даёшь Торому!
Егор полностью папаню заменяет и совсем не унывает!
Движемся – значит живём
Идём дальше и дальше. Торома всё ближе.
Проходим линию связи. Она пересекает наш путь с юга на север.
Лес измельчал, практически чащобник, стало почти сумеречно, хотя ещё вечер.
Местами, как в гостях в тёмном царстве.
Можно фонари включать
Лица из полумрака вырывает лишь вспышка фотоаппарата.
Фото. Рома. Дорога на деревню Торома
Владения берендея во время дождя
Мелколесье слишком плотное. Много выпавшего невыдержавшего конкуренции молодняка. Пилимся, пилимся, раскидываем валёжины, вырубленные куски бревен, пни и двигаемся, метр за метром. Будем жить, бояре!
Внизу по карте ручей, через него обозначен переезд
Минут через двадцать спускаемся в каньон, дорога расходится на несколько рукавов и пропадает вникуда.
Таже картина. На противоположную сторону поднимается лощина, в самом низу прорезанная извилистым ручьем, повсюду завалы.
Аркадий начинает пилиться вверх по лощине. Я иду вперед на разведку. Чем выше, тем больше заломов. При том наверху поперёк лежат лиственницы. Можно пробиться, только у нас осталась одна рабочая пила. Чуть что и мы обречены, как мамонты. Лезу на самый верх. С надеждой начинаю искать начало дороги на Торому. Точно так, как было в предыдущий раз. Делаю круг в метров двести, ухожу вправо, забираю больше и больше. Лес странный, что вызывает неприятные предчувствия. По всему здесь прошел низовой пожар, корни омертвели, деревья не смогли выстоять и одно за другим обрушились на землю. Где тут найти дорогу.
Спускаюсь в каньон ближе к Пинеге. Возвращаюсь к ребятам с тыла. Они уже построили мост через ручей. С подъёмом остановились. Саша в лощине с навигатором. Решаем с ним повторить разведку. Может я с устатку проскочил дорогу. Карабкаемся снова вверх. Сил вроде уже нет. Глянешь наверх и желания никакого. И всё же надо идти, позади ждут ребята результатов разведки.
Взбираемся на самый верх. Ищем по джипиэске дорогу. Уходим правее от щели. Саня говорит, что она под нами и мы постоянно её пересекаем. На поверку ниодной зарубки. Даже очень старой. Видать деревья с зарубками не пережили времени дороги. Когда-то они были, потом утратили свое значение, потому что дорога была. Потом не стало деревень, не стали нужны дороги. Люди, возвращаясь в свои родные гнёзда ещё угадывали дорогу по очертаниям рельефа. После пожара путь забросили. Он зарос и стал неведом никому.
Не сдаёмся, бывает, что дорога не совпадает с нанесённой на навигаторе.
Принимаем решение обследовать всю местность от линии связи до реки Пинеги на расстоянии 300-500 метров от каньона. Вначале идём к Пинеге, так как туда подальше.
Лесоповал заканчивается, начинается старый лес. В одном месте будто угадывается прогал, но он упирается в болотину. Дальше к Пинеге. Выходим на отвесный угор.
Пинега прекрасна. Виды завораживают.
Красные горы чередой плывут к востоку и потом заворачивают на север.
Внизу проглядывается полоска хорошего пляжа.
- Если по ней рискнуть?! - Что ж спускаемся.
Тридцати метровый спуск преодолеваем быстро. Иногда на попе. Иногда на ногах, придерживаясь за цепкие кусты ивы и хрупкой ольхи.
Вылетаем чуть ли не кубарем на берег. Супер. Простор. Направо до ручья, где мы встали колонной, отличный пляж. Налево к Тороме сужение. Идём по нему.
Полоска пляжа тоньше и тоньше и, наконец, превращается внепреодолимый уклон. Будь уровень воды летний, возможно мы бы прошли. Так полная безнадёга.
Впереди на горизонте манит зеленый пологий берег деревни Торома.
Немного отдыхаем, пьем воду из реки и ползем с Саней снова вверх по круче. Забрались!
Стою над Пинежьем и понимаю всю красоту и суровость здешнего края. Стою, и уходит усталость, сомнения куда-то отодвигаются в небытие. И есть только сказочный, волшебный, чудесный мир.
Облака серыми вихрами бегут по небу, может и мы, как эти облака проплывем по этому краю и пропадем в бесконечной веренице веков. Зачем мы здесь?
Река молчаливо и упруго несет свои воды вниз, угоры мудро взирают на нас, макушки могучих деревьев, играя ветками на ветру, общаются с нами на забытом северным народом языке. Шу-шу-шшш…
Обратно идём по его треку. Странно здесь сильно уводит в сторону. Несколько раз у Сани уточняю направление движения, он указывает отличное от мне кажущегося на 90 градусов.
Вижу и тут же вспоминаю причудливую сосну и прогал, показавшийся дорогой. Знать были здесь.
Теперь идем к линии связи. Дороги нет, болотины, завалы, низинки, подъемы. Никакого намека.
Выходим на край болотинки.
На карте она обозначено мелким штрихом на зелёном фоне.
На самом деле реальное болото. У берега топь. Направляемся к серёдке. Под столбами и линией гораздо плотнее. Прикидываем, что Квадры без телег пройдут, с телегами падать на оси.
Идем до спуска линии связи в наш каньон. Все заросло мелколесьем, перевалено лесинами, начинается крутизна, подниматься здесь не имеет смысла.
По верху возвращаемся к нашей лощинке, что ведет к оставленной внизу колонне. У самого края видим зарубки, идущие в направлении Торомы. С надеждой обследую их, метров триста по верху и они заканчиваются в самом верху нашей лощины. Видны спиленные с полвека назад лиственницы, огромные пни. Кто-то заготавливал лес на окладной дома или столбы под фундамент.
Жаль, возвращаемся лощиной к нашим.
Колонна, стоит. Нас уже потеряли. Вопросы, почему долго не было. Разъясняем ситуацию. От усталости язык еле шевелится.
Хорошо, что даже в такой момент, наши девочки не теряли присутствие духа и могли любоваться красотой окружающей тайги.
Оказывается, в наше отсутствие Олег с Сергеем уже сгоняли обратно до перекреста с линией связи и пробовали по ней пройти. Спуск отличный, подъем, в общем, они увидели, то, что мы видели сверху. Нужно много времени и сил, чтобы брать отрог в лоб.
Да и есть ли смысл? Есть ли дальше дорога? Олег решает вставать лагерем. Девушки с оставшимися ребятами готовят ночной ужин. Мы выбираем место. Вначале вчетвером идём по ручью к Пинеге. Увиденный нами пляж манит и зовет. Вначале ручей более-менее проходимый в конце становится уже и извилистее. Наконец выходит на берег Пинеги. Понимаем, что нам необходимо часа два или более, чтобы проложить здесь дорогу. Все устали. Время к ночи.
Решаем по совету Сергея вернуться на перекресток дороги и линии связи. Там ставить лагерь. Утром принять решение, куда идти дальше. Вариантов много. Лишь один единственный правильный. Он один лишь по возвращению даст веру в свои силы, возможности, он лишь один достоин настоящей команды, сильных мужчин и стойких женщин.
Утра вечера мудренее.
На просеке кипит работа по установке лагеря. Палатки раскидываются надолго. Возможно, завтра будет незапланированная днёвка.
Последние квадры покидают каньон и приходят на ночевку.
Белая ночь раскинула ночные крылья витиеватых облаков, до утра осталось совсем немного.
... .........................................................................Там русский дух, .........................................................................там Русью пахнет
... Линия связи - Торома - Пинега (28 июня 2010)
Топокарта деревня Торома
... ... Утро (28 июня 2010 года)
Встаю рано. Спать не хочется. Что-то мешает. Вылезаю на свет. Наша «Линия связи» с прошлым миром. Там на её конце находятся люди. Оттуда мы пришли.
Лагерь ещё спит.
Приглядываю место поудобнее, развожу костер, делаю скамейки по периметру. Вешаю обувку сушиться. Вчера так устал, что уже просто упал, что конечно нарушение негласного правила таёжника. Ложись спать только тогда, когда одёжа готова в путь. Может это меня и разбудило спозаранку.
Подходит Олег, Сергей. Начинаем дружно сушиться.
Постепенно подтягиваются ребята. На этот момент мы имеем запас продуктов на сутки-полтора, бензину только-только, чтобы дотянуть до Карпогор по средней пересеченности дороги, одну живую пилу. Впереди полная неопределённость.
Можно. Конечно, отступить, свернуть лагерь, оседлать коней и вернуться в село Пинегу, оттуда переправить через реку Пинегу на деревню Холм, и по хорошему зимнику рвануть на Пирему-Карпогоры. Там еще раз переправа через Пинегу и мы в Карпогорах. Весь путь займет сутки, может полтора. Останемся в графике, и если выбросить кусок пути по правому берегу Пинегу в районе Шочи-Несси, то до Верхней Тоймы дойдем легко и спокойно.
Надо ли нам это?
Олег решил, Саша, Денис, Саня возвращаются в Пинегу за продуктами, бензином, пилами. Саня сопровождает ребят до реки Шукши. Там остается вместе с плотом. На обратном пути помогает им переправиться на наш берег. И все вместе возвращаются обратно.
Аркадий с Сергеем идут на разведку дороги в направлении Линии связи - Торомы. Я иду пешком в деревню Торому. Делаю разведку дороги от Торомы к нам навстречу и от Торомы в направлении Вихтово.
Олег с Ромой остаются в лагере. Надо сделать осмотр квадров. Девушки тоже в лагере.
Алик идёт с Пинежской группой. Помогает провести спуск квадров с первого отрога.
Завтракаем. Задачи понятны. Каждый знает что делать.
Закидываю за спину станковый рюкзак, беру немного сухофруктов и бутылку под воду.
Пройденной дорогой спускаюсь в каньон, где вчера встали квадры. Там уже Аркадий с Сережей выбирают подъем по отрогу вверх. Я ж направлюсь по ручью на берег Пинеги. Прыгаю по вчерашней промятой тропке. С берега на берег. Так достигаю реки. За спиной по звуку моторов, понимаю, что Аркадий с Сережей и Егором успешно берут отрог.
Пинега встретила бегущими облаками, небольшой рябью по воде, да упругими струями, верно журчащими вниз к Вижево, Алекаево, Щелье, Чертково, Крылово, Шардомени, Колмогорам и самой царице здешних мест деревне-селу Пинеге. Так в одном имени слилась и мощь северной реки, и жизнь местных поморов. Все было единым.
Шурша ногами по выступам окаменевшей глины, иду вверх по течению.
Мощный склон обрывается к реке. Сколько здесь метров десять, двадцать или пятьдесят. Вчера мы с Саней лихо его штурманули. Вижу наши следы на россыпи склона. Прикидываю. Может по вчерашнему путику подняться?
Не-е-е, ещё пройду к самому обрыву, где угор нависает над вихристым течением реки. Вроде сверху спускается зеленый язык леса, переходя к самому низу в редкие зеленые кусты и травинки. Раз тайга удержалась на ретивых склонах, знать и я по ним заберусь.
Идея проста, как можно больше пройти вдоль берега реки, пляжами и верховой звериной тропой по угору. Такая тропа всегда есть в тайге. Видать, звери тоже выходят полюбоваться сей прекрасной панорамой (шучу). Идут вдоль склона, выбирая более-менее пригодный спуск к реке, или их тут обдувает стремительный ветер, отгоняя тучи гнуса иль еще что, пока мне не ведомо.
