Амстердам и немного Голландии, май 2013 (ахтунг, много фото, трафик)

[kukucapolj]

На сей раз отчёт будет об одном из немногих путешествий, совершённых нами без своей машины; во-первых, машине тоже отдыхать надо, а во-вторых, времени было довольно мало - майские праздники.
Отчёт размещается в адаптированной для форума версии, что выражается в уменьшении количества фотографий в три раза против оригинальной версии, которую я теперь буду гордо именовать extended cut; но всё равно фоток осталось чуть больше чем до фига.

[kukucapolj]

Ненавижу самолёты. Вообще не люблю любую технику, которой управляю не я, а особенно — самолёты. Несколько кусков алюминия на хлипких заклёпках, пара двигателей с кучей мелких, легко ломающихся деталей, и десяток тонн керосина, сгорающего при температуре в две тыщи градусов — идеальный безопасный вид транспорта, ага.

Но если вы собрались в Нидерланды на майские праздники — то выбор не велик; на машине — пока туда, пока обратно — полдня останется на страну посмотреть, а потому пришлось придушить на время внутренних демонов и купить пару билетов в Амстердам стыковочными рейсами. И вот — впервые за последние семь лет мы куда-то летим, а не едем.

Маленький Embraer 175, в салоне которого заперты, как кильки в банке, 80 пассажиров, поднимается в небо, я закрываю глаза и возношу молитву «Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн».



Аэропорт Фредерика Шопена в Варшаве — совершенно пустой и оттого кажется больше размером, чем перегруженный Шереметьево. Я ощупываю разные части своего тела, убеждаюсь, что до сих пор на этом свете, и высказываю, как мне кажется, здравую мысль не лететь уже ни в какую Голландию, а зависнуть в Варшаве, и назад поехать поездом; но жена как-то не прониклась моей прекрасной идеей, и мне пришлось пережить ещё пару непередаваемых часов в воздухе. Потом аэропорт Схипхол, скоростной поезд, и вот он — Амстердам.







А ведь мы прибыли сюда в очень непростое время. 30 апреля — день рождения королевы и большой национальный праздник; из здания вокзала мы вышли в 23:30, и улицы были уже пусты, но последствия празднования давали о себе знать — движение в центре было перекрыто напрочь, а на улицах то тут, то там попадались весёлые компании в состоянии сильного алкогольного и наркотического опьянения, не проявлявшие, впрочем, никакой агрессии к окружающим.

Поняв, что в нашем поле зрения нет ни одного такси, мы подошли к ближайшему наряду полиции, которой в честь праздника на улицах было предостаточно, и объяснили, что нам нужно попасть туда-то и туда-то, и было бы прекрасно, если бы господин ван дер полисмен рассказал нам, где нам найти транспорт; и тут господин ван дер полисмен, что называется, с порога посвятил нас в одно из главных таинств культуры Амстердама. Прочитав на бумаге адрес, он воскликнул: «Так тут всего полчаса идти, прогуляйтесь пешком!»



И впоследствии мы не раз убеждались, что в Амстердаме это работает именно так. Если куда-то в принципе можно дойти пешком — то надо непременно так и сделать, а если пешком ну никак нельзя — то туда надо доехать на велосипеде. Даже если время полдвенадцатого ночи, а у тебя в руках внушительный чемодан на колёсах со сломанной ручкой, а за спиной — рюкзак. Жители Амстердама, похоже, вообще не рассматривают всерьёз другие варианты перемещения, кроме случаев, когда действительно куда-то очень спешат; впрочем, автобусы ходят далеко не пустыми, так что спешат жители, по всей видимости, часто.



Нам всё же удалось убедить господина ван дер полисмена в необходимости такси, и он показал примерное направление, где они могут водиться. Таксист содрал с нас полтора тарифа за неурочный час, перекрытый город и тяжёлый чемодан, но нам было всё равно — жена устала, а я до сих пор не верил, что остался жив после двух перелётов.

Снятые нами апартаменты располагались не то чтобы в центре, но в одном из достаточно старых районов города. Хозяйка ждала нас, и даже звонила и предлагала приехать за нами на велосипеде, но мы в итоге добрались до места сами. Выбор апартаментов имел своей целью решить сразу несколько задач: лёгкий доступ к центру города, проживание в тихом районе, и, наконец, некоторую аутентичность этого самого проживания; по всем трём пунктам мы попали в яблочко, но с последним возникла небольшая техническая неувязка. Старый дом, на третьем этаже которого располагалось искомое помещение, имел в своём составе лишь винтовую лестницу, крайне узкую и с очень крутыми ступенями — мне вспомнились немецкие соборы и восхождение на колокольню во Флоренции — с тем отличием, что во Флоренции у нас не было с собой чемодана весом в 22 кило. Затаскивание чемодана на третий этаж оказалось финальным испытанием этого дня, которое вырубило меня окончательно, и я уснул крепким сном человека, который дважды за один день пережил смертельную опасность, и, тем не менее, остался в живых. Ненавижу самолёты.



А наутро мы, конечно же, пошли исследовать Амстердам, и разумеется мы делали это пешком, раз уж так здесь повелось.

По дороге к центру мы повсеместно видели целые кучи мусора, оставшегося от праздника; впрочем, кучи эти имели вид весьма осмысленный и явно были кем-то скомпонованны. Как выяснилось, сборка куч была делом рук местных коммунальных служб, и уже к вечеру не осталось и следа безудержного празднования.





Мне очень сложно внести какую-то системность в свой рассказ об Амстердаме. Сам город настолько бессистемен и вместе с тем гармоничен, что он предстаёт в моей памяти набором совершенно не связанных друг с другом образов, которые складываются в общую стройную картину — в бурный поток жизни Амстердама. Вот мужчина в деловом костюме едет на велосипеде, на руле у него портфель, а на голове — наушники, и в нём нет ничего необычного, потому что в обе стороны едут толпы из сотен и сотен велосипедистов, девушки в юбках, бабушки в шляпах, молодая пара на велосипеде-тандеме с велоприцепом, в котором сидит ребёнок; дорогу переходит дама с пятью собаками, её пропускает ретро-автомобиль с открытым верхом, и внезапно вся эта толпа замирает — включается красный светофор, опускается шлагбаум, мост через канал поднимается, и по каналу неторопливо проплывает здоровенная яхта; пока она плывёт, перед мостом успевает скопиться штук пятьдесят велосипедистов и пять-шесть автомобилей, но вот мост снова сводят и всё это безумное, но вместе с тем очень упорядоченное движение продолжается в том же ритме. Мостов а Амстердаме великое множество, и многие из них — разводные, работают в таком же режиме, как у нас — железнодорожные переезды.





