Отзывы и рассказы туристов об Индонезии: впечатления, фото и комментарии. Отдых на Бали, Яве, Ломбоке, Суматре, Сулавеси, Калимантане, Флоресе и других островах. Опыт путешественников, маршруты, советы и полезная информация.
На обед капитан и Фарджи решили свозить нас на близлежащий населенный остров, в деревню Тарупа. Но прежде я хотела бы познакомить вас с информацией о возникновении поселений и административном устройстве Така Бонерате.
Когда мы уезжали из нацпарка, Сергею, проявляющему живой интерес ко всему происходящему на архипелаге, служащие вручили увесистую стопку брошюр и книг. Сергей у нас - знаток бахасы, переводил для нас и выуживал полезную информацию. Собственноручно перевел отрывок из книги «Pengelolaan Akses Perikanan Bersama Masyarakat di Taman Nasional Taka Bonerate», 2018. («Управление рыбным хозяйством совместно с общиной в национальном парке Така Бонерате»), который привожу ниже (правда, каюсь, слегка усекла текст, оставив наиболее важное для понимания процесса возникновения и развития островной жизни).
Островная группа Така Бонерате состоит из 18 островов, 5 песчаных отмелей и 30 коралловых отмелей. Все острова – кораллового происхождения и поднимаются над уровнем моря не более чем на 2 метра. 7 островов обитаемы: Tarupa Besar, Rajuni Kecil, Rajuni Besar, Latondu Besar, Jinato, Pasitallu Tengah, Pasitallu Timur.
Изначально лишь один из островов архипелага – Большой Раджуни – был населен. Остальные поселения возникли сравнительно недавно. К 1995 г. образовались три деревни – на островах Джинато, Тарупа и Латонду, а в 1998 г. возникло поселение на острове Тамбуна. Особое поселение на островах Паситаллу образовалось лишь в 2012 г.
о. Джинато первыми заселили представители этнической группы бугис (suku Bugis), затем сюда прибыли коренные жители Селаяра. Все остальные деревни основаны «морскими цыганами» кочующей народности баджо/баджао (suku Bajau).
Центр управления рыбным промыслом Така Бонерате расположен на островах Раджуни и Латонду. Раджуни всегда был центром всех видов деятельности в Така Бонерате. Считается, что остров назван в честь первого поселенца из «морского племени» (Ту Риже'не), у которого был титул «Раджане». Племена баджо, ведущие кочевой образ жизни, проживали на лодках. Лодки заменяли им полноценный дом, острова же морские цыгане посещали лишь для того, чтобы похоронить своих мертвецов и дать детям возможность поиграть на пляжах.
Регион начал активно развиваться с начале XIX века, когда представители племен бугис стали приезжать на острова Така Бонерате, чтобы купить морепродукты и рыбу. Именно торговля стала ключевым звеном в развитии региона.
Из рассказов старожилов известно, что остров Латонду сформировался относительно недавно. Ранее он представлял собой периодически затопляемую песчаную отмель, на которой поселились рыбаки. Среди первых поселенцев был человек из народа бутон по имени Муха, впоследствии ставший главой деревни на этом острове. Селившиеся на острове люди стали засаживать его кокосовыми пальмами, что способствовало формированию рельнфа острова. Тогда же они и дали имя острову – Латонду. На языке бутон слово «тонду» означает «появляться», «возникать», в то время как «ла» - обращение к человеку племени Бутон. Изначально деревня на о.Латонду административно управлялась с Селаяра и была частью деревни Раджуни, однако, впоследствии отделилась и в настоящее время является самостоятельным административным поселением. Тем не менее, связи между двумя этими деревнями очень крепки ввиду тесных родственных и торговых отношений.
Основным источником дохода населения Така Бонерате всегда являлся рыбный промысел с использованием традиционных методов рыбной ловли и традиционных плавательных средств. Вплоть до пятидесятых годов ХХ века социальная, экономическая и политическая жизнь общины Таке Бонерате, состоявшей преимущественно из цыган баджо, была четко регламентирована рамками традиционной организации, известной как «Панглима Ментенг», глава которой был уроженцем о.Раджуни. Острова архипелага вплоть до 1960-х годов жестко контролировали и регламентировали связи с внешним миром, и не каждый желающий мог получить разрешение попасть сюда.
Жители островов исповедуют ислам, однако (как в случае с баджо) здесь очень сильны анимистические верования. В каждой деревне этого региона есть жители, знающие о нахождении коралловых атоллов, где обитают «тонкие существа» или же духи-хранители, которым рыбаки должны молиться и просить их разрешения, чтобы попасть на их территорию.
Рыбный промысел, являющийся основным доходом местного населения, всегда находился под контролем старшин, регулировавших, какую именно рыбу/морепродукты можно вылавливать, время ловли, методы, места промысла и пр. детали.
Весь улов морской глава/старшина рыболовной группы передавал «главе аристократии» - вождю коренного племени баджо. Глава племени распределял улов среди местных торговцев, а они, в свою очередь, торговали им за пределами Така Бонерате, например, в Булукумба, Бантаенг и пр. Торговля основывалось на соглашении между морским старшиной, главой аристократии и главами деревень. Высшей выборной должностью считался «Панглима Ментенг» («Командир Ментенг»), которую по значимости можно приравнять к должности президента страны в нынешних условиях.
Со временем контроль рыболовного промысла через Панглима Ментенг перестал применяться. Толчком к таким переменам стал приток рыбаков из вне общины Така Бонерате и увеличение экономических потребностей. Нет больше ни глав, ни старшин Панлима Ментенг. Остались лишь традиции и вера рыбаков в существование священных мест в море, а также древние артефакты, наделяемые сверхъестественными качествами. Определенные места до сих пор считаются сакральными и закрытыми для общего посещения. Сезонное открытие и закрытие Така Бонерате также упразднено.
Администрация, управляющая Така Бонерате, в настоящее время находится в офисе Национального парка, на о.Тинабо Бесар. Управление осуществляется с помощью системы зонирования (основные зоны, морские защитные зоны, специальные зоны и зоны использования). Зоны использования, в свою очередь, подразделяются на зоны использования местным сообществом, зоны использования населением соседних островов, туристические зоны и общие зоны.
Последний раз редактировалось LARA_SH 28 июл 2020, 17:20, всего редактировалось 3 раз(а).
Зоны использования, в свою очередь, подразделяются на зоны использования местным сообществом, зоны использования населением соседних островов, туристические зоны и общие зоны.