По выступу глины, как по лесенке поднимаюсь метров десять вверх.
- Ух! – захватывает дух. Дальше россыпи мелкого красного песчаника, придерживаясь при каждом шаге за тонюсенькие стволы молодой поросли.
Дальше кусты становятся гуще, ветки толще. Ползу уже вдоль зеленого языка. Левой рукой за него, правой махаю в воздухе, балансирую. Ещё чуток. Козырёк дерна, переплетенный корнями тайги, подтягиваюсь, ложусь на живот, забрасываю колено, упираюсь рукой, другой обнимаю ствол сосны, лихо переворачиваюсь и приземляюсь на пятую точку.
Ноги болтаются над обрывом, спина расслабилась и оперлась о солнечный ствол крепкой сосны. Как красиво! Как вольно! Наверно, я птица, и лечу над просторами Пинежья. Пять минут превращаются в вечность. Дыхание успокоилось. Что ж пойду.
По верху тропка, она то отчетливо видна, то разбегается на несколько нитей, ныряющих под валежины, лапы елей, в топкие болотные лужицы. Попробуй. Выбери правильную.
Не проведешь. Мой ориентир край угора. Стараюсь срезать его выступы и попадать на излучины, так спрямляя путь, и иду.
Вот тропинки сбежались вместе. На дереве «свежая» зарубка. Подхожу, оглядываюсь вокруг, еще одна уводит меня прямо в тайгу. Виден небольшой прогал. Дальше путика нет.
Возвращаюсь, прикидываю, понятно, кто-то обозначил спуск, чтобы его не пройти, когда двигаешься поверху.
Гляжу вниз, берег довольно обрывист и весь порос огромными елями, макушки, который закрывают возможный пляж.
Что ж спущусь, проверю.
Сразу прикидываю возможность спуска квадров. Вначале приемлемо, потом экстремально. Встречаю спиленные пни. Знать рядом постройка. Ниже, поваленная ель лежит макушкой к ниспадающему в Пинегу по левую руку ручью.
- Ого! Он, в каком классном каньоне! И самом низу, крыша небольшой сараюшки!
Цепляясь за ветки и выбирая место куда поставить ногу, приближаюсь сверху, будто птица захожу на посадку. Шаги огромные. Так бы спускаться всё время:)
Вблизи сарайчик, превращается в небольшую избушку.
Дверь припёрта старой ржавой трубой. Внутри порядок, чистота. На полянке старый след. Теперь понятно, зачем валили ели. На дрова. Сверху пилили и направляли так, чтобы они по склону прямо скользили к избе. Здорово, придумано!
11.10 Тропинка сквозь кусты мигом выводит меня на Пинегу. Пляж обрывается справа под скосом, за ним я недавно штурмовал отрог.
Влево же сужаясь, уходит за поворот. Там вдали зеленеет мыс деревни Торомы.
С «Бременскими музыкантами» можно хоть куда топать.
Сапоги упруго отскакивают от плотного берега, как оно там за поворотом. Угор ближе и ближе нависает над рекой. От совсем прижался озорник, пляж из горизонтального по спирали переходит в вертикальный.
Нас не проведешь, ползу дальше и дальше. Над головой нависают приятного размера глыбы.
Пробую резиновой подошвой камень. Никак не хочется соскользнуть в омута родной Пинеги. Щё чуток.
- Урра! Дальше пляж становится ровней, расширяется и вдали сливается с деревенскими лугами. Прошёл.
Включаю первую космическую, ноги сами несут меня вперёд. С плотного камня перехожу на склон пойменного луга, стараюсь выбирать ближе к невысокому обрыву, там трава пониже. Видать в половодье размывает полосу, и растительность не успевает быстро её заполонить.
По полю идти трудновато, высоко вымахала травка. Ждёт косы крестьянина, да мычание коровок иль бяшек-барашков. И когда ж они своими голосами заполнят здешние сказочные места. В огромном покрывале травы угадываются лишь просеки - провалы от лосиных прогулок да слышно жужжание редких оводов, мушек, стрекот стрекоз. Безмолвие, радость природы. Бег времени.
Оглядываюсь назад две зеленые вертикальные полоски на берегу – это наши ручье. Дальний, где встали Квадры, ближний, где стоит уютная избушка. Всё так близко, и будто, что-то родное остаётся позади.
Дальше луг переходит в песчаный пляж, который коса за косой скатывается вниз по течению. Перебираюсь по неглубокому заливчику на песок. С радостью поднимаюсь наверх косы. «Мммм», - не нравится. Песок просох, сапоги вязнут по щиколотку. Спускаюсь ближе к воде. «От, это класс!» - у самой кромки песок сырой и плотный, идти, як по асфальту. Топаю вперёд, раскидываю вокруг сотни брызг, повторяя все изгибы и причудливые очертания берега. И уж только от лени срезаю некоторые косы.
След тушканчика, ой, куда он поскакал, бррр, да яж не в пустыне. И следы величиной животного с корову. Тьфу, ты, да эт лосяра тут рассекает. На водопой ходит. Вот он шёл по своим следам, вот они разошлись в разные стороны.
В одном месте к своему удивлению обнаруживаю след машины. Внимательно присматриваюсь. «Не может быть!» Иду вдоль следа. «Ох! Вот кто, его образовал», - никогда не думал, что течение способно ребристые рисунки на косе выделывать.
Ребята на биваке уже встали. Потихоньку собираются выдвигаться в сторону села Пинеги. Продовольствие, бензин, пилы, всё самое необходимое. Всё что нужно для продвижения вперед надо привезти.
На глаз определяю, где может дорога с деревни спускаться к заливным лугам. На карте явно видно место, где она выходит и где сворачивает в направлении деревни Вижево. Вот бы её найти.
Огромные раскидистые ели по одной и рощами стоят вдоль ветхого пути. Неужели здесь когда-то бурлила жизнь? Была деревня, был участок леспромхоза, и деревня Вижево была его центральной усадьбой. Трудно поверить, глядя на буйство зелени и нетронутость тайги.
- Эн, нет, вон та полоска берега, явно бывшая насыпь. Уж очень ровная она и уступом спускается прямо в распадок с ручьем. Направляюсь к ней.
Взбираюсь на поросший клевером откос. Сажусь на кромку. Немного сомневаюсь, может здесь опять причуда природы. Включаю джипиэс Олега. Он мне дал его в путь. Точно, сижу на дороге. Да и на карте подо мной пунктирная линия (точка 3).
Откладываю в сторону навигацию. Скидываю рюкзак, достаю пластиковую бутылочку с ручьевой водой, из кулечка один за одним в рот отправляю разноцветные сухофруктины. До чего северная вкусна вода с заморскими сладостями.
Ветер отгоняет появившийся было гнус. Передо мной широкий луг. Дальше широченный песчаный пляж утыкается в пинежские голубые воды. Противоположный берег обрывист, чуть слева просматривается небольшая то ли избуха, то ли сарайчик. Тишина, покой, солнышко ласкает кожу, иногда набегающие облака приносят долгожданную прохладу. Куда повернёт погода. Вчерашнее пекло, в котором мы только плавились, сменилось северной суровостью. Порывы ветра свежее, на горизонте появляются вереницы темных дождевых облаков. Даст судьба, пройдут стороной!
Перекусил, закинул в рюкзак, бросил его за спину. Направился искать начало Вижевской дороги. Пересек небольшую лощину с пересохшим ручьем, заглянул за разлапистую ель. И там проход, широченный, можно двумя автомашинами разъехаться. И дальше проглядывающаяся дорога размашисто полезла в угор.
Прошёл для затравки метров двести. Идёт. Да еще и зарубки кой-где видать. Знать можно отсюда к нашему ручью в каньоне путь держать. Так сказать: «Разведывай дорогу с конца!» Осталось разведать направление в сторону Вихтово. Если и туда есть дорога, то нам имеет смысл через Торому свой путь держать.
С этими мыслями вернулся обратно на луга и весело зашагал в сторону Торомы.
Меж рощиц елей видно, что давно техника ходила, даже по одной колее тропка есть. Слева густой ельник, когда пил воду, слышал неприятный звук сломанного сучка. Погугукал для ясности, чтобы мишка или лосик мимо обходил. Никак нехота с ними нос к носу встречаться.
Так и бреду сквозь траву, малинники огибаю, ноги заплетаются, кой где по лосиной тропке пройду, коли по направлению ложится, даж не верится, что раньше тут косилось и дорожки вились.
Торома напоминает поселение после звездного вторжения. Была битва, потом все ушли.
Дома повержены, порушены, те, что ещё твердо стоят окна и двери на распашку.
Подошёл к покосившемуся крылечку. Легко поднялся по ступенькам, дверь приотворена. Потихоньку приоткрыл, глянул внутрь. Коридор, поветь, дальше вход в горницу. В доме порядок. По серёдке стоит железная печка, по праву руку русская, прямо стол и старинные кровати, лавка.
Во второй комнате, вход в неё вправо через горницу, пусто, лишь в углу ручной работы остов кровати.
На повети сохранилось точило интересной конструкции. Деревянная ванна.
Не спеша раздвигаю траву, пробираюсь через поваленные остатки возможно забора, возможно какого-то сооружения. Домик в три окна радует глаз своей добротностью. Часть крыши закрыта шифером, несколько листов приготовлено для продолжения работы.
Покидаю гостеприимные мосточки и краем угора иду дальше к развалинам домины. Брёвна будто вырваны из стен и устремляются к небу. Некоторые скатилась по склону, оставив стоять товарищей против стихии. Со стороны завал труднопреодолимый, углубляться в малинник не хочется. Приходится, перелезать, опираясь, где рукой, где вставая на них ногой. Пробую осторожно. Ветхая конструкция в любой миг может рассыпаться. Прорываюсь, наконец, за пределы дома. Трава высоченная, оплетает ноги будто водорослями, не дает сделать шага. Будто идешь в киселе. Как бы достичь края деревни?
Вроде показалось, что в море растительности угадываются колеи дороги. Пристально вглядываясь, чтобы не потерять, огибаю по ним, второй ряд домов (18). Выхожу на околицу. След уходит влево, туда, откуда я пришел, мне ж направо. С сожалением смотрю на убегающую и теряющуюся вдали колею. Пока.
По околице двигаю вдоль бывших гумен. Остатки от прясел, столбики с пробитыми отверстиями, поросшие седым лишайником, возвышаются на равных расстояниях друг за другом.
- Чу, - совёнок вылетел откуда-то из-за спины, сделал пируэт в воздухе и уселся на дальний столбик. Любопытствует, кто я и покудава ту. Мож, эт домовёнок какой с избы преобразился в сову, да махнул на меня глянуть.
Так зрим друг на друга. Помахал птице на прощание рукой, да и пошагал вдоль угадывающихся полей.
До встречи Совёнок-домовёнок!
Последний домик, похоже, был построен, когда ещё в деревни существовала жизнь. Он больше напоминает выселки. На отшибе, один-одиношинек, и сделано скромно из разносортных материалов. Двери, как и везде, вышиблены, разбой, разорение и какая-то непрекращающаяся битва меж добром и злом прошла и тут.
На юге замечаю деревянную конструкцию с большущий скворечник.
