Очень просто.
На трассе у города невест стоит девушка. У неё каждый день новый дальнобойщик на 10 минут.
Потом она обедает в кафе "Белая ива", где у официантки Анастасии Кузнецовой эта радость - как московская Олимпиада: последний раз была в 1980 году.
(©
сериал "Наша Russia", 2015)
Но среднестатистический показатель таков: у них в пересчёте на каждую - бурная и регулярная жизнь: пол-дальнобойщика в день.
В Манаусе бразильские учёные™ исследуют образцы крови, полученной от одной тысячи доноров крови-резидентов данного населённого пункта в два миллиона жителей. Примерно представляя, как устроен институт сбора донорской крови и её открытый рынок, а также зная двоих постоянных доноров крови (одного в Риге, другого - в Санкт-Петербурге), я понимаю, что из одной тысячи этих доноров 76%, о которых рапортовали исследователи, перенесли инфекцию и выздоровели (и обрели антитела). В исследовании не сказано, какой тип антител у этих иммунных лиц имеется, но буду оптимистом и скрепя сердце доверюсь бразильским учёным (ибо я, если честно, больше верю Анне Юрьевне Поповой и Сергею Семёновичу Собянину). Будем полагать, что антитела именно нейтрализующие, то есть эти люди переболели той самой - новой китайской коронавирусной инфекцией.
Одновременно каждый день в результате тестирования заболевших в городе, в коем всё поставлено на самотёк (в коей связи не будет большим грехом полагать, что отсутствует агрессивное тестирование всего населения, как, скажем, в Москве или вовсе в Катаре), обнаруживается некоторое количество положительных на наличие у них в носоглотке следов цепочки РНК SARS-CoV-2.
При этом количество недоноров крови заведомо превосходит количество доноров крови, какие могли подцепить заразу ещё в апреле-мае, когда сдавали кровь в медицинском учреждении города, где на два миллиона жителей не предпринято никаких мер изоляции, социального дистанцирования, ну и маски вряд ли там введены в качестве обязательного атрибута человеческой одежды на лице.
В силу указанных обстоятельств не представляется возможным определить истинное число лиц, перенёсших новую китайскую коронавирусную инфекцию с выработкой антител против её возбудителя, а информацию, выданную за результаты научных исследований - признать достоверной в той мере, чтоб полагаться на неё. Более того, я бы посоветовал подходить к ней критически. Расчёты бразильских учёных™ имеют ещё и неприятную подоплёку: экстраполяция производится из одной группы населения на все группы населения без сбора в базе данных показателей второго типа, и поэтому это как если бы в городе Иваново на тех двух женщин было бы не пол-дальнобойщика в день, а один дальнобойщик по 5 минут каждый день, что абсурдно. Нарушены принципы статистики в пользу математических операций.
В качестве аргумента в пользу моей высказанной выше - возможно, и спорной - точки зрения я бы посоветовал смотреть на уровень заражений
- в Москве
- в Нью-Йорке
- в Швеции,
где по весне, что называется, "полыхало".
Санкт-Петербург, Литву, запершуюся второй от всех стран мира, Чехию, запершуюся первой в мире, Латвию, которая успешно прошла через все испытания в период с марта по конец сентября, сейчас накрыло такое пламя, что в расчёте на 100,000 человек у них сейчас установленных новых инфицирований столько, сколько ни Москве, ни Нью-Йорку, ни Швеции, смею предположить и надеяться, не грозит.
Это всё уже разжёвано иммунологами и вирусологами. Где выжжено, там пожарище, и огню не разгуляться. Лишь тлеют угольки, но иногда они перекидываются на остатки топлива. Литва, Чехия и Латвия с Эстонией, а вместе с ними и Санкт-Петербург, где на первой волне не было такого количества заболевших по сравнению с Москвой, представляли собой к середине осени снопы сухой травы - только поднеси спичку.
В случае с Манаусом ситуация близка к оной в одном из монастырей: заболели сразу все 236 монахов и послушников, но вирус не вырвался за пределы самого монастыря. Если потом взять статистику по городу, где это случилось, но для исследований принимать во внимание кровь только от монахов, то окажется, что в городе 100% должны иметь иммунитет.