Это значит, что туристам можно только в туристические и общие зоны, тогда как местные взрывают кораллы своей браконьерской ловлей в заповедных зонах?
Дмитрий, Татьяна, а вам - спасибо за поощрительную пилюлю. Она мне еще и ускорение придаст!
RSfun писал(а) 28 июл 2020, 10:10:Это значит, что туристам можно только в туристические и общие зоны, тогда как местные взрывают кораллы своей браконьерской ловлей в заповедных зонах?
Увы, туристам можно только туда, куда можно. А местным – можно везде на том простом основании, что они коренные жители этих мест и в этих самых местах могут делать все, что им заблагорассудится. И рейнджеры их просто пожурят, если прихватят на недозволенном (что маловероятно на таких необъятных морских просторах). Они тут все родственники и друзья родственников. В таких регионах родственные связи слишком тесны и решают почти все. А море давно поделено на участки между деревнями и многочисленными семьями.
Пока с катера выгружали судки с обедом, приготовленным для нас работниками кухни, был устроен парад девушек с веслом (весло деревянное, почетное, переходящее из рук в руки, штучное изделие – на всех заезжих теток весел не напасешься)
Артем, ошалев от всеобщего внимания, решил укрыться под лавкой
Прямо на причале мы наскоро пообедали (рис и жареные рыбьи головы – ммм !!!). Как-то неловко было это делать в окружении глазевших на нас ребятишек, но уж очень проголодались, плавая на рифе, тут и рыбьи головы прокатили.
Шли, понятное дело, сопровождаемые гурьбой местных ребятишек
Первое, что бросается в глаза и шибает в нос – сушилки с рыбой
Такую мелочь можно выловить лишь с помощью самых мелкоячеистых сетей. Вылавливают, по-видимому, все подряд, тотально. И как-то сомнения берут, что местное население соблюдает то самое зонирование, о котором я писала выше. Территории огромные, тут никаких рейнджеров не хватит.
Дворы разной степени достатка, от простеньких деревянных домов типично селаярской архитектуры
до монументально-зажиточных, каменных, с колоннадами
Улочки мощеные, чисто подметены
Самые простые, дощатые, хибарки - у семей морских цыган
Фарджи купил для нас местную вкусняшку - разваренный в клейстер рис, сформованный в порции и обвалянный в кокосовой стружке. Поливается кисло-сладким соевым соусом. На вкус - как рис с приправами. Рис - он и на Тарупе рис
Детей в деревне много
Артема рассматривали во все глаза. Вряд ли раньше в деревне появлялся хоть один такой белокожий и белобрысый ребенок
Мужик выкатил тележку, стал предлагать мороженое
Продавца мороженого сразу окружила местная ребятня, торговля шла бойко
Последний раз редактировалось LARA_SH 29 июл 2020, 11:12, всего редактировалось 1 раз.
Обертки от мороженого летели прямо на землю. Фарджи с серьезным видом начал вещать местным тетенькам, что делать так нельзя, что мусор нужно собирать. Слушали серьезно, кивали, соглашаясь
На вопрос о том, куда девают мусор, ответили незатейливо: «Выносим в лес» и махнули рукой в его направлении. К «лесу» вывела улица, по которой мы шли. Оказалось, что это посадка кокосовых пальм на краю острова
Чисто, похоже, прибираются в этом лесу.
Посреди острова – школа,
рядом со школой - не маленький такой рынок. Торговля идет не слишком бойко, продавцы коротают время за игрой в карты
Это не перекос баланса цвета на фото – просто синий тент натянут между постройками
Из переулка вышла женщина с тазиком манго, стала нас угощать. Сказала, что на Тинабо работают ее дети, поэтому мы ей теперь тоже как родственники. Манго замечательные – спелые, истекающие соком. Манго - фишка этого региона, таких вкусных во всей Индонезии не сыскать.
Сделав круг по острову, в окружении детворы мы возвратились к причалу.
Нарушили романтическое уединение деревенской парочки, приведя с собой громкоголосую ораву
Это вам не раджаампатские папуасы с самодельными гитарами, контрабасами и окулелями! Этот район побогаче будет - тут серенады исполняют в сопровождении игры на настоящих инструментах
Заводной деревенский мальчишка так и просился в кадр
Дети, как и во всех морских деревнях, устраивают игрища с прыжками в воду
Девочка в платке, похоже, из семьи, где неукоснительно соблюдают традиции шариата. Ее подружка, с гораздо более темной кожей, скорее всего, из баджао, которые хоть и исповедуют ислам, но многих его норм не придерживаются. Просто чудесные девчонки на фоне великолепного моря!
Юноши постарше предпочитают морскую прохладу
Колоритной и очень приветливой оказалась деревня Тарупа. Воспоминания о ней для меня окрашены в невероятный, бьющий в глаза бирюзовый цвет моря, синь неба, а еще я помню ладони, липкие от сладкого сока манго, которые мы несли в руках, крепкий запах сушащейся на солнце рыбы, открытые лица и искренние улыбки деревенских жителей
Дайв-инструктор, которому звонили накануне вечером, сказал, что отмели напротив деревни Тарупа тоже имеет смысл осмотреть.
Вначале мы наткнулись на многочисленные колонии морских ежей, выстроившихся в длинные колючие заграждения, меж их игл сновали рыбешки. Это действительно выглядело как колючий забор – узкий, тянущийся по дну, сколько видит глаз, и оттого привлекающий всеобщее внимание
Уровень воды на отмели – метра два-полтора, проплывать над ежами пришлось с большой осторожностью.
Зато за ежовым заграждением встретили нескольких мурен
Песчаные проплешины морского дна чередуются с зарослями травы, участками, оккупированными ежами, островками низкорослых кораллов.
Здесь практически носом можно уткнуться во что-то интересное и детально рассмотреть, а при желании – даже потрогать
Отмель действительно оказалась интересной и снялись с нее мы только после увещеваний Фарджи о том, что близится закат и пора бы уже отправляться на Тинабо.
Новый день в морском парке стал для нас заповедным – не столько в том смысле, что провели мы его в особенном месте, а потому, что с самого раннего утра принялись претворять в жизнь общечеловеческую заповедь «…посади дерево, вырасти сына». Первую часть наказа, связанную с постройкой дома, опустили, ввиду длительности, затратности и громоздкости мероприятия, а вот две последних – честно отработали и в карму себе внесли на законных основаниях.