Может это тот диковинный крест (21), что потрясает историков и путешественников, и никто не знает толком ничего?
Подхожу ближе. Рамка обнесенная дощечками, сверху двускатная крыша.
Внутри непонятные письмена.
Пытаюсь сфотографировать. Хочу объединить надпись в одно целое. Сейчас, когда рассматриваю дома фотографии, получается, какая-то не понятная белиберда. Ничто - ни с чем не стыкуется. На месте же стараюсь чётко снимать кадр за кадром. Потом показывал надписи на фотоаппарате Катерине, знакомой с древнеславянским языком. Сказала, что трудно разобрать, что написано.
Дак чей же он? И что хотел сказать автор сих строк, установивший охранный иль поминальный крест на отшибе. Или значение данного креста нами ещё нераспознано. Единственно, что точно он один в своем роде на Пинежье и может на Севере.
Фото.Верхняя часть креста, скрытая дощечкой, фотография сделана под углом вверх.
Фото.Нижняя часть креста
От креста еле заметна дорожка,
Фото. Взгляд назад
Точнее ловлю её ногами. Тут углубление, тут бровка, так и иду, проникая южнее и южнее в прилегающие поля.
Миную странную выточку на спускающихся ко мне луге. Кажется, что, будто прокопана дорога. Только для чего в полях копать огромный шурф. Для то, чтобы раза два в день трактор проезжал? Не объяснение явно.
Не меняя направления, пробираюсь местными тропами, осматривая возможные своротки в лес. Несколько раз по лосиному путику пересекаю ивовые лощинки меж небольшими полями. Чем дальше от деревни, тем луговины становятся меньше. Последняя. Подхожу к краю, внизу Пинега. Может по низу полоска пляжа, и раньше техника по ней ходила в следующую деревню Вихтово?
Прикидываю, как лучше спуститься с кручи, да стоит ли вообще? Уговариваю себя, что надо разведать всю местность, чтобы на будущее не было тёмных пятен на карте.
Спуск дело не сложное. Минут пять, цепляясь за стволы, ветки и корни деревьев, вываливаюсь на брег Пинежский. Красота. Направо пляжик упирается в нагромождение каменных глыб.
Налево в отвесную скалу. Приехали ли приплыли:)
Присаживаюсь на камень, достаю сухофруктины, закидываю их с почтением в рот, прихлёбываю речную водичку.
Течение Пинеги бурное, струя, разогнавшись на повороте, лихо вдавливается в мой берег и, прыгая по подводным камням, несётся вниз.
На серёдке вылетает из воды приличная рыбина. Сёмушка тут пасётся. Хорошее место на перекате. Вздыхаю, вот бы где днёвочку соорудить, да со спином полюлюкаться. Ладонь уж поистосковалась по верной рукояти. Прям вспоминается лихой мах, упругость и звук хлыста рассекающего воздух, шум нити, слетающей со шпули. Плюх. Не дерзи сердце. «В следующий раз», - даю себе слово.
13.30 28 июня 2010 Поднимаюсь с камня. Окидываю взглядом полюбившееся место, лезу обратно в угор. Пыхчу як паровоз. Лучше вверх не смотреть, только под нос, да куда руками цепануться, куда ногу поставить. Сверху то шёл, шаги огромные были, сейчас приходится каждую опору учитывать, чтобы верно встала нога, да удержала ступня при толчке. Поднялся, лихо получилось. Плюхаюсь на последний выступ. Сижу, дышу. Живу.
Что дальше? Дальше прочесывание местности вдоль полей, чтобы, хоть какую-то зацепку дороги уловить.
С южной стороны пару заездов обрываются в глубокий распадок, почти отвесное ущелье, прорезанное ручьем. Вершины деревьев, растущих внизу, не достают моих стоп. Высотища. Сворачиваю на восток вдоль распадка. Так и прочесываю местность между полем и щелью.
Под старым лесом просторно, сучков под кронами деревьев нет, видать раньше коровы паслись, все пообломали. Подстилка из листвы, редкая травка. Грибов то тут бывает в урожайных год! Да, поди, грузди!
Метрах в двухстах от поля на восток обнаруживаю рядок молодых березок с ёлочками. Знать, что-то землю взрывало. От ровной рощицы замечаю витиеватую прогалину в северном направлении. Увязываюсь по ней. Минут через пятнадцать по довольно широкой дороге выхожу опять на край поля. Заламываю макушку осинки, чтобы найти заход в лес, иду через поле по направлению к деревне.
Небольшая полоса густого ивняка, продираюсь, як трактор и выбираюсь прямо на тот огромный шурф, что видел от реки, только теперь я с лесу к нему добрался. Правее видны дома деревни.
Что ж получается, дорога начинается отсюда, и заканчивается. Где заканчивается, предстоит выяснить.
Топаю в обратном направлении. Здорово помогает заломленная осинка, так бы не угадать с поля захода в лес.
На обратном пути обнаруживаю отворотку в восточном направлении. По карте смотрю, что это может ус дороги, огибающей глубокий ручей, распадком которого я вначале шёл. Дорожка отлично проглядывается. Почти лечу, радуясь нужному направлению, справа просвечивается край болота, дорога отвернула на северо-восток и стала менее заметной. Остановился. Пожалуй, вернусь, проверю тот ус, на который в самом начале вышел и где обнаружил поросль молодых берёзок.
До березок добираюсь минут через десять. По пути слышу или мне чудится звук моторов в деревне. Неужели наши в Торому пробились? Молодцы! Что ж теперь моя разведка имеет особый смысл. Коли найду выход на Вихтово, то колонна пойдет через Торому. Класс!
Может с горяча, может впопыхах, может дальше ничего уже нет, за молоднячком сразу же теряю след. Немного кручусь. В конце концов, стараюсь, выбирая меньший наклон, спуститься к ручью. И всё равно в самом конце попадаю, даже уходя дальше и дальше в тайгу от Пинеги, на крутой склон с завалами поверженных елей.
Пробиваться здесь долго. Ладно, пойду напрямую на юго-восток от Пинеги, пытаясь оставлять ручьи и их истоки по правую руку, так либо пересеку дорогу, либо выйду на линию связи. По ней уже и вернусь обратно в лагерь. Таким образом круг будет замкнут.
Чем дальше иду, тем больше убеждаюсь, что дороги здесь нет, местность сильно пересечена и изрезана руьевинами. Склоны круты. Иногда приходится вставать на четвереньки, чтобы взобраться на очередной угор.
Попадаю в лесоповал. Кто бывал в них, меня поймёт с полуслова. Нет здесь прохода ни пешему, ни конному, ни зверью, ни кому. Да и птицы почему-то чураются сих мест. Чуть сгоряча не вползаю в завалы. Во время спохватываюсь и начинаю долгий обход упавших великанов с севера. Окружность получается впечатляющая. Да и окружность ли это? Всё равно приходится постоянно перепрыгивать, перескакивать, переползать, подлезать. Кочки, стволы, корневища, кусты, поросль, сучки, когда же это кончится? Компас упрямо показывает направление гораздо левее, чем мне кажется. Прям уносит вправо. Включаю Джипиэс. Точно забираю обратно к Пинеге. Какого хр… Беру уже на восток. Через двадцать минут, включаю джипиэс, опять утягивает к Пинеге.
Забираю на северо-восток. Наконец, ветровал закончился. В лесу появляются опушки. На одной из них разрешаю себе присесть. Глоток воды пару ягод в рот. На старейшем дереве рассматриваю не покрытый корой участок. Сколько уже их мнимых засечек пыталось увести меня в сторону. Нет! Здесь точно кто-то делал зарубку. Видны следы ударов топора древнего таёжника.
Жаль, дерево осталось одним могиканином из всех. Рядом стоят его дети и внуки. Была, когда-то дорога, да сгинула в веренице веков.
Линия связи где-то рядом. Появляется болотина, топчу кромкой, нахожусь ещё. По карте «линия связи», явно пересекая болото, углубляется в лес. Забираю южнее, что там? Показалось что ли на небе. Впереди нитки проводов у макушек деревьев. Засекаю направление. Прорываюсь сквозь цепкие ветки ельника к прогалу.
- Урааа! - вышел. Сердце ликует. Цель взята.
«Линия связи», как стрела уносится в обе стороны света. «Север-Юг» сколько людей связывала она, сколько выводила ко своим. Может название у неё гораздо глубже, чем перелёт телефонных страничек, может, она связывала гораздо больше? Связывала сердца и души людей? Соединяла в одно целое, в одну огромную нацию, зовущуюся русский народ.
Настроение почему-то радостно. Нехилые тучки заворачиваются на горизонте. Поливающий пару раз дождик в пути теперь не кажется каким-то стрёмным. Да и тот, что наклёвывается с запада, совсем не страшен.
Откуда-то взялись силы, иду на юг, хочу найти пересечение «линии связи» с северо-западной просекой. Она немного углубляется в сторону Торомы. Вдруг там остатки дороги.
Метров через двести вижу свежие затёски. Пробую идти по ним к деревне. Нормальная ширина, вполне проходима для квадра. Ладно, вернусь на линию. Оставлю просеку про запас.
Капли дождя и заканчивающиеся силы загоняют под разлапистую ель. Хлопаюсь на рюкзак, с наслаждением сосу воду. Жую, что нащупываю в убывающем пакетике. Благость…
Капли шлепаю по веткам, стекают на сапоги, некоторые норовят за шиворот, придвигаюсь вплотную к стволу. Прям шах на троне. Кимарится, прикрываю глаза, пять секунд нирваны.
Слева раздается шорох, ветки явно хлещут кого-то по бокам. Медленно поворачиваю голову, чуть приоткрываю ресницы. Пару медведей гребёт, подминая все на пути, в мою сторону
28 июня 10 16:40 Сон улетел к серым облакам. Стало сразу тепло. Зрение обострилось. Ого! Их два! Странно, одетые? Очень на людей, похожи. Откуда они здесь? Может какие потеряшки?
Да это же Алик с Катериной идут!!!!!! Вот это подарок. В такой глуши встретить своих друзей! Улыбаюсь, машу им из-под ёлки. Ребята снижают скорость и заходят ко мне на посадку. Представлю, как они вздрогнули при моём кличе:) Обмениваемся радостными возгласами, кто, как, что и почему. Выясняется, что Алик помог спуститься квадрам, направляющимся в Пинегу, с горы и сам вернулся на бивак. Потом решили с Катериной пойти на разведку по «Линии связи», посмотреть состояние пути и проходимость для квадров.
Так мы и встретились при довольно комичном стечении обстоятельств. Дружеское общение, колдовство и кумекание над картой, да пир сухофруктами с водой укрепили силы.
Отдохнувшими все вместе потопали обратно к лагерю. Со слов ребят, болота в основном проходимы, пару мест топко, то болото, что находится рядом с каньоном можно попробовать обойти лесом. Все обстоятельства радовали, оставшиеся пять километров до лагеря показались не такими уж и длинными. Шёл и думал, здесь так проеду, здесь так объеду, словом мысли заняты, так быстро забывается усталость.
По пути у каньона, глянули возможность объезда последнего болота, оказалось, что лес вполне проходим. Чуть распилить валежник.