Велосипед — основа жизни Амстердама, пешеходы и автомобили второстепенны, но всё-таки велосипедисты здесь — не боги, как в Германии; боги здесь — автобусы и трамваи. Ни один пешеход или велосипедист не будет пересекать дорогу перед автобусом, потому что знает — автобус не остановится.

Автобус идёт точно по расписанию и едет по своей выделенной автобусной полосе. Полоса эта чаще всего отделена от других не просто разметкой, а полноценным бордюром, и ширина полосы позволяет поместиться в ней с зазорами сантиметров в десять с каждой стороны; не знаю, как дрессируют водителей автобусов в Амстердаме, но они гоняют по этим полосам как угорелые, и всегда успевают на остановку вовремя. А по-другому нельзя, ведь в автобусе висит электронное табло, указывающее, в какое время он прибудет на ближайшую остановку, на какие автобусы и трамваи можно на этой остановке пересесть, и когда эти автобусы и трамваи на эту остановку придут; а когда автобус подъезжает к вокзалу, на табло отображается расписание ближайших электричек, и номера платформ, с которых они отправляются. Когда ты входишь в автобус, водитель улыбается тебе и здоровается; первые несколько раз это шокирует жителя Москвы. А когда автобус останавливается — открываются двери, и пневматическая подвеска автобуса наклоняет его в сторону остановки, чтобы сравнять пол салона с бордюром — иначе велосипедистам, родителям с колясками и инвалидам будет неудобно входить и выходить.



Амстердам — многонациональный город. Теперь когда мне говорят, что Москва — многонациональный город — я смеюсь, потому что эти люди просто не были в Амстердаме. Если вы ждёте автобуса на одной из крупных остановок, рядом с вами всегда будет четыре негра, два китайца, два индуса и один турок, не считая десятка местных и ещё пяти людей неопознанной национальности. Ну, и если не забывать о том, что мы тоже стоим на этой остановке, то двое русских там тоже будет, так что полный комплект. Подозреваю, что в Амстердаме совсем нет расистов — им всем просто пришлось бы застрелиться.





Голландцы — высокие и крупные. Именно крупные, толстых людей нет совсем, учитывая их велосипедно-пеший образ жизни. И эта разница проявляется не только в людях — голландские коты значительно крупнее привычных нам котов, размерами они напоминают мейн-кунов, но это не мейн-куны, тех по морде сразу видно. Толстых людей нет, а вот толстые коты — да, есть, они на велосипедах не ездят.





В Нидерландах нет национальной кухни. Их национальная кухня — это аргентинский стейк, потому что аргентинские стейк-хаусы расположены в каждой подворотне. Они немного разбавлены итальянскими ресторанами, китайскими забегаловками и, конечно, макдональдсом, который по вкусу неотличим от российского собрата. Однажды в глухой деревушке на самом севере Нидерландов нас спросили, хотим ли мы чего-нибудь национально-нидерландского, и мы, предвкушая открытие неведомых доселе туристам секретов, ответили «да»; секретным блюдом оказались тупо два бутерброда, хотя и весьма, надо сказать, вкусных, и на этом, к несчастью, колорит местной кухни Нидерландов закончился. Но вот аргентинский стейк в Амстердаме и правда великолепен, хотя жена им и не прониклась — женщинам вообще не свойственна любовь к мясу с кровью.



В Амстердаме мало машин, но много проблем с парковкой. То есть амстердамцы, конечно, думают, что у них много машин, но они просто не были в Москве. Парковка в центре дорогая и её мало, и амстердамцы паркуются везде, где только разрешено, в том числе и вдоль каналов, где нет никакого ограждения и даже бордюра — просто обрыв в воду. Но они встают рядом с этим обрывом на расстоянии ширины ладони от колеса до края. Наверное, их дрючат в тех же автошколах, что и водителей автобусов.



Всем известно, что в Амстердаме проживает какое-то ненормально огромное число геев, или как их там теперь надо называть, чтобы это не было пропагандой нетрадиционных отношений. И вообще, как мы все знаем, Амстердам — столица разврата, там колются анашой, курят кокаин и сношаются исключительно однополо, причём всё это одновременно и прилюдно. Странно, но за пять дней пребывания там мы не увидели ни одной однополой пары, по виду которой можно было бы судить о характере их отношений. Нормальные люди, вон два парня сидят разговаривают — может, друзья, может, братья, никаких кожаных штанов с голыми попами, никаких целующихся мужиков. Даже обидно, чесслово.



Водный трафик в Амстердаме ничуть не уступает наземному. Люди на лодках, катерах и яхтах занимаются кто чем — катаются, плывут куда-то по делам, пьют пиво, танцуют, и, наконец, живут. Да, в Амстердаме есть некоторое количество домов на воде — как переделанных из обычных лодок, так и специально построенных на плавучих платформах. При подготовке к путешествию мы даже рассматривали вариант остановиться в одном из них, но побоялись за свой вестибулярный аппарат.



В Амстердаме, как известно, есть квартал красных фонарей с продажными женщинами в витринах и злыми сутенёрами, которые очень не любят, когда их товар фотографируют. Поэтому фотографировать мы там не стали, да и вообще, прошлись мы там по большей части по той причине, что нам было куда-то там по пути, то ли в китайский квартал, то ли в магазин БДСМ-атрибутики, ой, простите, кажется, я не туда пишу. Так вот, что я могу сказать о квартале красных фонарей: там имеются проститутки. В целом это всё, и я не могу охарактеризовать это впечатление ни как положительное, ни как отрицательное. В каждом городе есть квартал, где имеются проститутки, иногда легально, иногда — не очень, и что такого особенного именно в амстердамском квартале красных фонарей, я, честно говоря, не понял. То, что они в витринах в одних купальниках стоят? Вы итальянских проституток видели? Лучше б они в купальниках стояли, честное слово.