Фарджи за завтраком объявил, что у нас сегодня насыщенная программа – дожевываем в темпе и дружно идем садить деревья. Глядя на наши кислые лица, объяснил, что это – обязательный пункт показательных выступлений, возражения не принимаются.
Не то, чтобы мы были против идеи почувствовать себя садовниками (уж сколько проросших кокосов прикопано нашими ручками на пляжах ЮВА!), но всем до ужаса хотелось поскорее бултыхнуться в море и дрейфовать вдоль рифа - только так можно было бы забыть о нарастающем кожном зуде. Мы все пребывали в состоянии коллективной почесухи – в отсутствии пресной воды кристаллы морской соли все сильнее раздражали кожу. Выход виделся только один: - все в море. На деле же получилось, всем – в сад!
Лучшее время, чтобы посадить дерево, было двадцать лет назад. Следующее лучшее время — сегодня. Китайская мудрость
Далеко идти не пришлось - сад планировалось разбить вблизи нашего домика, на плодороднейших песчаных почвах, проглядывающих из-под остатков разрушенного фундамента. Когда мы пришли, работники офиса уже копнули кафельную плитку и вырыли в ней аккуратные ямки, по количеству новоиспеченных садоводов, разбитых на пары. Рядом с ямками, в которые предусмотрительно воткнули вешки (чтоб потом не затоптали!), уже стояли мешочки с чахлыми саженцами. Каждой паре – по казуаре. Точнее - по казуарине хвощевидной (cemara laut),
Серега Лисов, хозяйским взглядом окинув всю эту разруху, почесал репу и приступил к посадке.
Лопатки в наличии не было (похоже, что ямки рыли вручную), саженцы прикапывали руками, под неусыпным контролем и руководством работников офиса
Загребали песком вперемешку с битой кафельной плиткой
Торжественную передачу будущих деревьев из рук в руки фиксировали,
Затем рядом с саженцем было велено воткнуть две загодя подготовленных пальмовых ветви, листья которых вручную переплетают, чтобы создать тень и не дать солнцу спалить кустик.
А еще – рядом полагается пристроить вешку с табличкой, на которой садоводы-любители собственноручно пишут свои фамилии
После чего все с гордым видом фотографируются рядом с будущими деревьями
Фарджи и капитан тоже высадили свой кустик и надежно укрыли его от солнца, умело перекрутив пальмовые листья
Процесс отработан до автоматизма: принял, закопал, затенил, приобнял и надпись написал. Весь остров утыкан такими вот чахлыми кустиками казуарин, с покосившимися памятниками тем, кто их заботливо сажал.
Работник нацпарка зачерпнул немного дождевой воды из бочки, пустил канистру по кругу, чтобы все полили песок. Лисовы справились первыми, поэтому, пока все еще потели на укоренении неукореняемого, Оля, с чувством выполненного долга, уже фотографировалась.
Когда все казуарины были торжественно похоронены, сфотографировались на память. Даже местный голосистый котяра, которого Наташа нарекла Дрыщиком, пришел с нами запечатлеться
Сильно надеюсь, что где-то, на острове Тинабо, выжили, принялись и растут высаженные нами казуарины. Казалось бы – ну что тут такого, ну посадили. Но мыслями нет-нет да и возвратишься на остров посреди моря, где остались НАШИ деревья. Возможно, фраза «Посадишь дерево – вырастишь добро» и звучит несколько помпезно, но, когда делаешь что-то хорошее вместе с близкими по духу людьми, прикасаешься к чему-то очень светлому, непременно генерируешь добрые чувства, мысли, посылы и понимаешь, что не зря топчешь песок. Общие дела объединяют – теперь хочется возвратиться, проведать наши деревца.
Ну что, деревья уже растут, теперь - айо на риф?! Нет, сейчас мы едем черепашат выпускать в большую жизнь!
Черепашат достают из контейнера-детинца и перемещают в пластиковое ведро
Но, перед тем, как погрузиться в катер, у нас есть время поиграть с малютками на берегу, попеременно вылавливая их из ведра. Детеныши всем своим видом пытаются показать, как же сильно им нужно в море, сигналя и семафоря ластами, вытягивая шейки в сторону воды и замирая при звуках накатывающейся волны. Ну просто "Сигнальщики-горнисты" в исполнении Большого детского хора!
Служащие офиса нацпарка идут на своей собственной лодке, прихватив ведро с черепашками. Высаживаемся на белоснежном островке Bungingtinabo, больше похожем на песчаную косу
Нам наказано выстроиться вдоль кромки воды и торжественно выдают по черепашонку – каждому в руки! своего собственного детеныша!
После посадки деревьев чувства начали как-то распирать – совместное действо по выпуску подросших черепашек всех веселило и невероятно сплачивало. Эти детеныши и в море будут дружить!
Мы со Светой выпускаем своих одновременно (дружить, дружить!), и они проворно направляются к воде, толкаясь панцирями и наступая друг другу на ласты
Потом кто-то, самый нетерпеливый, вырывается вперед и тут уже не разобрать, где чей
И вот уже, вот уже близится момент свободы
Все, свободный полет! В паре метров от берега черепашат еще можно отследить, но они стремительно уносятся прочь от острова. Выжить вам, малютки!
А вот черепашка Наташи уплывать в самостоятельную взрослую жизнь не торопилась, играя у кромки воды
А Сережкина, так и вовсе, поплавав в сопровождении «родителя», возвратилась назад к пляжу и зачем-то поползла через всю песчаную косу на другой берег острова. Были у нее, видимо, какие-то свои собственные соображения на счет того, откуда нужно пускаться в большое плавание. Она и там уплывать не спешила, позволив Сергею всласть поснимать заплыв «собственного» детеныша.
Хочется верить, что эти малыши выживут – они такие славные, крепенькие и проворные. И пусть упрямая статистика твердит, что уровень выживания черепашат крайне низок, что из 1000 лишь 6 доживают до половозрелого возраста (30 лет) и производят потомство. Выпуская из ладони мокрого, молотящего ластами черепашонка, в статистические данные вовсе даже и не веришь. Прорвемся, ребята! Выживут все!