В каньон спустился первым Альберт, мы, болтая и смеясь, шли сзади. Прикольно, у ручья в зарослях мы потерялись. Алик, как проводник, утверждает, что надо ещё подняться вверх вдоль по ручью, что там провода, и всё будет окей:) Следов же почему-то в том направлении не видно. В итоге, махнув на всё и уповая, что до бивака рукой подать, пришлось просто взять и полезть наверх, в сторону лагеря. Запыхавшись, взбираюсь к вершине, слева вижу проблески квадров. Катиного Гамакса и Полариса Алика.
- Алик, ты настоящий Иван Сусанин, – ухмылялись мы, - до места рукой протянуть, мы чуть не заблудились:)
Ребята до лагеря доехали на квадре, я ж по «Линии связи» дошёл пешком, мурлыкая себе под нос забавные детские песенки.
Привет родная стоянка!
- Наташенька есть чего покушать?!!!!!!!!!!!!!!!
- Ого! Ребята уже вернулись! – вижу Серегину БРПишку.
Оказалось, что Аркадий с Сергеем прорвались в деревню Торому, что именно их квадры слышал. Класс! По их рассказам, поехали без пилы. Стали огибать первое болото, отклонились далеко в лес, вышли на нарисованную на джипиэсе дорогу и вдоль неё стали прорываться на Торому. Объезжать пришлось много. Иногда поваленные деревья устраивали настоящую западню, где объезжали, где взлетали, как птицы, перескакивая стволы. В одном месте, отклонившись буквально друг от друга метров на двадцать, вышли к глубокому каньону, при том один мог ещё спуститься, под вторым оказался обрыв. Их же разделила глубокая щель, прорытая лесным ручьем. Пришлось возвращаться чуть ли не полностью обратно. Пешком тоже вышли на найденную мной на берегу Пинеги избушку, увидели свежие следы, поняли, что уже ушел в сторону Торомы. В деревне Тороме долго не задерживались, так как подумали, что возможно сегодня будет предпринята попытка проезда колонны до деревни. Вернулись победителями обратно. Жаль, что фотографий того прорыва нет. Славный двухкилометровый драйв получился.
Денис, Саша, Саня и Алик, собравшись с утра, направились в сторону села Пинеги. Алик помог спуститься ребятам с отрога, дальше пошли три квадра и телега.
На переправе через Шукшу накачали плот. Саня помог ребятам перевезти Квадры и сам с Гамаксом остался на берегу, поджидать их в обратном направлении
С ним произошла совершенно неправдоподобная и загадочная история. Заслуживающая отдельной главы.
Ребята же добрались до Пинеги. С ними тоже приключались разные приключалки
...
................ Поход на Пинегу (28 июля 2010 года)
Ребята собрались, хорошенько подкрепились и выехали около обеда в Пинегу. Препятствие представлял спуск с горы. Решено, что для страховки наверху будет находится Алик на квадре. Вначале попробовали спустить пустую телегу. К передку привязали верёвку, перекинули конец через дерево и начали спуск. Два человека подстраховывали телегу, чтобы она шла по набитой дорожке, один понемногу стравливал верёвку. Спуском остались довольны. Так же один за другим спустили три квадра, Саши, Дениса (Ямахи) и Сани (Гамакс). Болотинку, которую мы штурмовали около часа двигаясь на Торому, прошли с ходу, взяв чуть левее. Дальше путь не представлял труда. Денис вспоминает, что он просто промелькнул практически не заметно. Даже с разгону проскочили отворотку перед самой речкой Шукшей и попали на оставленную стоянку лесозаготовителей. Площадка почти на берегу реки находится. Правда, сквозь густые кусты ивняка речки не видно. Стоят оставленные вагончики. Вернулись чуть назад и, свернув на более узкую нашу дорожку, благополучно примерно к трем часам дня докатили до переправы.
Втроём развернули плот, накачали. Вода в речке упала на тридцать сантиметров. Брёвна, которые раньше находились под водой, выступили наверх, и мешали спуску квадров. У самого берега стало вязко.
В ту сторону удалось с ходу загнать квадры и телегу и по очереди перевезти на противоположный берег. Саня остался у переправы за паромщика. Денис и Саша поехали в Пинегу. При том они решили проскочить новой дорогой поверху. Дорога оказалась вполне проезжая для квадров, жаль только красот Пинеги не наблюдали. Да мелкий нудный дождь заставлял то и дело натягивать плащи. Единственно, что удалось увидеть, со слов Дениса, это крыши деревни Крылово. Верхняя дорога вышла прямо к деревне Кулогоры, обогнула их с правой стороны и спустилась вниз.
В село Пинега машина из Архангельска ещё не пришла, и ребята, заправившись 200-ми литрами бензина, поехали в продуктовый магазин. Кроме всего у самой переправы в Шукше квадр Сани (Гамакс) разулся, поэтому в Пинеги была сверх задача найти насос. После продуктов объехали все возможные авто и хозмагазины. Насосов нигде, никаких. Видно колеса в Пинеге на спускают:)
Денис связался со своим знакомым Кивиным Сергеем. Сергей рассказал, как можно доехать по зимнику с двумя переправами через Пинегу до Карпогор и еще сказал, что были тут десять квадров, ушли мол правым берегом. Потом очень удивился, что Саша с Денис есть участники той легендарной уже в Пинеге команды. Информация в весях распространяется с гипер скоростью. Снабдил ребят на дорогу картошкой, её не оказалось в магазинах, также отдал свой насос.
Отобедали в местной столовой. Вскоре пришла машина с Архангельска, привезла четыре бензопилы.
Созвонились с нашим биваком. Мегафон брал даже в лесу. Рассказали, что и как идёт. Собрались, упаковались и поехали в обратную сторону.
По пути посмотрели зимнюю отворотку с переправами на Карпогоры.
Едь - куда хочешь:)
По ней добрались до реки Пинеги
Дальше только на самолёте:)))
По совету Сергея Кивина заехали к местному жителю в деревню Алекаево. Поднялись на высокий берег. Отшельник, живет во втором доме, встретил их стоя на втором этаже повети. Разговаривал односложно, отвечал только да и нет, так и не спустившись сверху вниз. Смотрели на него снизу, так и не могли понять, что за человек. Ничего толком не узнав, Саня с Денисов поехали дальше. Единственно, что с трудом удалось вытянуть из отшельника, что за Вижево дороги дальше нет. Это мы и сами уже отлично знали:)
Торопились к переправе. Вместо 3-4 часов, Саня уже прождал там восемь. На трёх печенюшках – достойный обед.
Приехали к реке. Лодки и Сани нет. Чуть разволновались. Давай кричать. Вроде откликается. Подождали. Сверху по течению раздалось шлёпание весел, появился Саня. Ловил на спиннинг, ничего не попалось. Видел лишь, как один окушок выходит за блесной, да и тот нырнул в глубину, проводив приманку до борта.
Начал рассказ о своих приключениях, да особо было некогда, переправа была сложной. Выступившая глина и брёвна не давали подойти плоту к берегу. Поднимать первый квадр пришлось почти на руках. Второй с телегой тащили лебёдкой и первым квадром. Словом пришлось немного приложить усилия.
К удивлению Санино колесо было уже накачено. Оказалось, что Аркадий узнав о том, что у Сани проблемы, взял в лагере насос и приехал к Шукше. Давления электронасоса вполне хватило, чтобы посадить покрышку на место. Затем вернулся обратно. Пишется быстро, только, когда представишь, что рейдер один прошёл весь путь от бивака до речки Шукши и обратно, становится не по себе. При том они сегодня с Сергеем уже штурмовали деревню Торому. Крепкие и надежные люди есть на земле.
На обратном пути гружёная телега по уши увязла в болоте. Пришлось лебедиться, гатить, в итоге выбрались на сухое место. Чуть отдохнули и дальше.
У знаковой горы уже встречал Альберт. Поднимали квадры, зацепив за Поларис Альберта веревкой. Веревка была чуток коротковата, поэтому квадр с разгону заскакивал сколько мог, потом к нему цепляли конец и поднимались дальше.
Последним шёл Саша с телегой. Метра четыре до верху квадр замер на горе. Как специально, Алик упёрся Поларисом в какую-то валёжину и никак не мог подтянуть товарища дальше. Мучительные секунды.
Потом всё же валёжина сдалась, сцепка тронулась, и подъём закончился.
Приехали в час ночи. Катя, Рома ждали ребят. Денис говорит, что я тоже выходил из палатки пить чай, да сам чего-то не припомню, видать из-за усталости мысли улетучились
Последний раз редактировалось Александр Северный 04 мар 2011, 19:43, всего редактировалось 1 раз.
К вечеру северный ветер окрепчал, тучки плотно затянули небо. Когда шёл с Торомы к лагерю, похолодание не особо чувствовалось, хотя взятую с собой рубашку и плащ давно одел на себя. Гнус от резкого перепада, видать, лишился желания есть и в большинстве попрятался по щелям. Будто вернулась весна. Хороший полдник и чай восстановили силы и решено было до ужина сходить на рыбалку на Пинегу. Тем более девушки грозились сварить отличную уху. С собой взяли горячий кисель, сваренный Катериной.
Посуды для горячего напитка не было, пришлось мне освобождать тару. Потеплело в раз (шутка):)
Фото: Прикалываемся, типа подготовка к рыбалке полным ходом
Одели на себя всё, что взято с города и как по настоящему укомплектованная капуста, отправились на реку.
Фото: Полная экипировка - спиннинг, удочки, и даже лопата, чтобы рыбу в мешок складывать:)
Знакомый путик: по дороге в сторону Торомы, спуск в каньон и направо по тропке к Пинеге.
Река встретила резкими порывами ветра, хмурыми откосами, и ребристой рябью у берега. - Чёт сомневаюсь в клёве, – проронил я, - уж, больно погода резко скакнула.
У впадающего ручейка понемногу булькала мелочь. В первую очередь без особой надежды туда и отправил блесну. И тут последовал тычок. От неожиданности с подсечкой запоздал. Промах! На второй проводке ударчик повторился, тут не зевал, лихо поддернул на себя, кричу: «Ташу! Тащу!» Быстро мотаю ручку катушки, только бы мелочишка не сошла. Ух, как хочется наловить на уху даже в ненастную непогодь.
Полосатый окушочек, весело размахивая хвостом, вылетает из воды. Попался.
Дальше рыбалка развивалась с переменным успехом. То поклёвки есть, да рыба не попадается, то перестаёт клевать. Пытаюсь сместиться ниже по реке. Чем дальше ухожу от ручья, тем хуже клюёт. Наташа с поплавочной удочкой ушла вверх к откосу на ямку. Половить.
Предпринятые нами попытки накопать в ручье червей результата не дали. А скопившаяся в низине мошка просто моментально забила глаза. Надо же вверху у бивака её совсем нет. Пришлось ни с чем вернуться к реке. Поймали какую-то муху, на неё Наташа и пытается поймать рыбу.
Вижу, что возвращается ко мне.
- Как дела? - Ничего не клюёт. - Я несколько окушков поймал, на малюсенькую уху будет. Тоже перестало.
Тут поклёвка, тащу. Ещё окушок. Взбодрились сразу!
Вернулись обратно к впадению ручейка. Показал Наташе, как пользоваться спином. У неё потихоньку стало получаться. Не поверишь, что первый раз удилище в руках держит.
Пронизывающий ветер проникал в любую щель. Прям настоящий дубак. Здорово горячий кисель помогал. С печенюшкой прям к жизни возвращал. Становилось тепло и уютно.
- Тянется, тянется, - кричит Наташа.