Да, кстати, в Амстердаме есть китайский квартал, он же чайна-таун, он же Китай-город, если вам ближе московская топонимика. Туристы туда приходят, чтобы сфотографировать какое-то одно знаменитое здание, поесть в китайском ресторане, заработать несварение желудка и навсегда уйти оттуда. В этом плане мы программу сильно недовыполнили — здание не сфотографировали, потому что при ближайшем рассмотрении не нашли в нём ничего сильно интересного, в ресторане не поели из-за хронической идиосинкразии к китайской еде, а потому не смогли получить и обязательной желудочной реакции на неё; но зато мы посетили множество очень аутентичных китайских лавок и посмотрели на жизнь этнического меньшинства Амстердама.



А ещё в Амстердаме есть ботанический сад. Небольшой такой ботанический садик, и не то чтобы мы были любителями ботаники, но решили в него заглянуть; и, знаете, совсем об этом не пожалели. После других ботанических садов, в которых мы были — московского и минского — мы рассчитывали просто взять небольшую передышку перед тем, как заняться более важными делами, но внезапно получили большой заряд положительной энергии и оказались в неожиданно интересном месте.

Первое, что удивило нас в ботаническом саду — это кафе. Обычно в таких местах имеется максимум сосисочная с кока-колой, но тут было не просто кафе, тут было кафе с собственной кухней и расписанием — одни блюда с 9:00 до 12:00, другие — с 12:00 до 16:00 и так далее; так что день мы решили начать с кофе, который оказался крепким и удивительно вкусным. А потом мы пошли обследовать сад, и сначала всё было как обычно — клумбы, таблички, одуванчикус обыкновентус, известен с незапамятных времён, произрастает на территории сада сам по себе, и откуда он взялся — никто не помнит. Интерес вызвало лишь одно растение, похожее на маленькую ёлочку, не помню, как называется, но оно единственное было огорожено тяжёлой металлической клетью, а на табличке было написано, что это страшно вымирающий вид, и его тут посадили голландские школьники на какой-то праздник.



Но потом мы попали в павильон тропиков. От ужасной жары и стопроцентной влажности воздуха моментально запотел объектив фотоаппарата, в результате чего было снято несколько интересных видеофрагментов в дымке. Но не это главное — удивила сама организация павильона. Тропический лес, на который можно полюбоваться, обходя павильон по цивильным бетонным дорожкам и поднимаясь наверх по стальным лестницам — но можно и зайти вглубь джунглей, продвигаясь по еле заметным тропинкам, раздвигая листву тропических растений, каждое из которых норовит намочить тебя сконденсировавшейся влагой. Мы довольно долго гуляли там прежде чем двинуться дальше — а дальше нас ждало ещё одно открытие — павильон бабочек. В небольшом павильоне, больше напоминающем теплицу, был воссоздан участок тропического леса, а по нему летали бабочки, иногда садясь на посетителей. Особенно умилило блюдце, оставленное посреди павильона, с нарезанным кружками апельсином — видимо, бабочкам он нравится, они охотно садились на блюдце и делали с апельсином какие-то свои бабочьи дела.

В общем, мы поняли, что ботанические сады — это тоже объекты, заслуживающие внимания, и на будущее отметили себе, что надо почаще в такие места заходить.



Ещё одним важным потрясением стал для меня научный центр Немо. Я изначально очень хотел туда зайти, хотя, признаться, и не совсем хорошо представлял, что ждёт меня внутри — просто словосочетание «научный центр» подсказывало моей технарской душе, что будет круто.

Но я не очень понимал, насколько будет круто. Современное пятиэтажное здание, расположенное в почётном месте нового Амстердама — над въездом в туннель под рекой Амстел, функцию которого я даже не могу достаточно хорошо перевести на русский для неподготовленного к европейским реалиям читателя. Пожалуй «дворец пионеров» будет самой близкой из доступных аналогий, хотя и всё равно достаточно далеко по смыслу.



Это — место, где детей учат мыслить рационально и критически. Это — место, где дети познают мир таким, какой он есть с точки зрения современной науки. Первый этаж отведён под основные физические взаимодействия — простейшая акустика, центробежные силы, инерция, магнитные поля, оптика; и всё это в такой форме, что даже нам, взрослым людям, было интересно. Было интересно поговорить друг с другом сидя спиной к спине на расстоянии пяти метров без проводов, посредством двух пароболоидов, фокусирующих звуковые волны; было интересно покрутить тяжеленный круг, наполненный жидкостью со взвешенными частицами и понаблюдать одновременно действие инерции, центробежной силы и срыв потока на краях; было интересно посмотреть на многочисленные оптические иллюзии.



А на других этажах в подобной форме раскрываются другие, более сложные темы — генетика, гидродинамика, история освоения космоса — в общем, всё сделано для того, чтобы ребёнок понимал, как и что работает в нашем мире, и нашёл своё место в нём. Последние этажи посвящены трудностям переходного периода, отношениям и сексу. И несмотря на то, что всё это находится в Амстердаме — столице, я напоминаю, разврата и мужеложства, мы не увидели абсолютно ни одной пошлости или двусмысленности; зато пропаганда безопасного секса — повсеместно. На фоне обязательного преподавания религии в наших школах контраст выглядит особенно выразительным; пока их дети учатся проектировать космические корабли — наших детей учат, каких богов создал Шива после сошествия диска Земли с трёх слонов.



Сейчас, за парой бутылок чая с друзьями, я иногда сожалею, что не ушёл в науку, а стал заниматься прикладными дисциплинами. Но я точно знаю, что если бы в бытность мою школьником мне были доступны подобного уровня учебные технологии — моя жизнь сложилась бы совсем по-другому...

Национальная гордость Голландии — пивоварня Хайнекен; и, конечно же, мы пошли на экскурсию по ней, тем более, что в процессе обещали пиво. Удивительно, каким интересным может быть тур по промышленному предприятию, если его правильно организовать.