Очень хороший маркетинговый ход - дать туристу посадить дерево! Потом его захочется проведать, а может и не однажды! )))
Вот! Я на этом фото разглядела - таки Наташу в лайкровых колготках!)) На фото с прошлой страницы подумала - привиделось! Сестра! ))) Я экспериментировала с колготками 120 ден в Египте, в Шамсе в 2010. Сначала натянула на купальник колготки на пирсе (местные мачо прифигели и гроздьями свесились с перилл) и поплыла на риф. Там " аккуратно, но сильно" прикладывала ногу к огненному кораллу - и никаких следов ожогов. Так что плавать в колготках вполне оправданно. Идею слямзила у австралийских спасателей. Они в местах нашествия медузы Морская оса надевают две пары колготок - одну нормально, а вторую - через голову, прорезав дырку в ластовице. Если колготки защищают от смертельно ядовитых медуз, почему бы их не использовать против планктона и кораллов?
RSfun писал(а) 08 авг 2020, 23:44:Очень хороший маркетинговый ход - дать туристу посадить дерево! Потом его захочется проведать, а может и не однажды! )))
А то! Хочется - не то слово! Мы же в ответе за то, что посадили. И за тех, кого выпустили в большое плавание.
RSfun писал(а) 08 авг 2020, 23:44:Если колготки защищают от смертельно ядовитых медуз, почему бы их не использовать против планктона и кораллов?
Смелый эксперимент - приложиться к огненному кораллу! И это при том, что по болевым ощущениям ожог миллепоры сравнивают с ожогом от раскалённого металла. Я о таких "полезных" свойствах плотных колготок, признаюсь, не знала. Да и Наташа тоже - в ее случае это была вынужденная мера. Наташа в Индонезию попала впервые, и гидрокостюм у нее был короткий. Понятно, что ноги сгорели в первый же ее день на рифе. В РА она плавала в запасных рейтузах Светы, а когда штанишки уехали домой, в Москву, пришлось выкручиваться с помощью того, что было в рюкзаке. В последующие две недели снорка компрессионные колготки очень хорошо себя показали!
Ad-a-m, ваше видео намного информативнее и нагляднее в части тамошнего подводного мира, нежели чем фото автора. Я их посмотрел еще до того, как вы здесь дали ссылку на видео. Вам спасибо и за другие видео. Рекомендую только ( и очень) убрать призыв о подписке на канал, т.к за это здесь просто банят (если не знали). --- В части отчета, еще что-то будет (?) - кроме кормления черепах на этих отдаленных островах, которые были ошибочно сопоставлены с атоллами в Тихом океане на этапе подготовке :) и для чего всего "этого" ( и на мой взгляд - бестолково) были потрачены немалые усилия в части подготовки, координации и фин. затрат с тягостными условиями жития ? )))))
Последний раз редактировалось Viachik 09 авг 2020, 16:48, всего редактировалось 1 раз.
Vilsuora писал(а) 09 авг 2020, 11:28:А у меня такой же купальник... Я его на Али покупала.
Да все мы на Али пасемся. Вся наша лайкра для плавания - оттуда, и шапки-шляпки, и гамаки, и еще множество полезных вещей для путешествий. Жаль, пока пылятся по дальним углам...
Сереж, спасибо, еще раз с радостью посмотрела, хоть и видела уже! Твой подопечный настойчиво пробирается к цели, несмотря ни на какие преграды. И плывут так потешно - лихорадочно молотят ластами, как тяжеловесные мотыльки крылышками. И держатся у самой поверхности воды, потому как делать вдохи приходится часто. Может, если бы у них окрас был блеклым, как у взрослых черепах, выживало бы гораздо больше черепашат?
Выпустив всех черепашат, мы поплыли вокруг островка, в надежде встретить хоть кого-нибудь из отпущенных на свободу, да и на рифе, окружавшем Bungingtinabo, хотелось осмотреться. Черепашек не встретили, а риф там никакой – чахлая акропора среди зарослей морской травы, да еще и встречное приливное течение возникло. Решили возвратиться на Тинабо, быстренько пообедать и отправиться к Тарупе, чтобы зависнуть там до вечера.
По пути к Tinabo Besar попросили выбросить нас у юго-восточной части острова – риф домашний, а с этой стороны мы еще не плавали. Оказалось, что смотреть там тоже совершенно нечего – подводные уступы, образованные давно отмершими и спрессованными в плиты кораллами, трава да течение, долго волочащее в сторону острова, а потом также долго оттятгивающее от него. Побарахтались – и на берег, обсыхать и покрываться коркой соли, избавиться от которой не представлялось возможным. Желание смыть соль хоть небольшим количеством пресной воды уже начало становиться навязчивым, мы все зудели и чесались, высыхая на солнце.
Оказалось, что обед еще не готов – работники кухни мирно спали, когда мы ввалились в столовую. Бросились варить рис и жарить рыбу. Зато мы, увидев миску с приготовленной к отвариванию капустой, утащили ее из кухни – сказали, так съедим. Порубили капусту ножем, сбрызнули соком лайма и водрузили посреди стола – получился чудесный салат вместо вареных капустных хлябей.
Пока ждали обеда рядом со столовой, наша зоркая Наташа обнаружила выброшенную на берег тушку ежа
Наскоро пообедав, подтянулись к катеру, и уже собирались уплывать на Тарупу, как на берегу появился работник нацпарка с тазиком рыбы – сегодня решил покормить акул во внеурочное время. Возможно, с утра замотался, раскапывая песок под саженцы да выпуская черепашат, и фиддинг не состоялся. Мы аттракцион пропускать не хотели, пришлось задержаться с отплытием.
Все как обычно – работник разбрасывал вокруг себя окровавленные куски рыбы, а акулы кружили вокруг его ног, выискивая в воде и выхватывая из-под носа друг у друга рыбьи ошметки.
Учуяв запах рыбы, к прибрежной отмели, где уже носилось полным-полно небольших акулок,
подтянулись более крупные особи. И, если сверху они выглядят дружелюбно, то под водой летящая на тебя торпеда имеет злобный и сильно озабоченный вид
Чернопёрая рифовая, или мальгашская ночная акула, принадлежит семейству серых акул, многие представители которого не прочь отведать человечинки. Мы знаем, что наши «черноперки» – существа достаточно мирные и нападают крайне редко, да и то лишь в тех случаях, когда пловцы им докучают или акулы путают конечности человека с привычной добычей. Но известно также, что в присутствии большого количества сородичей и раненой рыбы акулы смелеют и приходят в возбуждение, а в некоторых ситуациях могут впадать в пищевое безумие.