Пронизывающий ветер проникал в любую щель. Прям настоящий дубак. Здорово горячий кисель помогал. С печенюшкой прям к жизни возвращал. Становилось тепло и уютно.
- Тянется, тянется, - кричит Наташа.
Даю молодому рыбаку отдохнуть. Пробую сам половить. Как ни странно, у ручейка поклёвки возобновляются. Будто новая стайка подошла. На дальнем забросе за каменной грядой, следы от неё хорошо видны бурунами на поверхности воды, упругая потяжка. Легко подсекаю и веду к себе. Рыба не трепещется, как окушок, и явно сильнее. Ближе к берегу замечаю торпедовидное тело. Хариус! В такую погоду попался. Я то думал, что за всплески, то и дело у камней? Никак не мог предположить, что это он кормится.
Потом поймал окушка.
В итоге около десятка рыбок, на небольшую ушку будет, да и время уже одиннадцатый час вечера. Нас на биваке с ужином горячим заждались. Смотали снасти. Спокойной ночи, Пинега!
И пошли обратно подниматься в гору. Дорога домой всегда скорая. Только были на реке и снова в кругу друзей.
Под навесом тепло, уютно, разговоры, шутки, смех, вкуснятины разные. Нужно ли что-то ещё для счастья:)
Вскоре забрался в палатку. Сон сморил моментально .
... .................. Последний рассказ о событиях 28 июня 2010 года
.................................... Как я плутал
Письмо Александра НеЙского ( в Походе просто Саня)
Александр НеЙский писал(а):Саша, привет! С превеликим удовольствием читаю твои труды, как интересно узнавать то, что осталось за кадром моих глаз и ушей. Наступило время поведать и мою скромную историю, которая всё же заставила меня достаточно попереживать.
И дело было так.
После того, как я помог Саше и Дене переправиться через речку Шукшу и проводил их в сторону села Пинеги, решил просушиться, благо времени было предостаточно. Развёл костер, обогрелся, разомлел. И тут живот стал вопрошать вышестоящие инстанции о возможности перекусить. Команда к действу: Взял спиннинг и поплыл по Шукше по направлению к реке Пинеге. С той стороны дул страшенный ветер (мне это как-то сразу не понравилось). Лодку постоянно сносило назад, ничего не клевало. Один раз только ошалелый окунь всплыл посмотреть, кто это там пытается выловить его на заморские, приобретенные по сходной цене у Рыбинских продавцов непонятные воблёры. Плюнул в сердцах на затею поймать что-либо в этой, непонятной речке. Причалил к берегу, оседлал своего боевого ОРЛИКА ГАМАКСА (машинка все таки отличная для своего класса, что бы там не говорили завистники. Катерина и 14-летний Егорка легко с ней управлялись) и "рванул" на 3-х Колесах к Пинеге. Одно было, как помнишь, спущено.
Выход к реке оказался весь заросший сплошным густым ивняком. Полез ломиться сквозь него напролом, спугнул утку, расстроился, что не среагировал вовремя и не поймал (чертовка вылетела из под самого сапога). Желудок все настойчивей. А я, что? Йя ничего – стараюсь, как могу.
Поехал опять к переправе, перебрался на ТОТ берег. Вдоль Шукши стояла стеной высокая сырая трава. Поразмыслив, решил выйти к реке Пинеге через лес чуть выше. И зашагал сначала по дороге, около километра. Затем свернул в лес и взял, как мне показалось, направление к реке.
Через минут 20 ходьбы, тайга не только не поредела, но и стала враждебно наступать и опутывать со всех сторон. До этого момента я считал, что прекрасно ориентируюсь в лесу, пространстве и во времени. К моему ужасу всё рухнуло в одночасье .
Ладно, думаю, вернусь обратно на дорогу, выставился по ветру и пошёл валить мелкие кусты, как лось, продираясь сквозь чащу. И что ты думаешь, через минут 7 выбрался к реке, в аккурат на то место куда хотел вначале
Спустился с обрывистого берега, и решил порыбачить (у меня было в запасе пол часика до оговоренного с ребятами времени встречи). Ветер не стих, нагоняя на берег приличную волну. Кидать против ветру получалось так же ловко, как писать, коряво, и то через раз (извините за выражение). Ничего не клевало Пришлось не солоно хлебавши, возвращаться к гамаксику. Полюбил его сильно уже. Теперь так и кличу
Взял по направлению к дороге, через 15 минут вышел обратно к реке: "НъПОНЯЛ" это я так сказал.
Развернулся, пошёл опять, тщательнее прокладывая маршрут. Минут через 10 попал снова к реке . Переживал лишь за ребят, что приедут, расстроятся, что паромщика нет, будут кричать, искать, терять драгоценное время - такой роскоши позволить себе не мог.
Собравшись с мыслями, сжав волю к победе в кулак (Ну теперь то выйду точно, только возьму правей) и потопал, приворачивая правее и правее, и вскоре вышел опять к реке . Я не трус, с этим чувством расстался давно и самостоятельно . Но!
Но было над чем призадуматься. Все разы, в каком бы направлении не уходил от Пинеги - возвращался к ней через левое плечо. Понял, что меня крутит нечто (леший, боровой или, блин, какая кикимора). Чту таёжные верования. Задобрить сих хозяев леса было нечем, ни сухарика, ни конфетки, даже тряпицы цветастой, чтоб повязать на ветку не было. Оставался еще способ, но я о нем не буду, так как сам не пользовался, а только слыхал. Вместо этого всего стал просить милосердия у Батюшки Бора, чтобы помог мне, меж тем заложил крюк такого радиуса, что даже если бы и промахнулся мимо дороги, то к экватору бы вышел точняком. Произносил мольбы в адрес Ярилы и Сварога и других языческих богов - можете не верить, но ПОМОГЛО.
Вынесло меня на дорогу так же неожиданно, как скорый поезд на переезде. Бодрячком, насколько возможно в моем положении, со стёртыми до седалищных бугорков ногами, вразвалочку двинул по дороге к переправе.
Пройдя метров 200-300 справа от дороги метрах в 20-ти увидел, то, что может присниться только в страшном сне . То отчего мои мурашки встали дыбом и волосяной покров с моей головы уже собрался перекочевать в более спокойное место, даже на ногах волосы приготовились выскочить из своих луковичек от нервного напряжения.
На дереве, на высоте метров 4-х висели полуистлевшие останки лосиных черепов, с рогами и без.
Под ними железное ведро.
Внизу близ дерева в радиусе нескольких метров валялись фрагменты челюстей, ребер и шкур.
Атмосфера не располагала к веселому настрою и воняла смрадом. Я представил себе картину, как местный шаман, обожравшись мухоморов, долго пляшет вокруг дерева, к которому привязано животное, наяривая с остервенением по нарастающей, берцовой костью в бубен или по ведру (ему после мухоморов то до лампочки по чему стучать). Навертевшись, подскакивает к лосю, и кирдык, бритвой по горлу - картина маслом. По быстрому сфоткав на телефон это ритуальное капище, а больше в голову на тот момент ничего и не пришло после пережитого блуждания, мигом покинул загадочное место.
Идя вдоль дороги, слева на отвале увидел множество отверстий в земле. Когда приблизился, мне показалось, что там кто-то зажужжал. Поравнялся - ничего, топнул ногой, опять жужжание. Вспомнив великую фразу (сдается мне пятачок, что это жу-жу неспроста) поспешил и отсюда.
На переправе было пусто, ребята приехали примерно через час, когда я решил попытать счастья в рыбной ловле выше по речке Шукше. Фотки с дырками в земле закину чуть позже.
Надеюсь, не утомил своим рассказом.
Передавай от меня огромный привет всем участникам нашего квадропохода "Пинега - 2010". Всех помню, всем уважуха, ребятам жму руку, девушек целую, может, когда ещё удастся собраться
Вот это я понимаю Путешествие! Сразу вспомнились дикие места в заброшенной деревеньке Хамлетовка (ныне Каменка 2)в Смоленской области - самое дальнее место, куда мне приходилось забираться на просторах нашей Родины от МКАДА. Спасибо, прямо подышала этим воздухом. А уж про заброшенные дома с фотографиями и не говорю - какое то благоговение вызвали эти кадры и ваш рассказ. Ну и конечно команда ваша молодца! Штурмовала и прокладывала путь с прилежанием и трудом, по всей видимости наслаждаясь победами и дарами природы вокруг. Короче здорово!
Поздним вечером самого тяжелого для меня дня похода на рубеже новых суток Сергей поставил песню. Слышал её впервые. Слова врезались в память. Строчка стала эпиграфом Посвящаю эту главу всем кто выстоял.
Утро задалось погожим. Решение – вперёд, не заезжая в Торому, идти по Линии Связи в направлении Вихтово.
По карте, имеющийся лист заканчивался недалеко от Вихтово, было явно, что «Линия связи» упирается в деревню. На имеющемся черно-белом снимке «Линия» обрывалась в 800 метрах от деревни на болоте и дальше не просматривалась. Возможно, качество снимка не позволяло рассмотреть продолжение. В любом случае провода и столбы шли в нашем направлении, были достаточно новыми и значит, к деревне и уж точно жилому населенному пункту они должны выйти.
Сначала, как и положено завтрак,
У походного костра
Потом сборы лагеря, сколько их было в походе.
Только вот вроде вещи скинул, палатку поставил, всё разложил.
Опять укладывать,
Заталкивать,
Упихивать
Вспоминать где и что лежало.
не забыть водички
Кому колбаски в дорожку!!! Сама скуснятина. Ночная доставка из Пинеги!!!
Вот бы такую волшебную палочку, чтобы на раз , как скатерть самобранку собрала пожитки, махнул разложила:))))
Подняв первые квадры, уходим с Сашей дальше, на разведку к просеке. Немного поманеврировав меж деревьев, быстро выходим к первому столбу, метров сто по просеке. Всё дальше начинается топкое болото.
Двигаемся по кромке берега. Приходится выискивать боле-менее пригодные проезды между деревьев. Лес просторный, так, что пропилив десятка два валежин, достигаем конца болотины. Дальше она заканчивается, уходя под наш берег тонким лесистым сырым языком в глубь леса. Возвращаемся к своим. Первыми идут Аркадий с Сергеем. Показываю им дорогу, ставим заметки, чтобы основная колонна шла намеченным маршрутом.
Подходим к краю болотины, просматриваю его лесистый язык. Дальше выбираю более-менее приличный проезд, пресекаю низину. Под ногами хлюпает, и все же не так стрёмно. Квадры должны пролезть. Вот и подъём начинается на противоположную сторону. Впереди просвечивают провода. Просека! Возвращаюсь обратно к ребятам, по пути чуть было не теряю свои следы, зря что ли тропил.
Теперь движемся так, ухожу вперёд метров на десять, Аркадий ориентируясь на меня, выбирает лучший маршрут. Где возможно показываю руками, как по какой дуге проезжать. Странно, ребята понимают эти ни кем не обусловленные жесты. Похоже, мы состоявшаяся команда. Без слов общаемся.
Выходим на Линию. Сажусь к Сергею, Аркадий с Егором. Дуем вперёд, валим просечную поросль, пропиливаем по дороге валёжины. Два болотца проскакиваем не заметив. Перед третьим останавливаемся.