Конечно, нам много рассказывали об истории пивоварни и показывали всякие экспонаты типа деревянных бочек и медных чанов, в которых варилось пиво. Эта часть экспозиции мало отличается от обычного музея, и её интересность определяется исключительно заинтересованностью зрителя в предмете. Но потом нас завели в тёмное помещение с экраном и сказали, что сейчас нам покажут фильм. Мы приготовились к довольно скучной лекции об истории пивоварения, и не сразу поняли, что мы находимся в том, что сейчас называется 5D-кинотеатром — платформа, на которой стоят зрители, трясётся, вибрирует и создаёт ощущение падения в соответствии с видеорядом на экране, с разных сторон летят брызги воды, что, вместе с хорошо смонтированным и продуманным видео, создаёт иллюзию полного погружения.



Нам дали попробовать пивное сусло в том виде, в котором оно пребывает до начала варки пива — редкостная гадость, доложу я вам, а затем нам раздали по бокалу настоящего пива Хайнекен, чтобы мы могли это запить.

Особо запомнилось поведение работников этого дома-музея — несмотря на то, что мы попали на последнюю экскурсию в этот день, что означает, что эти ребята откатали за сегодня минимум десяток экскурсий — они не переставали улыбаться, шутить и вообще вести себя так, что было ясно — происходящее доставляет им удовольствие. Всё время, пока продолжалась эта экскурсия, меня сопровождал призрак смотрительницы краеведческого музея города Талдом Московской области, которая загробным и одновременно надрывным голосом говорила: «В тыыыысяча восемьсоооот двадцать шестооом годууу Михаииил Евграаафович Салтыкооов-Щедрииин...» Изыди, нечистый. Прекрасно наблюдать, когда люди делают дело, которое им нравится, потому что тебе это тоже нравится, и нам всем это нравится, потому что это — Хайнекен! Йо! Вот примерно в таком настроении мы дошли до последнего помещения музея, которое оказалось банальным баром, с тем исключением, что пиво тут было бесплатным; правда, по два бокала в руки, но так как жена — не любительница пива, она пожертвовала большую часть мне, и я вышел из здания пивоварни счастливым человеком.





Но, как выяснилось, экскурсия не закончилась. В процессе нам выдали жетоны, которые мы могли обменять на подарки в фирменном магазине Хайнекен, который находился где-то в другой части города, и нас должна была отвезти туда специальная бесплатная лодка. Когда мы уже погрузились, нам объявили, что сегодня из-за какого-то там события часть каналов перекрыты, и поэтому плавать мы будем не 15 минут, как обычно, а в объезд — 45 минут; лучший подарок и представить сложно. Мы купили ещё Хайнекена, который, конечно же, продавался прямо тут на лодке, и 45 минут плавали по амстердамским каналам в компании развесёлой английской молодёжи, и это стало прекрасным завершением нашего последнего дня в Амстердаме.





Но, конечно же, Амстердам не был единственным посещённым нами местом в Нидерландах. Мы не удержались от того, чтобы заглянуть и в другие части этой интересной и необычной, хотя и очень маленькой страны; и обо всех наших перемещениях я, само собой, расскажу вам в следующих частях этого отчёта.

[kukucapolj]

Проснувшись с утра пораньше, мы пошли на вокзал, чтобы навестить расположенный неподалёку городок Хофддорп. Для этого мы прошли через знакомый нам уже ритуал покупки билета на электричку в автоматическом терминале по кредитной карте, спросили в справочной вокзала, с какой платформы отправляется ближайший поезд (тётенька в окошке справочной нам улыбалась! Это невероятно!) и погрузились.

Голландская электричка — это очень скоростное и очень комфортное средство передвижения. Поезд скользит по рельсам так, будто между ними вообще нет стыков, а разгон и торможение не сопровождаются толчками и падением половины населения вагона на пол. Мягкие сиденья, кондиционирование, чётко объявляемые остановки... Ну да что я вам рассказываю, будто вы не ездили на электричке «платформа 268-й километр — совхоз Заветы Ильича», всё почти то же самое, только без рывков, курения в тамбуре, грязных сидений, пьяных бомжей, продавщиц средств для чистки унитазов, нищих, невыносимой духоты, невнятного бубнения машиниста и ещё пары нюансов, ну и быстрее раза в три — а так практически неотличимо, да.

Сам по себе городок Хофддорп ничем не примечателен. Бизнес-центры, промзона (я, правда, не сразу понял, что это промзона, всё чистое, аккуратное и вылизанное), но была в нём одна заправка, которая нас очень интересовала. Добраться до неё можно было на автобусе... Но мы к тому моменту уже достаточно прониклись духом Амстердама, чтобы пойти пешком. Всего-то пара километров, подумаешь.

Заправка же нам была нужна потому, что на её территории находилась прокатная контора, в которой у нас был забронирован автомобиль. Быстро оформили документы, забрали ключи и пошли к машине.

Вообще, когда мы бронировали машину, приоритетом для нас была автоматическая коробка передач, потому что на ручной мы уже не помню сколько лет не ездили, а всякие мелочи типа вместительности интересовали нас мало, так что мы остановились на Volkswagen Polo, которая после нашей машины должна была показаться нам милипусечкой. Но судьба распорядилась иначе, и прокатчик выдал нам Volkswagen Touran — аж целый компактвэн с дополнительным рядом сидений, с семиступенчатой автоматической коробкой, напичканный по самое не хочу — от раздельного климат-контроля до бортового компьютера с кучей режимов экономии топлива.

Итак, впервые за последние семь лет я сел на водительское место автомобиля с левым рулём. Это, знаете, шок. Не думал, что за эти годы положение руля приобрело для меня столь большое значение; полностью освоился я только на следующий день. А пока мы ездили, распугивая голландцев, с непривычки прижимаясь влево.

Мы захватили с собой довольно много музыки в надежде, что магнитола в машине будет уметь воспроизводить её с флэшки. И она умела, но нам это так и не понадобилось — только сев в машину, я потыкал в кнопки радио и внезапно набрёл на радиостанцию классической музыки. Не могу назвать себя большим любителем классики, но на левом руле, в машине с непривычными габаритами, с необычно высокой для меня посадкой — она обладала прекрасным расслабляющим действием; в результате мы все три дня так и отъездили под эту радиостанцию. Музыка перемежалась с какими-то разговорами на голландском, из которых я за три дня понял ровно три слова - «Пьйотр Ильйич Чайковски».