Служащие нацпарка уже много лет кормят акульи выводки, сделав прибрежные стаи акул фишкой Большого Тинабо, они этих рыб точно не боятся. Да и мы не боимся – не в первый раз ползаем по дну, разглядывая мечущихся в поисках халявной кормежки акул, но нет-нет, да и замрет сердце при виде мчащейся на тебя торпеды, молниеносно изменяющей траекторию движения за доли секунды до столкновения. Известно же, что жители Маршалловых островов всегда преодолевают мелководье вплавь, а не вброд, чтобы избежать нападения мальгашских акул.
У этих акул торпедообразное, обтекаемое тело. Рыло короткое, широкое и скруглённое.
Крупные, овальной формы глаза, глаза вытянуты по горизонтали. Ноздри обрамлены спереди кожными складками.
Первый спинной плавник значительного размера, второй - гораздо меньше первого и расположен напротив анального плавника. Гребень между спинными плавниками отсутствует. Крупные серповидные грудные плавники сужаются к кончикам.
Совсем уж близко к берегу подплывают лишь детеныши, и сидеть в воде, в окружении нарезающих круги акулят, забавно и вовсе даже не бздошно. Добровольно оборвать наблюдение за аттракционом, поверьте, никто не в силах. Броуновское движение акульих плавников над поверхностью воды просто завораживает
Красиво! Водичка прозрачная, акулки не критично голодные, едят культурно и спокойно, без ажиотажа.))) Но когда тычутся в камеру, сердце таки замирает! Ладно мордой, а пасть приоткрыть и на зуб камеру не пытались попробовать? И что рассказывал местный кормилец, его за ноги куснуть не пробовали? Молодежь акулья она такая молодежь - все в рот тащит, все на вкус попробовать хочет!))
На снорк вновь поплыли к о.Тарупа Кечил – риф вокруг острова настолько протяженный, что на него нужно не меньше двух-трех снорко-дней, просто выбрали другой участок. Он оказался таким же мелководным, но гораздо более разрушенным, чем участок, на котором мы плавали в предыдущий день. Зато в углублениях, образовавшихся в теле коралловых порослей - скорее всего, вследствие механического разрушения - укрываются множество подводных обитателей.
Сине-пятнистый скат
Пугливая креветка-богомол
Мурена с вечно приоткрытой пастью – из-за отсутствия жаберных крышек забор и вывод воды, прокачиваемой через жабры, у мурен, в отличие от остальных рыб, осуществляется через пасть. Эту пятнистую мурену не сразу заметишь в коралловой норе, так сильно ее окрас сливается с окружающим подводным пейзажем
Масковый аротрон – самый распространенный в этих местах иглобрюх
Много скорпеновых, но мы еще раньше поняли, что они - особенность здешнего рифа
Крупноразмерные крылатки-зебры зависают в засаде среди коралловых ниш
С трудом удалось различить забившегося в щель между кораллами дьявольского скорпенопсиса (Scorpaenopsis diabolus), держащегося за камни грудными плавниками. Пойди разберись, что перед тобой рыба, а не покрытый наростами коралловый обломок
Такие экземпляры даже здесь, в рассаднике скорпеновых, встречаются нечасто. Большая голова с крошечными глазками и задранным вверх ртом, покрыта гребнями и буграми, на которые налипли водоросли.
Острые иглы плавников, закрытые толстым слоем неровной кожи, почти не видны. Кстати, ядовитые железы скорпен продолжают вырабатывать яд даже после смерти рыбы.
Кажется, что у этого морского ерша шипами покрыта абсолютно вся тушка – от головы до кончиков хвоста и плавников
Событием в этом заплыве стала встреча с крупной каракатицей, которую мы запеленговали, зависшей рядом с коралловым кустом.
При нашем приближении каракатица, наделенная наиболее зоркими глазами среди всех морских обитателей, ничуть не испугалась, более того - даже не сдвинулась с места, лишь слегка изменив расцветку
Мы не сразу поняли, что попали сюда в самый ответственный момент жизни этого головоногого моллюска
Через какое-то время, как нам казалось, позирования, каракатица расправила восемь своих щупалец и, вытянув их вперед и малость побуксовав,
прямой наводкой направилась к ближайшему кусту акропоры
Только когда она просунула кончики щупалец поглубже в щели меж коралловых ветвей, поняли, что наблюдаем процесс закладки икры.
Размножение каракатиц – поистине «ручная» работа! Вначале самец прикрепляет своими щупальцами к мантии самки мешочек со сперматофорами. Самка же при откладывании яиц каждое из них проносит через мантию, оплодотворяя, а затем приклеивает в щелях между камнями, кораллами или среди водорослей. Кладка обязательно устраивается в месте с хорошим течением и аэрацией, и обязательно маскируется песком. Яйца каракатицы прозрачные, но, в случае опасности, внутренняя их часть может приобретать окраску - зародыш каракатицы способен менять цвет ещё до рождения!
После нескольких серий манипуляций каракатица делала передышку – отплывала от куста на несколько метров, меняла окраску и форму поверхности своей кожи, манипулируя бугорками, и на какое-то время зависала неподвижно. Изменение цвета и бугорчатости кожи происходило практически мгновенно.
Обычно каракатицы боязливы и осторожны, но наша, не обращая внимания на суетящихся рядом людей, флегматично и целеустремленно отдавалась процессу продолжения рода. Минут через пять отдыха все повторилось – легкий откат назад, торможение и поступательное движение на следующий заход на кладку
Обычно самка откладывает по нескольку сотен яиц, поэтому процесс оказывается длительным и трудоемким. Растут и взрослеют каракатицы довольно быстро, а живут совсем недолго — всего 1-2 года. По окончании репродуктивного периода и самец, и самка погибают. Не знаю, по какой причине заканчивает свой жизненный цикл самец, но самка, охраняющая кладку после откладывания яиц, просто перестаёт питаться и, по сути, погибает от истощения.
Любуясь грациозными неспешными передвижениями каракатицы, нам удалось детально ее рассмотреть – мускулистую мантию, карман мантийной полости на брюшной стороне и самый интересный орган головоногих моллюсков – их реактивный двигатель. Из узкого мантийного отверстия под «шеей» торчит трубка, называемая воронкой или сифоном. При сокращении брюшной мускулатуры из сифона с напором бьет струя воды - отдача толкает тело в противоположную сторону. Поскольку воронка направлена к концам щупалец, моллюск плывет хвостом вперед.
Мы наблюдали за нерестом не меньше часа, не в силах оторвать взгляды от постоянно изменяющего цвет «морского хамелеона», плавных движений прозрачной каймы плавников и дивясь неутомимости нашей каракатицы. Окончания кладки дождаться не удалось – каракатица, в отличие от нас, никуда не спешила. Наблюдали и фотографировали до тех пор, пока камеры не разрядились, а Сергей успел снять видео очень хорошего качества, которое затем смонтировал в фильм.