Вчера здесь нога проваливалась выше щиколотки. Мох ярко-зеленый, почти нет несущей способности. Предлагаю сделать гать. Аркадий поддерживает со словами: «Вам тут еще ездить. Будет дорога». Он мне всё больше и больше нравится. Основательный мужик. Сергей. Говорит, что квадры и так пройдут, если идти с обеих сторон рядом с ними и, если что немного подталкивать. И всё же присоединяется к нам, и мы вчетвером задорно строим гать.
Сергей прошёл через болото на квадре, и теперь видно, куда брёвна укладывать, Минут через пять от таскания сушин к колеям у меня бегут струйки пота по спине. Через десять руки просят отдыха. Ничего, работаем ударно. Сережа бензой валит сушины, я их транспортирую к месту. Аркадий с Егоркой молодняком гатит самое гнилое начало болота. К приезду наших основных сил, гать практически готова.
Ребятам на подъеме тоже досталось. После каждого квадра, какой-нить старый корень или валёжина вылезала на поверхность.
Приходилось отчаянно толкаться, пихаться, останавливаться, лебедиться и подниматься выше и выше.
Иногда удавалось проскакивать ходом. Прижимая передок своим весом и весом товарища.
И так по одному.
В самых сложных местах дежурили, поджидая новый квадр, постепенно сменяя друг, друга.
Горень, остановившая нас на сутки, осталась позади. Настроение отличное.
Через полчаса ребята и девчата добрали до нас разгоряченные и с бурной энергией деятельности. Будто сил прибавилось после взятия угора.
Квадры отдыхают в лесочке.
Все на осмотр «равнины».
После вчерашних ливней над болотом парит, як в джунглях. Душно. Не понятно где сырее сверху одежды или под ней.
Посмотрев на наш наводной мост, часть квадрациклистов решила пробовать самостоятельно пройти болото, в итоге сработало предложение Сергея. Квадры и впрямь смогли идти целиной.
Олег на Поларисе.
За ним Алик тормознул, следит, как Олег идёт.
И тоже «поплыл» целиной. Мох мягко уходил под колесом квадра, будто под валиком. Машина плывет, не шелохнувшись, по целине, урча и думая о чём-то своём. Алик слился с ней, чувствуя малейшие изменения в скорости и звуке движка. Надо выдержать ту границу сцепления колеса со мхом, когда оно может, отталкиваясь, катиться вперёд, не проворачиваясь на искристом сыром мху.
Были и потери, провалы в болотину, чуть пережмешь газ и ухаешь в цепкую бездну. Ей всё равно кто ты и зачем ты тут. Обнимет и не хочет отпускать. Пришлось потолкаться, выбрались.
Телегу же Саши пришлось гладить по бокам. Удостоился чести:)
Аркадий свободно гать прошел первым, примяв торчащие сучковатые сушины.
Рома, затем Денис с прицепленной телегой, чуток соскочил колесом в самом конце. Подвернул и снова забрался на мосточки. Ас! Гать преодолена и плотно утоплена в болото, теперь ей десяток лет можно смело служить следующий первопроходцам. Может, и будут они здесь не первыми, да разве на Земле можно быть первым? Кто-то, когда-то здесь ступал, покорял, вершил. И верно лишь, что первый ты перед самим собой. Лишь себя того сравниваешь с сейчас…
Ты взял барьер, который слыл мечтой, Ты стал другим за сказочной чертой.
За год гать всосёт в болото, и будет твёрдая дорога на долгие годы. Брёвна в болоте практически не перегнивают, прям, как маринуются. Эх, такие бы дороги, да через все сыринки кинуть. Едь, любуйся по сторонам, красотища и не парься!
Квадры стали собираться на лесистом мыске. Дальше болото было плотнее. Я перебрался к Альберту на Поларис.
До леса и лесом прошли нормально, не считая несколько пропилов валежин. Через полкилометра лихо подрулили к новому препятствию. Как всегда полны сил и задора!
Следующее болото было самым широким из всех встреченных нами. Под нашим берегом топь. С квадров сразу сошли, с вчерашней разведки ясно, что слева потверже. Справа просматривается множество лывин, меж ними еле заметное углубление, по-видимому, ручей. Вряд ли верховой покров ногу человека выдержит, да и квадру будет проблематично проскочить.
Пока Денис осматривает местность, конь загорает на солнышке. До чего ж молодцы – эти квадры:)
Вперёд выдвинулась разведка - Сергей, Аркадий.
Сережа уже преодолел почти половину открытого участка. Ведёт квадр. Аркадий сошёл, за штурвалом Егор.
Объехать вряд ли получится. Края болота уходят сыринами в лес, спускаясь в сторону Пинеги, ручьевинами и оврагами. Кстати, можно разведать на будущее. Ещё в центре болота обнаружена старая тропа, идущая со стороны Торомы в тайгу. Примерно тут - http://wikimapia.org/#lat=64.6147994&lo ... 17&l=1&m=b. Возможно, зимняя лесовозная дорога, возможно, путик миграции лосей, северных оленей. Посмотреть, куда она выходит, времени не хватило. Хотелось очень.
Олег ждет, пока ребята пройдут до середины. Дальше тверже будет.
Самая основная нагрузка на телеги. Саша начинает пробовать от берега, забирая в сторону на плотные кочки.
Облепляем телегу и квадр, потихоньку пошли вперёд.
Болото же живет своей многовековой жизнью, жужжит комарами, мухами, мошками, играет травинками на ветерке и готовит урожай ягод. Ишь морошина проклюнулась.
За полчаса квадры успешно проходят топь. Дальше будет лучше. Во всяком случае по карте Двигать по лесу гораздо приятнее. Хоть знаешь, что под тобой ничего не провалится. Ясно, что линию тянули напрямую без учета возможности движения автотранспорта. Гусеничная техника шла и то нормально. Поэтому линия и проходила подальше от реки Пинеги, минуя резкие перепады высот, и секла лишь те ручьи, которые нужно было далеко огибать. В таких местах обнаруживались остатки переправ, иногда мостов. Редко позволявших себя использовать за ветхостью состояния.
Иногда угор шёл по косой к направлению, приходилось вывешивать квадры,
Денис пробует пройти с телегой. Рома подстараховывает
Либо приходилось делать боковые обходы, выбирая спуск или подъем в лоб.
Встречающиеся болота не вызывали трудности. Скорее чисто познавательный интерес. Один ГАМАКС Аркадия разувается, не беда, подкачка электронасосом. Резина встает на место.
Сбор на краю. Перекур.
Проблемы у Сергея с квадром? Осматривают с внедрением последних научных достижений. Правило рычага действует
Нормально. Жить будет. Ставят на место.
Накрапывает мелкий дождь. Трогаем дальше.
Местами стали попадаться упавшие столбы линии, много проволоки. Где можем, подпираем рогатулями, где прижимаем к земле валежинами. Саня наматывается обрывок на колесо. Во время замечает, освобождает квадр от капкана.
Хотелось бы, чтобы работы по демонтажу линии были проведены. Крупный зверь вполне может пораниться, погибнуть. Местами в молодой поросли кустарника, березы, осинника проволоку практически не видно. Получается серьезная ловушка. Да и сам металл может послужить людям. Кое-где даже встречается алюминиевое покрытие, блестит серебром, как новое.
16.00 Вышло солнце. Достигли глубокой лощины. На угоре с нашей стороны разобранная избушка. Видно, что часть сруба сняли и увезли.
Внутри остатки печки-бочки
Внизу чистейший ручей.
Появляются мысли, что вполне может быть хариус и елец.
Спуститься можно в обход по лесу с правой стороны. Прочищаем дорогу, делаем спуск. Наводим мост.
Немного чувствуется усталость. Хорошо, что наша команда всегда славилась силачами, коли чего подмогут:)))
Я свой мостик нашла:))))) Девушки у нас Супер и совсем не унывают!
Ручей пройден. На левом берегу приходится забирать сразу в гору правее и потом спрыгивать под прямым углом на просеку.
17.00 Линия условна проезжая. Больше и больше упавших деревьев. Появляется предчувствие близкого ветроповала.
Линия резко повернула от Вихтово вправо и пошла вдоль берега Пинеги. По джипиесу видно, что дальше по касатательной приближается метров на триста к дороге, которая идет от Вихтово на Чикинскую.
Есть желание дойти до минимального расстояния между этими прямыми и потом провести радиалку. При наличии дороги перескочить на неё.
18.00 останавливаемся.
При том на разных буграх с основной группой в пределах видимости. Между нами глубокая ложбина. Видеть видим друг друга. Причину остановки не можем передать. В итоге идем на разведку к Пинеге. Лес весь завален исполинскими деревьям. Ветровал тут уже начинается. Некоторые участки приходится обходить вокруг. Триста метров превращается в настоящий километр сплошных завалов, каньонов, ручьевин, болотин.
Выходим на берег. Неширокая полоска берега, заросшая травой, Пинега под нами. Спускаться ниже не хочется, хоть не высоко да и небольшой вполне проходимый для техники уклон, чувствуется, что там болотина. Да и тут трава выше пояса с ямами, кочками, заброшенными половодьем топляками. Квадром пройти с трудом, намучаешься. Комары поднимаются тучей. Видать, растревожили братцев.
Возвращаемся обратно. Метрах в двадцати от берега замечаем чуть проглядывающую дорогу. Сомневаемся, может она, может нет. Проверять нет смысла поперек, через несколько шагов, лежат друг за другом сплошные стволы поверженных деревьев. Некоторые толщиной в обхват.
Вековой лес. Жаль, что малые участки его выстояли перед напором бегущего времени.
Оказалось, ребята, тоже делали радиалку к реке. Итоги разведки не утешительны. Смысла прорубаться к берегу нет. Появляются проблемы с одной из телег.
Решаем идти вперед по «Линии связи». Альберт остается ждать наших, мы Сергей, Аркадий, Егор и я двигаемся дальше.
Упираемся в ручей. Спуск никакой. Лишь чуть вправо меж огромных елей узкий проход, метров через пять поворот влево под девяносто и дальше. Спуститься, удерживая квадры веревкой за зад, можно. Подняться затруднительно. Про телеги отдельная песня.
В ручье решаем построить мост. Сергей предлагает по три лаги на колесо, и связка их веревкой. Верёвки нет. Отрезает кусок от своего троса. Идея нравится сразу. Наши подойдут и сходу пересекут ручей.
Подтягивается основная колонна. Кто помогает наводить мост, кто пошёл просматривать подъём на противоположный крутой угор. Высотка метров тридцать будет. Узнаём о плачевной участи телеги.
Мост готов. Первыми спускаем квадр Сергея. Верёвка на подстраховке.
Аркадий идёт без страховки, замедляется с поворотом, пропуская только миг. Правое колесо закусывает. Руль не слушается. Машина резко подпрыгивает. Правые колеса отрываются от земли. Ещё мгновение и квадр кубарем полетит под откос. Чудом удерживается.
Сдаём чуть назад. Придерживаем на спуске. Нормально.
Ребята проходят через наведённую переправу, поднимаются меж деревьев, закладывая кривую по левую руку с выходом на «Линию связи».
Помогаю ребятам спустить живую телегу с угора. Разгружаем у моста. Затем её обратно должны затянуть вверх, чтобы эвакуировать лежащие где-то далеко сзади остатки второй и её груз.