Изрядно вспотев по дороге к автобану, мы попали, наконец, в привычный ритм размеренного европейского движения и направились к первой точке культурной программы этого дня — деревне Киндердейк.











Вся история Нидерландов — это постоянная борьба с уровнем воды; именно для решения этой задачи в 18-м веке в Киндердейке построили штук двадцать ветряных мельниц, которые сохранились и по сей день, и являются одной из главных туристических достопримечательностей Нидерландов. Посмотреть на мельницы съезжаются отовсюду — на парковке мы видели довольно много разных машин — из Германии, Австрии, Швейцарии и откуда-то ещё. И, знаете, не зря съезжаются — место и правда удивительное. Я вряд ли смогу описать его словами лучше, чем о нём расскажут фотографии.











Конечно же, мы зашли внутрь одной из мельниц, и посмотрели на происходившее там изнутри. Надо сказать, что с инженерами в Голландии 18-го века было всё хорошо — я и не ожидал, насколько сложно устройство мельницы; более того, я даже не задумывался над тем очевидным фактом, что вся верхушка вместе с огромными лопастями может поворачиваться вокруг своей оси для того, чтобы направить мельницу по ветру. Всё это сделано из дерева триста лет назад — и до сих пор функционирует, хоть и для туристов.









Из Киндердейка мы поехали в национальный парк с непроизносимым названием Зёйд-Кеннемерланд, чтобы посмотреть на Северное море. Наш путь пролегал сквозь город Гарлем, и город этот нам настолько понравился, что мы решили заглянуть в него отдельно на обратном пути.





Зёйд-Кеннемерланд знаменит своими песчаными дюнами; они образуют интересный ландшафт, который не ожидаешь увидеть в нескольких километрах от городской черты. Мы с удовольствием посмотрели на эти поросшие травой дюны из окна машины, но больше нас в этом месте интересовало всё-таки море — ведь мы никогда ещё не видели Северного моря.









Погода в начале мая к купанию не располагала; дул пронизывающий холодный ветер, создававший на побережье песчаные вихри, и иногда доносивший до нас брызги морской воды, от которых ощущение холода только усиливалось. Мы мёрзли и дрожали, а на берегу две голландские девочки с босыми ногами бегали по лужам морской воды и играли в песочек. Наверное, голландцы — не только высокая и крупная, но и очень здоровая нация.













Северное море производит удивительное впечатление именно из-за своей недоступности. Холодное недружелюбное море, в котором нельзя искупаться — ещё более величественный символ, чем тёплое туристическое море; нам оставалось только смотреть на него и преклоняться перед его могуществом. Ну и фотографировать, конечно, не просто же так мы сюда заехали.











Хорошенько продрогнув, мы поехали обратно в Гарлем, где городская застройка защищала нас от морских ветров. Гарлем оказался удивительно уютным небольшим городом, и мы с удовольствием погуляли по его окраинам, не особенно заморачиваясь на сей раз походами по историческому центру и всяким достопримечательностям.

Мы закончили этот день, как, впрочем, и другие дни нашего непродолжительного путешествия вечерней прогулкой по Амстердаму. Машина отдыхала на парковке, а мы гуляли по городу пешком, уподобляясь окружавшим нас голландцам, и этот образ жизни начинал нас затягивать; а ведь это был всего-навсего второй день наших импровизированных каникул. Мы старались осматривать город по вечерам, а днём уезжали из него, чтобы увидеть разные уголки Голландии — и вы об этих уголках, конечно же, тоже узнаете. В своё время.

[kukucapolj]

Есть достопримечательности, про которые редко пишут в путеводителях. В хорватский Ровинь туристы едут на море, а не в прекрасный орнитологический заповедник, расположенный там, а итальянская Лигурия знаменита своими песчаными пляжами, а не удивительной красоты горной рекой Рио Барбайра, которая, впрочем, даже не обозначена на гугл-карте. В Нидерланды едут за мельницами, тюльпанами и травой во всех её проявлениях, но мало кто поедет сюда ради моря, а тем более ради того моря, для которого даже не существует названия в родном языке путешествующего.

Северное и Балтийское моря — это те части Атлантического океана у северных берегов Европы, которые обозначает для нас русская традиционная география. Но местные жители знают, что есть и ещё одно море — Ваттовое, которое хоть и является частью Северного, но довольно явно отделено от него грядой островов. Впрочем, острова эти не так просты; не так просто и само Ваттовое море.

Ото всех прочих морей отличается оно протяжённостью приливной полосы. Во время отлива несколько километров побережья вглубь моря осушаются, и до близлежащих островов можно дойти пешком, если иметь с собой хорошие болотные сапоги и расписание приливов, чтобы не накрыло посреди пути; в немецкой части побережья жители островов ездят во время отливов на материк на конных повозках.

Ваттовое море было моей главной целью при посещении Нидерландов и моим единственным оправданием тому, что мы не успели посмотреть на него, когда колесили по Германии; второго такого промаха я бы себе не простил, а потому мы сверились с календарём приливов и поехали с утра пораньше на север, чтобы успеть застать ватты в период отлива.

Кончились автобаны, кончились шоссе, и вот мы едем узкими просёлочными дорогами вдоль побережья. Просёлочные дороги хоть и узки, но могли бы многому научить российских дорожных строителей; когда у нас научатся так прокладывать дороги между деревнями — я поверю, что жизнь в России налаживается. Ни одной выбоины, ни одного резкого перепада высот — ровное покрытие, состав которого я даже затрудняюсь определить, это не похоже ни на асфальт, ни на грейдер, но по этому покрытию на удивление комфортно ехать.





Всё побережье отгорожено от расположенных вдоль дороги населённых пунктов высоким земляным валом. С морем не шутят, и если вдруг прилив вздумает поднять уровень воды на пару метров выше чем обычно — без этих валов деревеньки могло бы затопить на много километров вглубь континента. Километры валов засажены километрами травы, на которой пасутся километры овец, и всё это являет собой радующую глаз деревенскую пастораль, однако же пастбища отгорожены заборами и пройти к берегу нет никакой возможности.