Со снорка возвратились перед закатом. Чудесный получился сегодня день! Саженцы, черепашата, акулий фиддинг, нерест каракатицы – сплошное слияние с природой! Почти сплошное… Полностью слиться с природой не давало все усиливающееся кожное раздражение. Пока мокли в морской воде, все было в порядке. Но, как только начинали подсыхать, зуд и почесуха с новой силой наваливались на всех и донимали так, что все окружающие красоты не радовали. Кожное раздражение превратилось в сплошное жжение, мы чесались и зудели, тихоньку подвывая и мечтая только об одном – смыть с себя соль. В ход пошли даже запасы питьевой воды, набранной в бутылки из кухонного кулера, - чтоб хоть самые почесушные места помыть - помогло не особо.
Фарджи, у которого, похоже, ничего не чесалось, начал свежевать для нас кокосы,
а мы пошли проверить, как там принимаются наши заморыши-казуарины на кафельных грядках.
Жаркий день саженцы пережили, хорошо, что их прикрывают пальмовыми ветвями. Надеюсь, продержатся до дождя, а там - соберутся с силами и примутся.
Однако, кожный свербеж постепенно перерос в зуд психологический – мы сидели и решали, что делать дальше. Думали-думали, да и решили, что, ввиду тяжело переносимых обстоятельств пора валить из этих благословенных мест. Бороться с покраснениями и опрелостями было нечем – в отсутствие пресной воды ни присыпки, ни антигистаминные мазилки не помогали. Решили, что этот вечер на острове – последний, сообщили об этом Фарджи, и тот с радостью пошел в офис за расчетом.
Рассчитали нас по полной – включили все!
Принятие непростого решения о завтрашнем отъезде коллективно отметили спиртово-спрайтовыми коктейлями. У Наташи, которая от риса и пережженной рыбы отказывалась категорически, на ужин был моллюск, собственноручно поднятый сегодня с морского дна и привезенный домой - плеснула соевого соуса и употребила. Объявила всем, что было вкусно. Выжила
Мы и работниц кухни позвали на коллективную фотосессию. Благодарили за вкусную стряпню – и не то, чтобы душой кривили, просто отпустили ситуацию – завтра ж на Селаяр, там и поедим
А еще устроили ночное купание у восточного берега - при полной луне белопесчаное дно под слоем прозрачной воды просматривалось очень хорошо, поэтому опасений наступить на что-то колюще-кусачее не возникло.
Пережить очередную душную ночь помогли мысли об утреннем отъезде да гамаки на берегу. Зная, что спать в домике будет тяжело, мы со Светой в первый же вечер растянули меж деревьев на берегу привезенные с собой гамаки. Но в первую же ночь оказалось, что и в наших гамаках спать проблематично, поскольку в месте, где мы их растянули, ночной бриз был достаточно сильным, и легкая ткань (а покупали гамаки, ориентируясь на минимальный вес изделия) сильно парусила, нейлоновые борта просто гудели на ветру, не давая заснуть. Вобщем, плохому танцору и спится хреново.
Вот ведь нужно было умудриться так построить гостевой домик – абсолютно не продуваемым при всех открытых окнах/дверях и ощутимом ночном бризе! Досыпать на свежем воздухе мы выползали ближе к рассвету, когда ветер стихал, но сколько там того сна…
С Тинабо стартовали сразу после завтрака с тем, чтобы поплавать на рифе рядом с Rajuni Kecil. Риф, кольцом опоясывающий остров, достаточно протяженный – километров 8-9, на нем, понятное дело, есть разные участки. Инструктор из дайв-ресорта на Селаяре говорил, что есть интересные споты напротив деревни. Оказалось, что деревня занимает весь остров полностью, поэтому пришлось искать методом тыка. Увы, положительных результатов тык не дал – катер шел вдоль кромки рифа, а мы с Сергеем по очереди выгружались в воду, чтобы осмотреться. Места были абсолютно блеклыми и малоинтересными. Расстроились, отчаялись и повернули оглобли в сторону Селаяра. Конец эпопеи.
Итак, финансовые выкладки посещения НП Така Бонерате: 1. Пермит нацпарка Rp.150.000 с человека/иностранец) - за каждый(!) день 150.000 х 6 чел. х 4 дня = 3.600.000 2. Пермит нацпарка Rp.5.000 с человека/индонезиец - за каждый день (капитан и сопровождающий) 5.000 х 2 чел. х 4 дня = 40.000 3. Налог на транспортное средство (спидбот) Rp.100.000 за каждый(!) день 100.000 х 4 дня = 400.000 4. Сноркелинг Rp.15.000 с человека за каждый(!) день 15.000 х 6 чел. х 4 дня = 360.000 5. Комната+завтрак Rp.300.000 для двоих за каждый день 300.000 х 3 комн. х 4 дня = 3.600.000 6. Обеды и ужины Rp.50.000 с человека за каждый прием пищи 50.000 х 8 чел. х 7 = 2.800.000 7. Кофе/чай, выпитые за обедом/ужином, оплачиваются отдельно - Rp.5.000, Этого добра было выпито на Rp.130.000
Как видите, учтен каждый шаг, каждый вздох. Благо, за проживание Капитана и Фарджи с нас денег не сняли, только за их пермиты и питание Ну, и плюс стоимость спидбота, которая в процессе эксплуатации возросла (за нами же следить на рифе пришлось, а не просто выбросить и забыть!), Rp. 17.500.000 – ее мы делили на семерых, включая Стаса. Итого 5 дней/4 ночи на Така Бонерате вылилось каждому в Rp. 4.365.000.
Да, за такие условия проживания и питания – это дорого и напряжно. Мы не увидели ничего сносшибающего на тамошних рифах, а отсутствие пресной воды просто сводило с ума. Кстати, забыла упомянуть, что на Тинабо можно арендовать палатку за Rp.70.000/ночь.