Сам поднимаюсь к Аркадию и Сергею на угор. Выхожу на «Линию». Она, как стрела пущенная на юг, идёт далеко, далеко, почти к горизонту. Серия бесконечных покрытых лесом бугров, как океанские волны сопровождают её. Может это линия жизни… Ребята метелятся в первом распадке. Спускаюсь к ним. Пила работает, не переставая, чурбаны от валежин летят в разные стороны. Только вперёд. Джипиэс показывает, мы упрямо начинаем уходить от реки. Вечер плавно перетекает в поздний.
Поднимаемся на очередной бугор. Ломим вперёд. Теперь пропиливаться приходится меньше. Валёжины лежат максимум по три – четыре, одна на другой.
Ручьевины в распадках проходимы. Километра через полтора остановились. Глубокий ручей. Берега обрывистые. Остатки моста радуют. Одно колесо выдержит. Под второе закладываем чурбачки, напиленные кем-то на бугре. Убираем проросшие на мосту осинки с руку.
Небольшой подъём. Через полста метров новый ручей. От моста лишь воспоминания от разбросанных, поросших темно-зеленым мхом и вмытых в берега брёвен.
Нахожу слева расширение ручья с пологими берегами. Долина в кочках, сплошные провалы меж них. Иногда бродня не хватает. Вывороченные корни. Пытаемся найти более, менее подходящий путик. Под лапами елей становится серо, воздух пропитывается надвигающейся Белой ночью. Примеряемся к путику. Получается, что спускаешься прямо, проходишь каверзную низину и почти поворот под прямым углом на месте с запрыгиванием на метровую ступеньку противоположного берега. Ошибка равнозначна потере квадра. Сергей говорит: «Попробую!»
Тупо смотрим. Усталость уже не даёт нормально соображать. Кидаем дополнительно пару валежин в провалы меж кочек.
- Пробуй.
Квадр взвывает на берегу, с ходу прыгает в нагромождение кочек, вывороченных корней, и кривых валежин, в точке поворота неведомой силой отбрасывается назад, развернувшись в лоб к подъёму, взлетает, чуть не напоровшись на торчащую сушину, на «вражий» берег.
Восторга нет. Просто выдыхаем: «Молодец!»
За ним прицеливается Аркадий на ГАМАКСе.
Сергей пробился на просеку, слышу, что-то кричит.
За воем квадра плохо понятно. По намятой колее, Аркаша в натяжку пролезает стрёмные места. Выбрался. Идём к Сергею.
Он стоит на пересечении двух дорог. Одна наша, на юг в Карпогоры. Вторая от Пинеги на восток и более наезженная. По ней идёт намятая тропка. Как специально у Аркадия на Джипиэсе пропадает карта. Совершенно не ясно, где находимся. Мой лист топокарты закончился, следующий кусок в наборе отсутствует. Похоже, я лопухнулся, посчитав, что этот район не важен, посмотрел в инете, что дорога отлично прорисована, никуда не денемся. Пройдем по джипиэкам с ориентиром вдоль реки.
Постояв на перекрестке, идём на разведку. Сергей направо к Пинеге, я налево в тайгу. Дорога может быть объездом, какого-то участка «Линии связи». Мне выделяют единственный полурабочий джипиэс. Хоть трек пропишется, по нему определим направление дороги.
Иду, можно сказать уверенно, если иду. Моя походка больше похожа на человека, пытающегося устоять, при этом чаще перебирающего ногами в направлении вперёд, чем в стороны. Надо идти. Нужна ясность на сегодня, на завтра, на всегда… Да и просека явно пошла от реки. Точнее река уходит излучиной от нас в юго-западном направлении.
Вначале дорога отличная широкая, видны следы гусеничного транспорта. Метров через триста появляется поросль меж колей. Дорога начинает вилять зигзагами, становится труднее удерживать направление. Одно ясно, что для её прокладки выбирался участок меж болотиной слева и уходящим вверх каскадами бугром справа.
Через полкилометра набитая тропа с чьим-то то и дело попадающимся весенним следом от резиновых сапог идёт уже рядом с дорогой. Толщина поросли меж колей местами толще руки. Местами след чистый, будто вчера ездили. Через километр по джипиэсу вижу, что путь явно под прямым углом уходит в тайгу. Возможно старые лесоразработки, возможно путь в неизвестную заброшенную зону либо ещё один выход от Пинеги на легендарную Тайболу в Мезень. Возвращаюсь обратно.
Подъезжает Олег. Говорит, что наши встали на бугре сразу после ручья, километра полтора отсюда.
Что надо возвращаться за оставленной телегой с грузом. Две Ямахи для этого не спускали в каньон и оставили на той стороне. Уходит пешим в основной лагерь, оставив квадр.
Серёга возвращается со стороны Пинеги. Если пробиться через двухсотметровую топь, то можно выйти на реку и попробовать вдоль берега. Уговаривает Аркадия рискнуть разведкой в ту степь. В итоге, найдя где-то силы, уезжают в ночь на Гамаксе.
Мы с Егором остаёмся на перекрёстке. Обещаю провести радиалку прямо по линии связи. Тыкаюсь чуть в тайгу. Развожу небольшой костерок под елью, сушу портянки. Кругом низинка с густым ельником под небо. Высокие предболотные кочки, валежины, сверху крыша из колючих веток-лап. Надвигается белая ночь. Егор рядом со мной. Помогает принести дрова. Тепло, уютно. Надо перекурить. Потом решить, что делать. То ли разведку вперёд, то ли к реке. Сил пока нет. Даже голод куда-то отступил. Продукты, палатка, спальник, всё в лагере. Тишина. Ночь вступила в свои права. Мерно потрескивают еловые лапы. Похоже, здесь мой дом.
Похолодало, туманит. Мошка и комаром прячутся за спину. Шикарно. В костре разгораются первые угольки. Так бы и жил тут под ёлкой в дремучей тайге. Прислоняюсь спиной к шершавому стволу ели. На душе полное умиротворение. Минуты тянутся в часы. Я здесь дома. Сутки на исходе.
Наступили новые сутки. Мир закрыл, упаковав на веки, ещё одну страницу своего существования, освобождая место чистому листу. Ничего, идеальная белизна, ни единой буквы. Перо дрогнуло, прикоснулось к бумаге. Побежала первая чёрточка…
…Где-то затарахтел движок, звук медленно, то всплывая, то затихая, приближался. Замолк, фыркнул и поплыл к нам. Сижу у костра. Надо встречать гостей. Кто-то едёт. Показался синий квадр. До меня доходит, что ни на какую разведку я так и не ушел. Так и проторчал в улёте у костра. Спасибке Егору за компашку зашхерившихся таёжников. Махаем ребятам. Замечают. Тормозят.
- Как оно?
Монолог длинный. Кратко: втюхались по полной в ручей у Пинеги. Как всегда, не унывая, выбрались. И теперь тут среди нас.
Ставят палатки, вынимают вещи. У Сереги находится миниатюрный примус и котелок на одну чашку. «Урры, мы спасены!» Кипяток обеспечен, коли газа хватит.
Сижу, балдею, то подставляя под огонь ладошки, то коленки. Серёга присаживается слева к костру. Тыкает пальцем то ли малюсенький телефизор, то ли мобилку, то ли джипиэз, то ли ещё какую новационную хреновинку. Смотрю с интересом. Что он там выудит? - Сейчас тебе вещь поставлю. По-моему в тему.
С первыми аккордами улетаю. И, похоже, уже парю где-то там в небытие. Всё классно, точно, до острия иглы пронзительно. Мураши бегут волнами, волосы тихо перекатываются ласковыми волнами на моем челе.
Блаженная улыбка, наверное, со стороны, я больше на больного смахиваю, чем на здоровую личность.
Слушал раз, два, три. Не мог остановиться. Это будто бой, жизнь, движение без конца.
«…Жаль, подмога не пришла, подкрепление не прислали, нас осталось только два...»
Два квадра. Два экипажа. Жратвы нет, всё п… ... что ж обычные дела нас с тобою нае…»
Сколь близки переживания ого автора, тех давних времен и нашего народа.
Может так оно есть, в какой-то момент полёта обязательно оказываешь в пике, в штопоре. И выхода нет. Просто нет. И всё по барабану. Бросаешь штурвал. Тебе уже на всё наплевать. Пусть будет так, как оно катится, и пусть все катятся куда хотят. Конец.
Именно в такой момент вдруг улыбка посещает уста, блаженное состояние приходит, и будто Бог вселяется в тебя, будто ты черпаешь силы из неоткуда, и слезы крупные, жгучие режут глаза. Нет их не видно, они внутри. Душа открывается. Исповедь. Тишина. Расслабление и полнота сил.
Будем жить славяне.
Всё ясно, все в точку, все понятно.
Завтра будет утро, и значит, будет поход. До конца.
Не знаю, почему черпаю силы в прошлом, может потому, что мои родители всё это прошли, может мы все дети, внуки того времени, может потому что у моего поколения любимой игрой была война, героями - солдаты России, в сарайках, на чердаках, в подвалах точилось, вырезалось, шлифовалось оружие, и мы громили, побеждали, наступали и умирали за свой край, страну, близких и родных. Не знаю, то время, похоже, всегда будет со мной
Сережа уходит к ручью, слышится урчание квадра. Кого-то ещё несет в эту крайнюю ночь. Затих у ручья. Снова заурчал. Потяжно завыл. Проходит низинку с напрыгом.
Меж ельника, как приведение, является Олег.
- Вот, - привез продуктов, подает мне Ромину куртку на ночь. Жить будем.
- Устал, качает, попросил Серегу квадр догнать досюда, - присаживается у костра. Сегодня мы, как зомби:))). Идём уже, не зная как.
Квадр затих за кустами, Сережа, ставит палатку, о чём-то переговариваются с Олегом. Начинаем ставить дивные вещи. Музыка плывет над тайгой, успокаивает, наполняет, вселяет. Хорошо.
Встаю: «Ладно, ребята, я в лагерь. У меня там всё осталось. Надо перед затрем отоспаться».
«Линия связи» шуршит под ногами. Всего полтора км напрямую, сколько их тут сопок, проваливаюсь вниз, влезаю вверх, шаг, сверяю с сердцем. Бодренько дойти, значит шагать под дыхалку и в удовольствие. Белая ночь парит надо мной. Крылья белы, белы и чуть нежно голубы, звёзд ещё не видать, рано им разбухать, разгораться на небосклоне. Зато ель и березы до чего зелены. Мох мягко принимает стопу и подпружиниват, будто выкидывает наверх. Помогает побыстрее добраться до наших.
Вон через бугор мелькнул костерок. Чего-то варится. Ребята стоят вокруг телеги. Нямкают. Само время подоспел на помощь.