Мы останавливаемся, чтобы изучить обстановку, и тут же к нам подъезжает голландец на велосипеде. Это был первый и последний голландец за время нашего путешествия, который плохо говорил по-английски, но, тем не менее, он смог объяснить нам на смеси немецкого с голландским, что нам надо проехать ещё около километра, и там будет самое оно. Мы так и делаем, и выезжаем на отличную обзорную площадку в деревне Вирум, где мы, наконец, можем пересечь земляной вал и спуститься к берегу.



Обнажённое морское дно — удивительное и захватывающее дух зрелище. Только пару часов назад здесь было настоящее море, огромные массы воды, и о берег бились волны; а сейчас — только лужи среди песчаных неровностей и ила. Это — уникальная экосистема, в которой обитает множество форм жизни, характерных только для таких мест, которых на Земле очень немного. Вдалеке виднеются острова, и до них действительно можно дойти пешком — ну, если не принимать во внимание тот факт, что закон Нидерландов запрещает прогулки по дну Ваттового моря без экскурсовода









Жаль, что мы не могли позволить себе провести здесь несколько часов и дождаться прилива, посмотреть на то, как вода наступает на берег и снова заполняет пустоту. Всему своё время; с годами мы станем старше, мудрее и спокойнее, и сможем позволить себе сесть на берегу, закурить трубку и насладиться этим зрелищем. А сейчас мы должны были ехать в другие интересные места, вглубь континента, снова по деревенским дорожкам, потом по шоссе, потом по автобанам; но Ваттовое море навсегда останется с нами, и, я уверен, заставит к себе вернуться.





Мы направлялись в деревню Гитхорн — один из самых знаменитых населённых пунктов Нидерландов; эту деревню называют Северной Венецией, потому что традиционный транспорт её жителей — водный, а не наземный. Но, в отличие от итальянской Венеции, где в большом почёте дизельные двигатели, жители Гитхорна заботятся об экологии и передвигаются по многочисленным каналам на лодках с электрическими моторами.







Гитхорн — это место, которое не может существовать. Здесь слишком уютно, слишком комфортно и слишком спокойно. Такие деревни бывают только в сказках про добрых гномов, однако местные жители вполне себе нормального роста, а если на наш среднерусский вкус — то и слегка высоковаты, прямо скажем.













Все дома выдержаны в едином архитектурном стиле, отражающем историческую действительность, а их крыши покрыты соломой — опять же, в угоду традиции. В исторической части деревни есть узкая тропинка, доступная пешеходам и велосипедистам, но на автомобиле там нельзя проехать совсем — только лодки, только хардкор. Мы ходили по этой, надо сказать, не очень короткой тропинке раза три, прежде чем решились взять в аренду лодку, конечно же, с электромотором. Хозяин лодочной станции, представлявшей собой несколько лодок, пришвартованных у берега, на который выходили двери его дома, дал нам бумажную карту маршрутов, показал, как управлять этим чудом и отпустил в свободное плавание.









Не люблю реверсивное управление. Чтобы повернуть лодку направо, надо крутить мотор налево, а учитывая, что это надо делать глядя вперёд, рукой, которая протянута назад... Но это ничуть не омрачило нашу часовую поездку по каналам. Чем дальше мы плыли, тем больше мы хотели жить в этом месте; а кто бы не мечтал жить в самой настоящей сказке? Тем более, 3G там ловит, я проверил. Всё это очень и очень напоминало мне макет железной дороги — аккуратные домики, улыбающиеся люди, тишина, цветы во дворах за аккуратными заборчиками высотой в полметра — не было разве что самой железной дороги и масштаб был 1:1. Правда, как выяснилось, не мы одни хотели там жить, я потом посмотрел цены на недвижимость — приличный дом в Гитхорне переваливает за полмиллиона евро. Но, честное слово, если бы у меня было полмиллиона евро и выбор стоял между Гитхорном и коттеджем в «элитном» посёлке на Новой Риге... Ну, вы поняли, я надеюсь.









А в завершение этого откровенного издевательства над жителями загазованного примегаполисья, нас накормили в местном ресторане удивительно вкусным обедом на свежем воздухе. Причём мы предусмотрительно заказали одну порцию на двоих и не ошиблись — наелись оба; две мы бы не осилили. Повышенные габариты среднего голландца сказываются и на размере желудка, надо полагать, и потому порции у них — как в Германии, голодным не уйдёшь не только ты сам, но и всё семейство, и ещё два залётных котэ.





Когда мы вернулись в Амстердам, солнце уже скатилось за горизонт. Мы проехали за этот день немалое расстояние — особенно по голландским меркам, и порядком устали; а во сне мы вернулись в Гитхорн — сказочный городок, в который, смею надеяться, наши просветлённые души поселят после второй реинкарнации, и где мы будем жить долго и счастливо — возможно, в качестве местных котов, сытых, обласканных и беззаботных.

А пока колесо кармы ещё не совершило свой оборот, и нам предстояло очередное погружение в голландскую культуру в качестве туристов — и на сей раз это погружение было, пожалуй, даже слишком туристическим; не не будем торопить события, о которых я расскажу в следующий раз.

[kukucapolj]

Мы тут как-то практически забыли, что помимо проституток, травы и геев в Голландии есть ещё и тюльпаны. Но вовремя спохватились и решили съездить в Кёкенхоф — я думаю, все и так знают, что это такое, а если кто не знает — это такой офигительно большой парк цветов.

Это одна из главных достопримечательностей Нидерландов вообще, а открыта она от силы пару месяцев в году, в период цветения, поэтому народа здесь собирается неимоверное количество. А потому мы решили приехать сюда прямо к самому открытию, к 8:00 — и не прогадали. Ниже вы можете видеть совершенно неприличное количество фотографий из этого парка, и, скорее всего, когда вы закончите их просматривать, вы уже забудете о чём я начал писать. Это не страшно, я напомню.









































Посмотрели? Так вот, напоминаю: мы тут говорим о парке Кёкенхоф и неимоверном количестве туристов. Первые час-полтора мы ходили по парку в боле-менее спокойной обстановке, и успели посмотреть и сфотографировать множество интересного до того, как нахлынул основной поток. А потом началось... Иначе как «столпотворение» я не могу это описать; несмотря на огромную площадь парка, повсюду была толпа людей.

Но мы к тому времени посмотрели уже на все 4 миллиона тюльпанов, которые там растут, поэтому быстренько смотались оттуда к другой, значительно менее известной достопримечательности — замку Кёкенхоф.