Я никого не агитирую переться в такую даль ради сомнительных удовольствий – рассказала и показала все, что мы увидели в нацпарке, без прикрас. Даже для нас, готовых зачесть в счет отдыха нахождение на собственном диване, а в отпуске готовых пережить любые тяготы ради попадания на живой коралловый риф, такой перекос между физическими, материальными и психологическими затратами и тем, что мы в результате получили, кажется неадекватным и крайне несправедливым. Но спросите меня, Сережку, Свету – хотим ли мы еще вернуться в Така Бонерате? – и услышите однозначное: «ДА!». Да, хотим, и думаем об этом, и мысленно даже едем (хотя, сейчас мы не одни такие), но в другом формате, на другой срок и с другой организацией трипа. Стартовать перед рассветом и возвратиться ближе к закату, чтобы по максимуму использовать платное нацпарковское время, и ночевать не на Тинабо, а на Тарупе и еще каком-нибудь острове, в палатках (а они у Дени есть), захватив с собой запас питьевой и технической пресной воды, чтобы иметь возможность хотя бы раз в день «опресниться». Проблему самостоятельного питания можно решить очень просто, если загодя подготовиться. Но основополагающий пункт – предварительно выяснить местоположение конкретных точек для приличного снорка (и вот это-то самое тяжелое!).
Ведь пишут же, пишут, что места есть, нужно только раздобыть дополнительную информацию. Да еще забраться поглубже – нацпарк огромен, а мы успели увидеть лишь малую его часть. Пишут красиво и убедительно – в Така Бонерате насчитывается более 50 фантастических мест для дайвинга (а часть из них всегда пригодна для снорклеров), и некоторые находятся рядом с островами Kahabia, Belang-Belang и Taka Lamungan, а до них мы не добрались.
Есть еще, о чем думать, о чем мечтать и к чему готовиться. Поверьте, это - не тупое упрямство, не бесцельный напор, не пёр напролом с целью что-то кому-то доказать. Это – наработанная за многие годы поездок по Индонезии личная практика, которая дала понимание того, что в этой стране все самое лучшее нужно раскапывать постепенно, пошагово, собирая информацию по крупицам и продвигаясь к цели небольшими шажками. Здесь никто не спешит делиться информацией, ее нужно планомерно вытаскивать – и вот тут опыт и знание бахасы нашим Сергеем просто бесценны.
Я четко понимаю, о чем сейчас пишу. Хорошо помню, как приходилось биться за Раджа Ампат в 2011 году, когда выяснилось, что попасть туда можно не только на дороговалютной яхте, что местные жители начали открывать хоумстеи – знали бы вы, сколько СМС и писем я отправила, не получив ни одного ответа и кучу сообщений о том, что мои СМС не доставлены. Мы стучали в закрытую дверь лбом и отжимали плечом, и все получилось! А когда получилось, точно так же, медленно и печально, в течение нескольких лет мы пробивались на Мисоол – и теперь, каждый раз оказываясь там, открываем для себя новые потрясающие споты.
Тебе никто не выложит на блюдечке необходимую информацию – ее нужно добывать, упираясь всеми фибрами души. Я пишу это для людей, одержимых коралловыми рифами и готовыми терпеть лишения и неудобства ради одного – нырнуть в аквариум изумрудного моря и застыть в запотевшей от восторга маске при виде колышущихся коралловых ветвей и снующих между ними рыбьих стай. Ибо до лучших мест приходится добираться долго и тяжело – они потому и живы еще, что их не смогли вытоптать. И условия там, как правило, оказываются аховыми, но, то что открывается под водой, полностью нивелирует все проблемы и тяготы.
Думаете, мы не любим комфорт? Еще как любим! Но за комфортные условия в столь отдаленных местах придется заплатить столько, что лично для меня это будет поездка десятилетия (в смысле, десять лет копить и один раз съездить). Обещают, что ближайшее время и на Така Бонерате можно будет отдохнуть с комфортом: на сайте takaboneratediveresort рекламируют проект чудесных бунгало на воде, которые планируют построить на Lantigian Island, а туристов планируют доставлять туда на гидроплане. Боюсь, в нынешних условиях реализация проекта затянется, да и мы вряд ли сможем воспользоваться благами эко-курорта.
Людям свойственно верить в то, что помогает им жить. Я верю, что где-то в далеком-далеком море Флорес, на гигантском атолле, состоящем из мозаики небольших атолловых кластеров, есть волшебные места с ярко расцвеченными рифами, полными солнца и жизни, где воды прозрачны и спокойны, где черепахи и акулы плывут параллельным с тобой курсом, а каракатицы обустраивают свои кладки на твоих глазах, и рыбы всевозможных пород мешают рассматривать стада упитанных голожаберников, безмятежно пасущихся среди ярких губок. И еще я верю, что мы, переждав чумные времена, вновь соберемся вместе и обязательно отыщем эти места. Они есть, они ждут нас, и мы их непременно найдем. Аминь!
Последний раз редактировалось LARA_SH 21 авг 2020, 14:29, всего редактировалось 1 раз.
А еще, напоследок, хотелось бы зацепиться за наболевшее – проблемы с водой и тотальное выхолащивание коралловых рифов.
Острая нехватка пресной воды – одна из главных проблем Така Бонерате, и ее мы очень хорошо прочувствовали на собственных, промаринованных в соленой воде шкурках. Запасы пресной воды в регионе крайне ограничены. Чистая вода на большинстве островов представлена исключительно дождевой водой, собираемой в баки, и грунтовыми водами, доступными лишь в период дождей. Наличие грунтовых вод наблюдается в течение периода, длящегося от двух дней после дождя умеренной интенсивности до пяти дней - после сильных продолжительных ливней.
Мы смогли протянуть без воды всего четыре дня. Жители небольших островов постоянно страдают от недостатка чистой пресной воды. В новостных сообщениях на индонезийских сайтах проскакивают заметки с заголовками «Water Crisis in Taka Bonerate», описывающие, как жители Така Бонерате "добывают" воду.
Большинство жителей Раджуни Кечил вынуждены выкапывать ямы в песке, чтобы добраться до временных грунтовых вод. Молодые женщины собирают воду из ям в канистры и доставляют их своим семьям с помощью традиционных деревянных тележек. Полагаю, что абсолютно пресной такая вода быть не может, скорее всего, она должна быть солоноватой.
Население островов использует такую воду для приготовления пищи. Ситуацию не спасает даже то, что местные власти выделяют средства на снабжение людей резервуарами с пресной водой. В семьях баджао, характеризующихся наиболее низким уровнем жизни, резервуары для воды попросту отсутствуют. Прочла, что «люди баджао» добывают воду из ям еще и потому, что она обладает уникальными вкусовыми качествами – ее вкус напоминает им вкус кокосового молока. Скорее всего, вид у добываемой воды соответствующий.