Перекидываюсь с ребятами ничем ни примечательными фразами. У них уже план на завтра. У меня в голове ступор. Ем, что есть. Чаю кружку, ставлю дом, в палатку и валюсь в спальник. Сплю, нет вру. Не сплю, просто плыву в ночи. Тело нежится, покалывая до немоты, вибрирует, гудит остатками напряжения. В ушах мелодия. В голове, что-то говор…
Воспоминания Катерины о 29 июня 2010 года. Выдержки из письма: «…Саша, ты помнишь детали той ночи на просеке после ручья? Напиши о нервах, в эту ночь они уже были на пределе. После переправы денисиной телеги, её разгрузили на другом берегу ручья, Саша и Денис поехали за сломанной телегой. Саша Нейский спустил мой квадрик к ручью, а я поднимала его сама в эту горку, лавируя между деревьями, когда уже почти не было видно тропу из-за сумерек, я не заметила яму и опрокинулась на квадре, у меня руки уже не держали руль,сил не было вообще. А мы с Наташей думали о том, что все хотят есть, значит ещё надо что-то приготовить. ВЫ рванули вперёд, а мы остались ждать Сашу и Дениса, пытались поставить палатки, накрыть на стол. Тут пришел Олег, пешком!!! я была в шоке, он сказал, что ехать уже не может. Я собрала пакет с едой, но забыла (что потом и рассердило тебя) положить чай и сахар, потому что думала, что у вас нет котелка. Дали ему Гамакс мой, чтоб отвез вам еду. Приехали Денис с Сашей, стали ставить палатки, у всех бурлило все внутри, обсуждали, куда и как нам дальше идти, никто ничего не понимал, начались проблемы в техникой... за полтора часа в четвером или пятером мы выпили … настойки, только для того, чтобы снять стресс, согрели чай, чего-то пожевали. Рома и Наташа повалились спать под наш разговор в свои палатки поставленные прямо у костра. А утром, после классной каши с кусочком персика, когда стали паковать вещи, оказалось, что у Наташи пропал нож, подаренный любимым человеком. Мы сильно расстроились, у Наташи побежали слёзинки по щекам, мужики аж все испугались и не знали что делать:))))). А я поила её корвалолом, который оказывается ей нельзя, ей от него плохо... когда я это узнала, стало плохо мне! потом я тупо искала нож, перебирая вещи по второму кругу, по третьему... и нашла его! знала, что найду ! верила! Некоторые вещи уже к нам возвращались, пропадая…Верные и любимые всегда возвращаются»
Что-то не особой популярностью пользуются отчеты о России... А у Вас получилось очень интересное путешествие, с этнографической составляющей! Вообще в Архангельской области поразило то, что сохранилось очень много деревянных церквей в хорошем состоянии... Но и "запущенных" поселков очень много. Хорошо, что много, где ещё лес есть, а то думали, что лес только вдоль дорог есть - а дальше весь вырублен. Т.к. лесовозов по дороге *уеву тучу видели.
-=Thunderbird=- писал(а):Что-то не особой популярностью пользуются отчеты о России... А у Вас получилось очень интересное путешествие, с этнографической составляющей! Вообще в Архангельской области поразило то, что сохранилось очень много деревянных церквей в хорошем состоянии... Но и "запущенных" поселков очень много. Хорошо, что много, где ещё лес есть, а то думали, что лес только вдоль дорог есть - а дальше весь вырублен. Т.к. лесовозов по дороге *уеву тучу видели.
Да, сейчас север сильно меняется. Сохранить его историю одна из задач, стоящая перед нами.
По тайге: В настояшее время вырубается 10 процентов расчетной лесосеки (от того, что можно). Лес перестаивается и идет усыхание.
SSP писал(а):Хорошее путешествие. Жаль только на деревни смотреть. Умирает Север (на юге тоже не очень хорошо)
Если уехать далеко от Архангельска то такое впечатление может сложится. Если же быть в столице Севера, то здесь идет широкое строительство. Хотя производства мизер.
... .........................................................................Будем жить друзья!
... Линия связи - Вальтево – Линия связи (30 июня 2010)
...
... Утро Утро. Солнце. Пора вставать. Улыбки друзей-товарищей. Всё фигня. Мы уже прорвались. Дальше мелочи. Рассказывают о телегах, перевертыше, каньоне. Всё кипит. Знать, живём.
Катина каша, шедевр душевного солнышка. От неё становится так тепло и мило.
Ребята собираются за телегами.
Я ж, запихав вещи к Алику на квадр, топаю к лагерю разведки со снабжением. Разными вкусностями и сладостями. На дворе северное лето.
В лагере тишина. Дремлют. Ладно, скидываю подарки. Иду вперёд на разведку по «Линии». Ни одного завала. Чистый драйв. Через полкилометра замечаю поворот. Пока не понятно в какую сторону. Неужели туда, куда нам надо!
Подхожу ближе: «Кайф!» Просека резко разворачивается к реке Пинеге. Значит, она идёт в деревни. Там впереди должен быть большой куст Чикинская, Подрадье, Михеево, Вальтево, Березник, и дальше на Ежугу.
Возвращаюсь радостный на стоянку разведки. Можно у костра посушиться, пока ребята поднимаются.
Встают, будто не спали.
Оказалось, они вчера ночью ещё одну попытку проехать по берегу предприняли. Хотели по мелям проскочить на остров. Квадр зарылся, так, что вернулись на стоянку только к шести утра.
Фото: Купание в реке Пинеге.
В итоге все же завтракают, собираются, я ж иду вперёд по Линии Связи. Прямее её дороги нет. После «счастливого» поворота к реке, примерно через километр начинаются первые ветровалы. Радует, что до нас кто-то их пробивал. Мы, как раз проходим по ширине пропила. И всё же приходится остановиться. Свежие валёжины этого лета перекрыли путь. Вскоре подъезжают Сергей и Аркадий с Егором. Десяток минут и завал пройден.
Пока ребята раскидываю чурбаны, мы с Егором берём пилу и идём вперёд. Валежин нет, в основном пропилы. Просека уходит с косогоров и попадает на равнину. Начинается кочкарник. Больше и больше воды. Появляются глубокие, плохо заросшие колеи от гусеничного транспорта. Кое-где уже бредём по зыбкой почве, иногда оступаясь по колено в ямины с тухлой водой и чмокающей жижей. Рай для комаров и мошки.
На заболоченном участке поднялся густой березнячок, местами джунглями переплелись кусты молодых побегов ивы. Прикидываем, что с ходу можно пройти, в кочкарнике же будет труднее. На край, где с пня соскочить, коли повиснут на брюхе, квадры смогут подтянуться лебёдкой. Неумело пробую пилить поваленную елку. Зажимает цепь. Блин, вот досада. Егора прошу дергать пилу по команде. Сам же, представив себя Гераклиусом, ухватываюсь за конец ели. Не верится, что её можно пошевелить. И, ух, взяли! Странно, поднял, или нет, Егор умудряется, каким-то чудом вырвать пилу из цепких объятий валёжины... Допиливаю проказницу.
Метров через триста снова начинаются холмы и сразу первый ручей.
В густом кустарнике остатки моста с серьезными провалами. Прикинули, сделаем.
Заработала пила. Весь ивняк, что мешает проезду, валим поперёк на мост. Минут через двадцать широкая просека и ровный устланный гатью мост.
Подъезжает Аркадий. Говорит, что где-то отстал Сергей. Я ко бы пошёл в обход заболоченного участка. Ладно, сзади основная колонна движется. Может, выскочит к тому времени на просеку.
Решаем пока идти вперёд. Если, что вернёмся при подходе основных сил на помощь Сергею. Очень сомневаюсь, что она ему понадобится.
Минут через пятнадцать втыкаемся в мощный ручей. Вначале крутой заросший спуск, потом обрывистый берег с остатками моста. К сожалению, совершенно прогнившего, пролёт метра четыре получается, дальше подъём.
Пока прикидываем, что до как, подходят основные силы. Узнаю, что Сергея ещё нет. Ладно, мосты наведем, потом, коли не приедет, отправимся на помощь.
Ребята с утра с основного лагеря сгоняли за оставленной телегой, смогли её подремонтировать подручными средствами. Поставили стяжки из проволоки. И в начале двенадцатого уже были в лагере.
Привезли Наташе амулет. Чтобы в пути помогал. Настроение наладилось. Солнышко вышло.
Свернули лагерь.
Загрузились.
До свиданья, «Стояночка». Сколько здесь пронеслось.
- Алик, Алик! Она же с колесами и прыгать любит. Надо ж её с горочки почуть, чуть. И всё равно подпрыгнула и в кусты ушла. Такие они телеги – привереды:)
Ё-п-р-с-т - эти завалы!
Сейчас тележку обратно вернем. Кувалдометром пару раз по станине для крепости и за безобразия в далёкой тайге. И всё будет, ок-кеё!
- Во! Зраза! Тяжёлая! - Давай. Давай! Задом к нам. То норовит в другую сторону горки укатится.
- Цепляйся, тебе говорю. Да не тебе, ей. И чего тут не понятного железяка така-растака! И слышится по лесу гомон и ворчание, цокание и улюлюкание, крякание и уфание. И так целый день.
Каскадеры, каскадеры, ведь дорога главное у нас:))))) - Вы чё думали, разведку легко догнать будет:) Я ж этот бугор первым пешим взял. Когда шёл, он мне очень ровным показался ;)
- Алик жги, то телегу еле держууууУ! У- упёрся!
Саша уже по накатанной зашаривает!
Без телеги то, любой сможет. Денис на подъёме. Саня на подстраховке.
У ручья все встретились. Заработали бензы. Замостился мост. Аркадий за работой. Наталье приустала. Какой уж день в пути. Лес. Да лес кругом. Без привычки, тяжело оно так без большого пространства, воды и воздуха. Да ещё жарища с духотищей. Тайланд. Однако.
Рома с этой стороны подкидывает бревнышки для переработки. Мостоотряд отдыхает.
Коли такие девчата
И ребята с нами
Катюша прицеливает машину
Олег, за ним Альберт заходит на мост
Выверять оба края надо. Чуть в сторону, потом хлопот не оберёшься. Высота метра два внизу. Брёвна. Вода, камни.
С телегой потруднее будет. Да и Поларис пошире Гамакса.
От, незадача, на выезде пень под правое колесо. Квадр приподнимется одной стороной, телега изменит направление движения. Опасность. Внимание!
Чуть газку. Он, она, як взбрыкнулась!
Саша на Ямахе, 700-ке. Та поуже, помощнее. Газульку надо чуток прижимать, то конь сноровитый вмиг из-под хозяина выпрыгнет. Телега ж на месте останется с оборванным копылом.
Квадр за квадром, колонной
За глубоким ручьем следующий. Хоть и широк, да не глубок. Пока мы мост мострячили, ребята здесь потрудились. Срыли съезд.
И подъём в сторону на левый берег расчистили. Небольшой слаон получился.
Денис пробует спуск
С моей помощью всегда лучше
И на левый брег заскок. Щёки надувает тёплым воздухом, чтоб легче быть
Катерина шурует через ручей, як орешки щёлкает! На боись, и не такое проходили
.
и поплыл по Шукше по направлению к реке Пинеге. С той стороны дул страшенный ветер (мне это как-то сразу не понравилось). Лодку постоянно сносило назад, ничего не клевало. Один раз только ошалелый окунь всплыл посмотреть, кто это там пытается выловить его на заморские, приобретенные по сходной цене у Рыбинских продавцов непонятные воблёры. Плюнул в сердцах на затею поймать что-либо в этой, непонятной речке. Причалил к берегу, оседлал своего боевого ОРЛИКА ГАМАКСА (машинка все таки отличная для своего класса, что бы там не говорили завистники. Катерина и 14-летний Егорка легко с ней управлялись) и "рванул" на 3-х Колесах к Пинеге. Одно было, как помнишь, спущено.
. 
Пришлось не солоно хлебавши, возвращаться к гамаксику. Полюбил его сильно уже. Теперь так и кличу 
: "НъПОНЯЛ" это я так сказал. 
. Переживал лишь за ребят, что приедут, расстроятся, что паромщика нет, будут кричать, искать, терять драгоценное время - такой роскоши позволить себе не мог. 
. Но! 