Замок, по всей видимости, находится в частном владении, и зайти внутрь нельзя; а жаль — нам очень понравился и сам замок, и сад вокруг него. Вот это мой размерчик, такой бы домик построить в Гитхорне, на берегу канала, пришвартовать там яхту, ну и всё такое... Короче, замок навевает мечтательные настроения, я примерно это хотел сказать.

А потом мы поехали искать тюльпановые поля. Собственно, не то чтобы их надо было искать — но вот найти поле, рядом с которым можно было бы припарковаться, и на которое можно было бы зайти и там фотографировать — это оказалось задачкой посложнее. Большая часть полей огорожены, к тому же расположены они вдоль дорог, где конфигурация проезжей части в принципе не предполагает возможности парковки; в результате, попетляв по разводным мостам и узким шоссе с велодорожками по обеим сторонам, мы нашли поле, доступное для фотографирования. Но и этого нам показалось мало, и мы задались целью найти открытое поле с тюльпанами, где совсем не было бы людей, и на сей раз пришлось петлять довольно долго, но и этой цели мы достигли, заехав в какое-то фермерское хозяйство и воспользовавшись приобретёнными в Москве навыками парковки в таких местах, где нормальный человек парковаться не будет, если он не на тракторе.







В общем, мы хорошенько нафотографировались в тюльпановых полях, и считали, что программу по тюльпанам мы выполнили в полном объёме. А потому поехали дальше — в средневековый замок Мёйдерслот. Замок полностью окружён рвом, заполненным водой, и мы хорошенько его обследовали; не могу отметить в нём чего-то особо примечательного, но в целом он произвел очень положительное впечатление во всём, кроме парковки — единственный на километр дороги паркомат тупо отказывался принимать мелочь и здорово попортил нам нервы.



Но день ещё не закончился, и мы поехали в город Эдам. Все ведь знают сыр Эдам? Вот, он как раз из этого города. Город Эдам — моя печаль. Мы приехали туда слишком поздно, в районе 19:00, и все магазины были закрыты... И мы так и не смогли купить в Эдаме Эдама. Я ужасно расстроился по этому поводу, прям вот так расстроился, будто голландский Эдам не продаётся в ближайшем московском супермаркете — но вы же понимаете, одно дело — Эдам из супермаркета, и совсем другое — Эдам из Эдама.

А сам городок очень позитивное впечатление произвёл. Старинный, аккуратный и совершенно пустой — ведь поздний вечер же, вы помните. Мы долго по нему гуляли, по нескольку раз проходя одни и те же места; к тому же, Эдам — тоже город на каналах, но, в отличие от Гитхорна, по нему проходят дороги, а через каналы переброшено бесчисленное количество разводных мостов — но, в отличие от капитальных и массивных амстердамских мостов, здешние представляют собой сооружения, явно не рассчитанные на высокую пропускную способность. Металлическое полотно, противовес и ручное управление — я был рад, что мы пошли в город пешком, оставив машину на парковке при въезде, хотя мы и видели неоднократно проезжавшие по этим мостам автомобили. Видимо, трафик через эти мосты практически никакой, что вполне понятно, учитывая, что население города составляет сильно меньше десяти тысяч человек.













А на следующий день, который был последним днём нашего путешествия, мы сдали машину и снова гуляли пешком по Амстердаму; и, надышавшись воздухом свободы и толерантности с едва заметным сладковатым привкусом конопли, отправились на родину. В аэропорту на входном контроле негр в белых перчатках тщательно ощупывал входящих пассажиров за все возможные части тела. В Шереметьево для этого есть так называемый раздевающий сканер, но здесь он считается нарушающим права человека — в отличие от щупающего всё подряд негра.

Я же говорил, что не люблю самолёты? Но не только за конструктивные особенности, нет. С самолётами всё происходит слишком быстро и ты не успеваешь адаптироваться. Когда проезжаешь знакомым маршрутом Венгрию с её своеобразно воспитанными мадьярами, Словакию с её неизменно убитыми дорогами, Польшу с её непредсказуемостью и въезжаешь в Белоруссию — сразу замечаешь разницу: люди на заправках тебе не улыбаются. Это ещё не Россия, они ещё не смотрят на тебя как на врага народа, но уже не улыбаются; и в этот момент ты начинаешь смиряться со своим возвращением. А самолёты... Самолёты — это быстродействующее зло.

Из обстановки всеобщей доброжелательности и живого воплощения лозунга хиппи «Make love, not war» мы почти моментально попали в совдеповский аэропорт Внуково, и раздолбанный жигуль под звуки шансона повёз нас домой; по крайней мере, нам повезло с водителем, который не разговаривал всю дорогу о политике и преимуществах жизни в СССР.

И всё же я понимал, что несоизмеримо комфортнее чувствовал бы себя на пассажирском сиденье обычного фольксвагена, рассекающего улицы Амстердама, с классической музыкой из радиоприёмника и с негром в белых перчатках за рулём — даже если бы он был геем, наркоманом и проституткой в одном лице.

[JamKit]

kukucapolj - какой замечательный отчет! И фото! Прошло всего 3 недели с моего возвращения оттуда, а прочитала Вашу историю, и снова захотелось съездить - теперь уже весной . Спасибо большое (и плюсик, конечно).

[Petra_]

Ах, какой праздник для души - этот Ваш отчет! Смешно сказать - куда бы я ни ездила - а хочется снова все равно в Голландию - снова и снова.. Но рационально говорю себе - ты же еще не была там.. там и там.. и снова еду.. еду не в Голландию.. а хочу!!! Наверное, надо все же отпустить себя по волнам своих желаний следующей весной )))
Спасибо - Вы так точно передали настроение этой земли.. этих мест.. то очарование, что единожды захватив тебя в свой плен, уже не отпускает.. Прям затосковалось мне по стране, где я не чувствую себя гулливерой.. где мне улыбаются коты и велосипедисты, как старой знакомой.. И стиль Ваших фотографий очень нравится!! Этот мягкий весенний свет...

[imola]

Да, воздух чист, прозрачен и свеж...
А ссылочкой на апарты не поделитесь?

[kukucapolj]

imola, .