Отмечается, что получение воды из песчаных ям в прибрежных зонах сопряжено с рисками для здоровья людей, прежде всего - диареей, поскольку в воде содержится избыточное количество магния и кальция, поступающих из известняков и доломитовых отложений. Даже если местные власти приложат все усилия, дождей в регионе больше не станет, и количество населения не уменьшится, а посему проблему питьевой воды все-таки придется решать, и выход видится один – строительство опреснительных станций на наиболее населенных островах. В этом плане прекрасный пример – остров Бунакен, где проблема нехватки воды решена именно постройкой станции опреснения морской воды. А пока жителям Така Бонерате - остается лишь уповать на дождь да рыть ямы в песке.
Мне показалась интересной информация о традиционных методах лова у рыбаков-баджао: - при помощи рыболовных сетей; - на леску с приманкой; - при помощи керосиновых ламп (nyulu), свет которых привлекает кальмаров, крабов и креветок; - подводная охота с помощью пневматических приспособлений; - усыпление рыбы при помощи семян фрукта мобо (mobo) – семена смешивают с пойманными крабами или мальками, а полученную смесь вываливают в море в месте, где предполагается наличие рыбы. Что за диковинный фрукт, этот самый мобо, который к тому же собирают в лесах(!), выяснить пока не удалось.
А теперь - о совсем уж грустном. Выявлены следующие разрушительные методы морской ловли, используемые в регионе: • рыбалка с помощью взрывчатых веществ на неглубоких рифах, где можно легко собрать мертвую рыбу; • применение цианида для усыпления живой рыбы и лобстеров, предназначенных для отправки на экспорт; • использование железных молотов для дробления кораллов с целью получения доступа к лобстерам, • использование ломов для доступа к норам улиток и морских угрей, • ловля при помощи датских тралов на неводах, позволяющих одновременно захватывать как находящиеся в воде, так и донные организмы, что ведет к полному уничтожению среды обитания коралловых биот.
Все вышеозначенные методы применяются в регионе до сих пор, хотя номинально и находятся под запретом. Проще говоря, втихаря бомбят, травят, долбят и подчистую вычищают рифы – чтобы прокормить множащихся отпрысков и неуемно размножающееся человечество.
Крайне удручающими выглядят результаты социального опроса, проведенного WCS (Wildlife Conservation Society), выяснявшего мнение местных рыбаков о том, что они будут делать в случае снижения улова на 50%: - более 40% респондентов заявили, что будут заниматься ловлей, как и раньше, при этом сменив места дислокации; - 27% поменяют снаряжение; - 22% уменьшат частоту промысла; - 9% увеличат частоту ловли; - лишь 1,4% рыбаков готовы выйти из промысла. И резюме WCS: полученные данные указывают на высокую зависимость жителей Така Бонерате от морского промысла и потенциальную неспособность адаптироваться к негативным тенденциям в рыболовстве.
Мне нравится ход Ваших мыслей. Признаюсь, что вчера, прочитав повествование Лары, сама до глубокой ночи рассматривала карту Индонезии)))) Но на счет неизведанности, Вы конечно, преувеличиваете)))
kurtvoynegut8 писал(а) 22 авг 2020, 16:31:Корабль надо. ... И плавать по индонезии от острова к острову.
Согласна, надо! Завидую в этом плане владельцам небольших яхт - плыви, куда задумал (ну, и куда паспорт позволяет)! Мозг аж слюнками захлебывался, когда на Вакатоби (одно из присмотренных Вами, kurtvoynegut8, мест - вовсе уж и не неизведанное, просто труднодоступное) к Хоге неспешно подошла скромная такая белоснежная яхта и встала на якорь посреди пролива. Владельцы пригласили Гирти, дайв-инструктора с Хоги, на яхту, поужинать, и арендовали ее на несколько дней с целью показать лучшие споты в округе. Вот он, самый правильный подход - не спеша, со вкусом и комфортом, да еще под руководством опытного местного подводника посмотреть лучшие места морского заповедника. Здесь все решают деньги...
Была и у меня мысль арендовать яхту или катамаран из Австралии для похода по островам в районе Ватубела. Австралийцы тот регион для похода на яхтах любят. Наверное, нет в этом ничего очень тяжелого, ну, кроме суммы аренды)))
А с рыболовными баркасами - не знаю. Наверное, тоже возможно. Мы на таком на Алоре - Пантаре плавали. Правда, это не совсем рыболовный баркас. Спать там тоже можно - под навесом. Даже матрасы были. Но лодки со слабеньким движком китайским. Попали в болтанку - еле добрались с Пантара до Алора. Думали уж ласты надевать и к берегу вплавь придется)))
А вот эта лодка на Комодо - ненамного отличается внешне. Внутри, конечно не сравнить. Так и цена уже 100 долларов с человека в сутки.
Маниловщина и бредятина :) Если только вы не из "абрамовичей" . Какая-то несусветная херь ))). Становитесь дайверами тогда ( тема о том особняком - а что мешает ?). Это не только дешевле подобных странных корабельных прожектов, но еще и интересней и познавательней в части возможности увидеть уже на глубине то, что с поверхности и при нырке недостижимо, да еще и не разрушено. Причем, не в таких ебенях - а в местах логистически доступных не в сравнении легче. Для чего не надо переться на подобные острова с очень надуманными ( по части принятия за атоллы вовсе не эти, а в Полинезии :)) перспективами снорка . Друг друга подогреваете какой-то ...йней.
Лара, отчет замечательный!!! А продолжение будет? Как вы вернулись на Селаяр, как там посноркали, какие ваши впечатления от второго посещения...Так хочется продолжения банкета!!!
RSfun писал(а) 25 авг 2020, 18:01:Была и у меня мысль арендовать яхту или катамаран из Австралии... Наверное, нет в этом ничего очень тяжелого, ну, кроме суммы аренды)))
Оксана, у тебя огромный опыт в плане аренды плавсредств - от лодок до яхт. До сих пор облизываюсь, как удачно ты яхт-тур по Мальдивам организовала! После такого понимаю - нет ничего невозможного, нужно просто прикладывать усилия для достижения цели.
Vilsuora писал(а) 06 сен 2020, 15:01:А продолжение будет? Как вы вернулись на Селаяр, как там посноркали, какие ваши впечатления от второго посещения...
Да запросто - Селаяр откатали весело и легко! Жду, когда Сергей выползет из тайги и перешлет мне свои подводные видеофайлы, снятые на Селаяре. Мой фотоаппарат сдох, показать нечего, на Серегу одна надежда.