[bissen]

Потрясающий отчет! А фотографии - просто сказка, полностью передают настроение. Очень интересуюсь отчетами об Амстердаме, и на этом форуме их много, есть полезные, есть просто с описанием впечатлений, но Ваш просто умопомрачителен Особенно порадовало начало про самолеты, потому как испытываю к ним ровно такие же эмоции.

[kukucapolj]

За фотографии спасибо жене, почему-то я в этот раз забыл упомянуть во вступлении, что они её авторства
Исправляюсь.

[annie_t]

классные фотографии, спасибо! обрабатывали цвета?

[kukucapolj]

классные фотографии, спасибо! обрабатывали цвета?

Про цвета - это к жене вопрос, она фотографиями заведует. Подозреваю, что без обработки не обошлось, да

[ufimez]

понравился отчет!
ни разу не пользовался бронью жилья, расскажите пожалуйста чуть подробнее как это происходит
.
* вы с сайта . бронь жилья на визу высылали?
* по какому принципу жилье подбирали?
* как решался вопрос с - Залог за сохранность имущества: 4951р?
* требуется ли что то дополнительно оплачивать или хватает онлайн оплаты?
* брали ли опцию - Плата за уборку: 990р?
* время въезда и выезда как обговаривали?

[kukucapolj]

понравился отчет!
ни разу не пользовался бронью жилья, расскажите пожалуйста чуть подробнее как это происходит
.
* вы с сайта . бронь жилья на визу высылали?

Заполнение анкеты на шенген при бронировании на ..com

* по какому принципу жилье подбирали?

По принципу "чтоб понравилось"

* как решался вопрос с - Залог за сохранность имущества: 4951р?

Никак, меня не спрашивали, а я не предлагал. Но в других случаях хозяева залог таки берут, и потом возвращают, что характерно.

* требуется ли что то дополнительно оплачивать или хватает онлайн оплаты?

Ничего дополнительного, это в условиях . написано.

* брали ли опцию - Плата за уборку: 990р?

Не брали, не платили, но после нас апарт остался ровно в том же виде, что и до нашего приезда, и претензий ни у кого не было.

* время въезда и выезда как обговаривали?

Номер рейса и время прилёта хозяйке сказали, ну и телефон дали на всякий случай.
Когда на машине едем - сразу предупреждаем, что время прибытия плюс-минус километр, и созваниваемся часа за три, когда время в дороге уже хорошо прогнозируется.

[kukucapolj]

[hel777]

Сказать, что этот рассказ хороший - не сказать ничего... Спасибо вам за то, что вы передали атмосферу города, заразили желанием приехать в него снова и снова, дали возможность ощутить себя рядом с вами там, в Амстердаме. Спасибо! Хороших вам путешествий и успехов!

[alextka]

Автор, безусловно, мастер слова. Написано просто великолепно, процесс чтения просто с головой погружает в описываемое... Спасибо!

[Apigurtik]

Замечательный отчет, жене вашей отдельный респект за фото

Планирую сейчас тоже поездку на Пасху и возник вопрос по поводу приливов/отливов.

а потому мы сверились с календарём приливов и поехали с утра пораньше на север, чтобы успеть застать ватты в период отлива.

А где вы смотрели календарь? я нашла на windfinder.com.
Если вы где то в другом месте смотрели, поделитесь плиз ссылкой.
Спасибо.

UPDATE: Вопрос снимаю - нашла сама расписание на год.

[kukucapolj]

Я качал приложение для Андроида, не помню уже, как называется. Оно само местоположение определяет и формирует календарь в соответствии с ним. Искал по ключевым словам tide schedule

[Apigurtik]

Я качал приложение для Андроида, не помню уже, как называется. Оно само местоположение определяет и формирует календарь в соответствии с ним. Искал по ключевым словам tide schedule

Спасибо, поищем может тоже приложение.

[Андерс]

А потом мы поехали искать тюльпановые поля. Собственно, не то чтобы их надо было искать — но вот найти поле, рядом с которым можно было бы припарковаться, и на которое можно было бы зайти и там фотографировать — это оказалось задачкой посложнее. Большая часть полей огорожены, к тому же расположены они вдоль дорог, где конфигурация проезжей части в принципе не предполагает возможности парковки; в результате, попетляв по разводным мостам и узким шоссе с велодорожками по обеим сторонам, мы нашли поле, доступное для фотографирования. Но и этого нам показалось мало, и мы задались целью найти открытое поле с тюльпанами, где совсем не было бы людей, и на сей раз пришлось петлять довольно долго, но и этой цели мы достигли, заехав в какое-то фермерское хозяйство и воспользовавшись приобретёнными в Москве навыками парковки в таких местах, где нормальный человек парковаться не будет, если он не на тракторе.

Очень хочется повторить Ваш полевой опыт! Изучал окрестности Лиссе с гуглем, но полагаю, ограждения и прочие сложности можно прочувствовать только лично.
Возможно, таки у Вас в памяти сохранились географический привязки по тюльпанным полям? 10 метров от старой березы на север и т.п.

[kukucapolj]

Точного места съёмки не помню, но маршрут вокруг Кёкенхофа был такой:

Вот в одной из его точек это поле и нашлось

[Андерс]

замечательно! еще раз спасибо за труды!

[IslamK]

Добрый день.
Хотелось бы узнать по-подробней об аренде машины. Во-сколько в среднем обходится аренда авто, в данном примере вашего класса. Мы с семьёй планируем посетить Гитхорн и остаться там с ночёвкой... в связи с этим тоже возникает вопрос: если мы решимся взять авто, то где его парковать, т.к. в Гитхорне нет автомобильных дорог?
Спасибо заранее.

[radost_moia]

если мы решимся взять авто, то где его парковать, т.к. в Гитхорне нет автомобильных дорог?

В Гитхорне ЕСТЬ автомобильные дороги. К тому же есть бесплатная (днем - точно) большая автостоянка возле офиса VVV (Tourist information). Возле отелей тоже есть парковки для клиентов. Но даже если запарковать машину возле офиса VVV, то чтобы попасть в представляющую интерес часть Гихорна понадобится от силы 5 минут медленным шагом

[Наталья Key]

Чудесные атмосферные фото! Очень понравилась обработка. Такие старые, слегка выцветшие фотографии. Очень подходят Голландии.